Ксения Николаевна Баштовая Виктория Иванова 
Что выросло, то выросло

Темный принц – 3

Книга подготовлена для библиотеки Huge Library (scan - klepik.u) http://huge-library.org
«Что выросло, то выросло»: Альфа-книга; Москва; 2010
ISBN 978-5-9922-0729-3
Аннотация

Перечислим по порядку. Из дома я сбежал? Сбежал. В Магическую школу поступил? Поступил. Что еще осталось? Сбежать еще раз, теперь уже из школы, найти пропавшую принцессу вражеского государства и победить в войне? Да это ж раз плюнуть! Какие наши годы…

Ксения Баштовая, Виктория Иванова
Что выросло, то выросло

Из маленьких проблем вырастают большие неприятности.
NN

ПРОЛОГ

День хоть и считается символом чистоты и ясности, но иногда самые неприятные и странные вещи происходят именно при свете дня, а не во мраке ночи. А еще чаще — на грани между ними. Порой безвластие гораздо хуже, чем самая жестокая диктатура.
Да ладно, речь вообще-то не об этом. Просто когда смотришь на звездное небо, то мысли иногда приходят самые разнообразные. Даже такие, каких сам от себя не ожидаешь. Как ни странно, но именно ночью становятся понятны многие вещи, которые не замечал за яростным сверканием дня. Но они не могут существовать друг без друга. По-настоящему ценить свет начинаешь только после тьмы. Как и наоборот.
Вот так вот…

ГЛАВА 1
Учат в школе, учат в школе, учат в школе…

Ну вот мы и добрались до школы. Кто это мы? Так сразу и не расскажешь… Во-первых, я. Позвольте представиться — Диран ас'Аргал гар'Тарркхан, младший сын Темного Властелина, истинный Властелин и еще целая куча громких и звучных титулов. Правда, они не прибавляют мне ни силы, ни ума, так что их можно опустить. А во-вторых, светлая команда, некогда направленная для тихого изъятия (а попросту кражи) ценного артефакта у этого самого Властелина. (Да не у меня! У папы). Якобы для устранения искомого «великого и ужасного» Темного. Это я все об отце, если непонятно.
Но так получилось, что магическая вещь предназначалась совсем для другого дела. И истинная цель посещения Кардмора (места обитания моего «страшного и ужасного» папочки) была тоже весьма далекой от «благих» устремлений команды. Правда, они об этом не знали, но это уже мелочи.
Как раз в то же время в замке томился и я. Буквально маялся от безделья и скуки. Вот и подговорил нежданных гостей проводить меня в одно интересное место, попутно пообещав помочь им достигнуть их конечной цели. Что, как оказалось, было не лишним. Ибо эти приключенцы умудрились собрать такой букет всевозможных неприятностей, что я только диву давался!
Ну вот скажите мне, как можно найти в Темной империи работорговцев, если на данной территории подобный метод получения прибыли считается особо изощренным способом самоубийства? Тем не менее эти светлые таки умудрились! У меня создавалось впечатление, что все неприятности высадились в рядок вдоль дороги, по которой мы путешествовали, и еще в очередь записались, дабы не пропустить подобное диво.
Ну ладно, не буду описывать все случаи и каверзы, а то времени ни на что больше не хватит. Тем более что я и сам пару раз выглядел не особенно умно.
В общем, моим попутчикам надо было сопроводить меня в Межрасовую магическую школу всех магий и стихий. То, что она находится в самом сердце Светлых земель, меня волновало мало. А если быть совсем точным — вообще не беспокоило.
Между делом мы расширили границы империи, остановили нашествие демонов, разобрались с загадками Мархангова плато и сдали вступительные экзамены. Точнее, я сдал. Команде школа и даром не нужна.
Как сами видите — ничего выдающегося. Единственное, что стоит упомянуть, так это мою встречу с родственником. Наследником княжеского эльфийского дома Дубравы. Правда, у меня после этой встречи еще неделю голова болела. Исключительно из-за эльфийской моды, а не по другой причине. Так что теперь мы вместе с Рином учимся в школе и даже делим одну комнату на двоих.
Кроме нас поступила еще и Элиа. Честно говоря, понятия не имею, с какого перепугу она решила учиться в школе. Раньше, когда мы познакомились с нею в Южном Харноре, она особой страсти к обучению не выказывала. А тут вдруг…
В любом случае… теперь мы вроде как учимся. Родственники, и мои, и Риновы, присутствовавшие на нашем посвящении в ученики, уехали на следующий же день, на рассвете. Шамит с Аэлин пожелали мне, точнее, нам, удачной учебы и… тоже куда-то пропали. Я еще даже не понял, ни что они дальше делать собираются, ни как с Вангаром и Таймой встретиться думают.
Еще один трудноразрешимый вопрос — Тэ. Купили, значит, на свою голову животное мелкое, а оно возьми да и окажись девушкой заколдованной… Всю дорогу до школы зверем на меня смотрела, словно я ей гадость какую сделал, а у меня ведь и в мыслях ничего подобного не было. Как бы то ни было, но куда она пропала после моего поступления в школу, я понятия не имею. А она — даже не попрощалась. Странная девица, что ни говори…
И вот первый день занятий. Тьфу, знал бы, чем все это дело пахнет…
Честно говоря, у меня создалось впечатление, что местное женское население не избаловано лицезрением остроухих. Потому что в тот миг, когда мы с Рином, как полагается порядочным ученичкам, направились в аудиторию, на нашем пути встала толпа любопытствующих. Ох, с каким же трудом мы пробились! Разновозрастные девчонки стояли стеной, и каждая норовила попробовать, настоящие ли у Рина уши, дернуть за косу, заглянуть в лицо. К концу нашего короткого пути Рин шипел, как разъяренный грон, и ругался не хуже… да, даже не хуже меня. Кто только за его воспитанием в Дубраве следил?!
Не то чтобы эльфы были таким уж редким видом, просто встречались нечасто. Да, об их существовании знали все, но покидали свою Дубраву эти остроухие с большой неохотой, так что пощупать «настоящего эльфячьего прынца» захотелось многим, если не всем. Во всяком случае, девушки равнодушными не остались.
Что же касается Ринова папы, то, в отличие от своего сынка, тот практически до последнего курса умудрялся носить личину. Впрочем, как и мой родитель. Но друг друга, как и кое-кого еще, трудно ввести в заблуждение при помощи какой-то там личины. Ректор до сих пор с тяжким вздохом вспоминает «эту ненормальную парочку», которая «вопреки всем правилам и традициям»… Дальше шло невнятное бормотание явно нецензурного содержания. Правда, в то время, если я правильно понял, этот ответственный пост занимал другой человек, а нынешний ректор был куратором той самой группы, в которую входили наши родители, но сути это не меняло.
Второй неприятный инцидент случился на лекции по темной магии. Я весь такой красивый летел туда как на крыльях, искренне надеясь узнать что-то новое. Рин благоразумно следовал за мною, вперед не выбивался. Кто же знал, что преподаватель вздумает швырнуть в опоздавших довольно правдоподобной имитацией «Стрелы Тьмы»? Мол, убить не убьет, но больно будет все равно. А я не понял и ответил ему настоящим «Щитом Хаоса». И кто ему эльфийский предок, если он не смог ничего отбить? Все же щиты темной школы, как правило, активные. В смысле строятся в соответствии с постулатом, что лучшая защита — нападение.
Позже за этот инцидент пришлось извиняться как перед преподавателем (в больничке), так и перед ректором. Откуда же мне знать, что в школе в основном теоретики, поскольку боевые темные маги преподавать в Светлых землях не рвутся. Им и в империи неплохо живется. Вот и поставили читать лекции того, кто разбирается только в теории, ну и может приблизительно показать, как оно есть на самом деле. Да и темных магов обучают в основном на моей родине. Школа могла похвастаться только некромантами. В общем, меня настоятельно попросили «не выпендриваться» и не демонстрировать достижения имперской боевой магической школы. Пообещал. Постараюсь, конечно, выполнить, а там как карта ляжет. Рефлексы — это святое. И ломать их ради пяти лет обучения… В общем, потом отец меня не поймет.
Кстати, раз уж мы заговорили о школе… Интересно, что там с той конкурентной системой, откуда злопыхатели прибежали? Надо бы при случае узнать, что да как.
В общем, до конца лекции студиозам было нечем заняться. Потому как компания старших магов во главе с ректором отскребала преподавателя от стеночки. После такого инцидента посещение данного предмета для меня официально стало факультативным, а реально — вообще нежелательным.
— Не мог просто присесть, пропустить молнию над собой?! — мрачно поинтересовалась присутствовавшая на этом же занятии Элиа.
— Она тогда бы в Рина попала, — невинно сообщил я.
Девушка как-то стушевалась и больше с глупыми расспросами не приставала.
А то взяла себе манеру меня воспитывать. Это что она, вместо мамы мне, что ли?! Вот еще! И вообще я ее старше!
Следующим занятием стала военная и общефизическая подготовка. Мальчики, значит, отдельно, девочки отдельно. Я уж было обрадовался, что хоть здесь Элиа мне нотаций читать не будет, но… мне и Рину было практически нечем заняться на этих уроках. Вот мы друг дружку и погоняли. Чуть ли не по потолку и стенам. Но почему-то все остальные посчитали подобное поведение пижонством. С чего бы это, а?
Тут вот стоило бы задуматься, а на кой я вообще через столько земель перся в школу, если первые же два занятия показали, что учить меня фактически нечему. Увы, но мысли мои были на тот момент заняты чем-то другим. Иначе как объяснить, что я над этим так и не задумался?
К счастью, следующая пара, которую вел лично ректор, примирила меня с действительностью. Нас начали учить контролю силы. Ведь после того, как Царица Ночь стараниями моего предка покинула этот мир, изменился баланс сил, а значит… И вообще я еще не до конца привык к своей властелинской сущности, а тут нате вам, магические завихрения. Вот только под конец занятия ректор все испортил, сообщив, что студиозы первого года обучения из школы не выпускаются. Никак. Продолжение его речи потонуло в возмущенном гомоне.
Ректор дождался, когда вопли стихнут, и чуть задумчиво продолжил: мол, так и так, учиться вы только начали, а заклинания, которые вам показываются, дико сложные и ужасные. Прибьете кого-нибудь ненароком, а школе отвечать. Недовольные выкрики окончательно стихли — еще бы! — похвалили, по головке погладили…
Кстати о птичках, юмористическую фантастику про пытки пришлось подарить Школьной библиотеке. С этой книжкой тоже произошел казус. На следующем за ректорским уроке политической истории преподаватель намекнул на способы, при помощи которых некоторые спецслужбы развязывают языки особо упрямым. То ли сам участвовал, то ли покрасоваться хотел… кто ж теперь узнает? А меня марханг за язык дернул процитировать парочку абзацев с комментариями и личными дополнениями.
Как оказалось, пятый этаж — это не так уж и высоко, а седлать лошадь ну совсем не обязательно. Как и открывать ворота, чтобы выйти. Это вполне можно сделать собственным телом. Или головой. Кому что ближе. Или кому чего не жалко.
М-да, богатое воображение и ненаправленная телепатия — страшная вещь. Я-то здесь ни при чем. У нас магия внушения практически не применяется, а вот Рину этот преподаватель не понравился еще больше, чем мне, потому как напоминал одного из воспитателей. Причем самого «любимого», которому от принца перепадало через два раза на третий. Поэтому иллюстрации к моему рассказу получились просто загляденье.
Ну ладно, со мной все понятно. Темный, жуткий и прочая, прочая, прочая. Рассказать да процитировать книгу могу на раз-два, а откуда у Рина такие познания в добывании информации? Его что, тоже подобному учат? Мамочки, и это светлые эльфы! Добрые, справедливые, жалостливые и милосердные. Кажется, о своих «врагах» мы не знаем очень многого. По крайней мере я.
Впрочем, преподаватель не один рвался покинуть аудиторию — в дверях класса попросту образовалась пробка из тех, кто резко пожелал выйти подышать свежим воздухом. Остались только я, Рин да невозмутимая Элиа. Может быть, если бы это был некромантский поток, то народ поспокойней отнесся бы к демонстрируемому, но первый курс четкой специализации пока не имел.
Следующие полчаса магистр Найрен, он же ректор Магической школы (а вот интересно, учебное заведение — школа, а главный — ректор, а не директор, почему?), посвятил исключительно мне и Рину. Честно говоря, ничего нового я не услышал. Все стандартно и выучено практически назубок: «Диран, ты такой-сякой, Рин, как тебе не стыдно…» Классика жанра! Правда, пару раз прорывались невнятные сетования на тему преемственности мерзопакостного характера и вопрошание богов: мол, в чем же он так сильно перед ними провинился, раз на его голову свалилось такое счастье, как мы двое.
Мы честно и благородно это все выслушали, опустив глазки и сверля взглядом пол. А что, очень удобная поза. Стоишь, вроде как слушаешь, а на самом деле… На самом деле можно очень многое обдумать. В частности, объявление ректора, высказанное перед толпой первокурсников, а именно: никаких посещений города до начала второго курса. Нет, нормально, да?! Это что получается, я зря сюда ехал?! Старался, спешил, что аж невозможно, и все ради того, чтобы оказаться запертым в четырех стенах?
В общем, ректор, не дождавшись покаянных стенаний и слезных обещаний так больше не делать, выгнал нас из кабинета.
Элиа ждала нас в коридоре. Пора было определиться, как же выйти из школы.
Как ни странно, но только наша троица возмутилась таким несправедливым решением, как запрет на посещения Соэлена. Остальные студиозы после четырех положенных занятий расползлись кто куда, не выказывая особого негодования. Странные они какие-то, эти будущие светлые маги. Хотя нет, вру, кажется, я видел парочку невесть как затесавшихся темных… Интересно, они так же, как и я, с трудом сюда пробирались или нет? Хотя в любом случае — они учатся на несколько курсов старше.
Осмотр ворот школы ни к чему хорошему не привел. Да, они чуть ли не настежь распахнуты, не спорю, вот только почему-то студиозы старших курсов легко выходят туда и обратно, а для меня, Элиа и Рина словно стену кто невидимую поставил. Удовольствие, я вам скажу, ниже среднего — раз за разом в это препятствие носом тыкаться.
Причем даже разобраться что к чему невозможно. Около ворот заклинания просто отказывались работать. Самое интересное — сила уходит, а результат нулевой. Но я буду не я, если не взломаю это мархангово заклинание! И не такие у отца в кабинете видел. Другое дело, что времени было завались и возможностей тоже. Впрочем, здесь тоже спешить некуда.
Не то чтобы мне было так уж тесно в стенах школы, просто я органически не переношу, когда меня запирают. Это раз. Ну и два — простое любопытство. Соэлен считается одним из красивейших человеческих городов, особенно Рассветная башня и Королевский парк. Говорят, что даже у эльфов такого не увидишь. Поэтому мне как можно быстрее хотелось увидеть эти диковинки. А еще проинспектировать все ближайшие трактиры.
Кому скажи — засмеют! Мне семнадцать лет, а я до этого времени ни разу не гулял в трактире. Ночевка в заведении этого Шамитова друга… как его там… Вмелена не в счет. Я спать хотел, а пила там, по-моему, только Микоши. А если судить по рассказам Тери и Гила (особенно Гила), то это очень весело и надолго запоминается. Причем чем больше компания, тем веселей. Мне до жути хотелось попробовать так развлечься.
Ну и вообще, столица одного из «вражеских» королевств — как тут усидеть в четырех стенах?! А разведка, а сбор данных, а подрыв обороноспособности врага?! Нет, это я не всерьез, за подобные действия отец меня сам… ну, не убьет, конечно, но месяц в одиночной камере мне будет обеспечен. Мирный договор — это вам не мург накашлял.
Короче, выйти мы не могли.
Но на фоне всех этих мелких недоразумений особо выделялось одно. А именно — кухня. Нет, я не рассчитывал на домашние разносолы или какие-то деликатесы, но мясо от овощей я пока что отличаю! Однако когда мне суют ломоть репы, измазанный в соусе до полной неузнаваемости, и с честными глазами говорят, что вот это — оленина…
Ректор еще не знает доподлинно, что такое мерзопакостный характер. А повар не понял, что его спокойная жизнь подошла к концу. Темные обижаются редко, но уж если нас достать, то нечего потом скулить. Рин и Элиа меня поддержали двумя руками. Вернее, активно поддержал братец, а девушка хоть и скривилась, но идеи иногда подавала интересные.
Заодно можно будет вымещать разочарование от неудач…

Нет, ну это ведь просто издевательство какое-то! Мы уже третий день подряд пытаемся выйти за эти маргуловы ворота. Безрезультатно! И что тут будешь делать? Мы с Рином и Элиа уже даже пытались объединить свои силы — и ничего. Невидимая стена как стояла, так и стоит. Дорогу видно, а подойти к ней… никак.
— Десять золотых, и рассказываю, как выйти в город, — сообщил чуть насмешливый мужской голос сзади, когда мы трое стояли, уставившись ненавидящим взглядом на эти проклятые ворота.
Первой отреагировала Элиа. Медленно повернувшись, она окинула нежданного подсказчика долгим взором:
— А не много ли?
Теперь уже и мы с Рином повернулись. Поодаль стоял, скрестив руки на груди, крепкий темноволосый парень. Кажется, он или с третьего, или с четвертого курса.
Студиоз пожал плечами.
— В Соэлене по-любому интереснее, чем здесь. Не хотите — торчите в школе целый год.
Мрачно фыркнув, я вытащил из кошелька пару монет.
— Остальное получишь, когда мы очутимся с другой стороны. — Не то чтобы жадность замучила, но настроение у меня плохое.
Парень скривился, но вместо того, чтоб возражать, перевел взгляд на моих друзей:
— С каждого.
— Что?!! — Крик Элиа с Рином вышел таким слаженным.
Я даже невольно восхитился. Нет, значит, как я деньги трачу — так ничего, а как сами… И встретился же с такими жадными и меркантильными существами.
А старшекурсник только усмехнулся:
— Вы же все трое хотите выйти?
Рин злобно дернул плечом и… достал четыре монеты. Хм, дурной пример заразителен. Хотя он что, будет и за Элиа расплачиваться? Да у нее ж самой денег фииры не клюют! Я как вспомню высыпанное на кровать содержимое сумочки — дурно становится.
Парень благосклонно кивнул и заговорщицки поведал:
— Ворота не пропускают учащихся первого курса. Сможете их убедить, что вы со второго или выше, — выйдете… — Вслед за тем он растаял в воздухе.
Рин задумчиво почесал голову, чудом не растрепав косы, и тихо протянул:
— И почему у меня такое чувство, что нас троих попросту надули?
Я уже хотел с ним согласиться, но в этот момент…
— Подождите, — ахнула Элиа, — нас же учат контролю сил. На втором курсе этого нет, а значит…
Мы торжествующе переглянулись.

Арид нашел Тира в библиотеке. Парень, воспользовавшись тем, что архивариус отправился искать какой-то редкий свиток в глубь зала, сидел на подоконнике, задумчиво подбрасывая на ладони небольшой водяной шар.
— Когда будем отмечать начало последнего года обучения? — взял корна за рога лучший студиоз пятого курса.
Тир бросил короткий взгляд в окно, впитал шарик и, стряхнув с пальцев налипшие капли, пожал плечами.
— Да хоть сегодня. Я шесть золотых заработал.
Арид только присвистнул:
— Как???
— Ворота, — коротко бросил его друг, словно это короткое слово что-то объясняло.
Впрочем, так оно и было.
— Ты с ума сошел, — вздохнул Арид. — Пять лет назад нам раскрыли эту так называемую тайну за одну монету.
— Цены растут, — фыркнул приятель. — Ничего. Сделаем все по традициям студенческого братства. Месяц побьются головой об ворота, а потом покажем им тайный хо…
Договорить он не успел. За окном полыхнула вспышка яркого света, а через мгновение на наивную троицу первокурсников рухнул мужчина в алом плаще…
Человек, невесть как материализовавшийся перед нами, упал прямо на Элиа. Девушка придушенно пискнула и свалилась на руки Рину. А вот кузена подхватывать было некому…
Наконец минут через пять и Рин, и Элиа выковырялись из-под этого дядьки. Самое смешное — двор, где еще пару минут назад были толпы народу, буквально обезлюдел. Нет, вот что за несправедливость? Куда этого нежданного посетителя девать?
Наверное, я сказал это вслух. Рин, отряхнув костюм от пыли, задумчиво поинтересовался:
— К лекарю?
— Ты с ума сошел?! — невежливо воскликнул я, склоняясь над «подарочком». После общения с дедом у меня сильно обострились все чувства. И именно они мне во весь голос кричали, что еще немного — и этот человек не жилец. — Не успеем!
Первую помощь оказывать просто бесполезно. Пока мы будем перевязывать его раны, он кровью истечет! Здесь налицо сильное магическое истощение, обширные ожоги (причем явно от колдовского огня), а неестественно вывернутые правая рука и правая же нога, плюс кровавая пена на губах — это о многом говорит… Как он вообще жив до сих пор?!
Причем это только те повреждения, которые можно выявить на глаз. Что творится внутри этого несчастного, страшно даже представить. Как и то, где он мог получить такие повреждения. И, как назло, это светлый маг! Поэтому ауру надо подкачать светлой силой и немедленно, а то бедолага помрет от истощения внутренних резервов. Ему просто не из чего будет восстанавливать собственные силы организма.
А то, что нас недоучили контролю силы… ну что ж, резерв не такой уж и большой, тут одному бы хватило, можно особо не беспокоиться. В конце концов, перекрыть собственный канал силы всегда успею. Уж этому меня дома обучили в первую очередь.
— Что делать? — тут же стал собранным родич.
Вот за что я его уважаю: если он сам не знает, что делать, то не перечит другим. И опасными экспериментами он не занимался, когда надо было самому себе останавливать кровь из разнообразных ран.
Ну да, мой папочка в вопросах воспитания придерживался весьма оригинального метода. Он считал, что мы должны с самого детства понимать, чем может завершиться та или иная шалость. Или пропущенный удар. Так что целительству нас мама сама обучала, хотя и ворчала на отца. Жестоко? Да нет, нормально. И очень даже разумно. Особенно в нашей семейке.
— Светлое общеисцеляющее помнишь? — уточнил я, разминая пальцы.
Рин молча кивнул и протянул мне руку. За другую неожиданно взялась Элиа.
— Я буду давать силу, — чуть слышно обронила она.
Ладно, во имя всех богов, поехали!
— Исса'рен эллер'маилл ирен тосса'вриит ис хольме'каллат! — Надеюсь, мы сможем…
Сила прокатилась штормовой волной, заставив заскрипеть зубами, и схлынула, оставив на губах солоноватый привкус. Не знаю, что нам сможет дать этот пресловутый контроль, но простое слияние энергий довольно болезненная штука, особенно если эти силы еще и не родственные. Что-то подобные эксперименты мне уже не нравятся.
На земле сдавленно застонал раненый, намекая, что кому-то здесь еще хуже. Так. Нечего лелеять собственную боль. Живо собрали мозги в кучку, подобрали с пола увеченного и поволокли.
Я подхватил мага справа, Рин слева, и мы двинулись. Элиа, как наименее пострадавшая, открывала перед нами двери.
Самое смешное, что едва мы дотащили этого неподвижного к врачу, так в магпункте тут же нарисовался ректор, а нас, героически спасших неизвестного, чуть ли не взашей вытолкали.
Нет, ну где это видано?! Мы тут работаем, аки пчелки, а стоит только начаться чему-нибудь интересному, так нас сразу гонят!
Вот только повозмущаться толком нам опять-таки не дали: буквально через пару минут всех учащихся загнали в актовый зал. Что там они еще понапридумали? Надеюсь, это не из-за моей небольшой шалости на кухне? Тем более, пока еще никто ничего не заметил…
Увы, но все оказалось намного хуже. Ректор обвел комнату пронзительным взором, откашлялся и заговорил. Тихо, как бы даже себе под нос, но голос неожиданно ясно разнесся по актовому залу, и речь его услышали все. Даже парочка, играющая в карты на последнем ряду.
— Возможно, стоило объявить это каждому курсу отдельно, но я считаю, лучше пусть будет так. С сегодняшнего дня в Светлых землях и в Ниравиэне как части Светлых земель введено особое положение. Школу запрещено покидать ученикам не только первого курса, но также второго и третьего. В ближайшее время будет решен вопрос о возможности досрочной аттестации и записи в действующие войска учащихся старших курсов. Война началась…

Я летел в сторону своей комнаты, не смотря по сторонам. Где-то там за спиной остались друзья, вокруг гудели, обсуждая услышанное, студенты, но это все было там. А здесь… Демоны меня возьми, вместе с этим шилом! Все произошедшее в Храме ясно показало, что если война и начнется, то развяжем ее не мы, не темные. Но раз в Светлых землях введено военное положение, значит… Значит, вмешалась третья сторона.
А раз так… Мы ведь практически не заключали никаких военных союзов. Темная империя тоже стоит под угрозой нападения! Я должен был быть дома, должен был! Какого маргула я вообще сбежал?!
Я должен. Ну и что с того, что мне всего семнадцать?! Восемнадцать будет через пару недель. И вообще я уже Властелин. Вон ни Тери, ни Гил до сих пор Посвящения не прошли.
Я должен быть дома!!! Вместо этого я торчу в школе непонятно зачем и теперь вообще выйти не смогу. Марха-а-а-а-а-анг!!! Главное, какая сволочь посмела?!
Повинуясь резкому жесту, дверь оглушительно хлопнула, отрезая меня от внешнего мира. Сумка полетела на стол, а из нее я извлек перстень Хранителя. Все регалии, полагающиеся мне как принцу правящего дома и полноправному Властелину, в школе пришлось снять. Во-первых, это вроде как тайна (угу, именно что вроде как!), а во-вторых, просто неудобно таскать на себе столько всего. Правда, тайна эта несколько дутая. С одной стороны, на представлении были многие, но, с другой — ментальной магии еще никто не отменял. Так что всем немагам и слабым магам память аккуратно подчистили сразу же после всех тех сенсационных заявлений. Как сказал отец (а сработал дядюшка): «Не стоит афишировать подобные мелочи. Дураков на свете хватает».
Ну да, полезет какой-нибудь борец со злом, и доказывай, что ты всего лишь защищался. Да и в политическом плане не самый хороший расклад. Вроде бы ученик и в то же время — ценный заложник. Впрочем, это только малость. Вообще-то нахождение отпрыска Темного Властелина на Светлых землях — это такой повод для дипломатических драк, что лучше сразу все затереть. Мол, не было никого, приснилось вам все.
Правда, на сильных магов подобное заклинание не подействовало, но с ними отдельно поговорили. И Ринов папочка, и мой. И убедительно попросили молчать. Те согласились, но вот приходивший на вступительное мероприятие «глава оппозиции»… ну не внушает он мне никакого доверия!
Кстати, о Магическом универсуме. Кажется, именно так называлось то заведение. Что случилось? Где обещанные пакости и прочие проявления недружелюбия? Или они решили не связываться? В общем-то с их стороны это на редкость умный поступок. Не стоит ссориться с правителями. Особенно той страны, на территории которой обитаешь.
При чем тут я? Да все очень просто. Тронут меня — тут же влезет Рин как родственник. Да и Миритиль нам не посторонний. А отказывать князю Дубравы в мелкой просьбе наказать зарвавшегося учителя местный герцог не станет. Да и в более крупной тоже. Правитель эльфов является Главой Светлого Совета, так что одному из членов Совета просто нет смысла идти против. Тем более что ничего страшного или недопустимого тот не просит. Просто восстанавливает справедливость, так сказать.
А может, они еще не оклемались от нанесенного удара? Кто их знает. В общем, ну их, буду я еще о всяких… существах помнить. Мне и без того есть чем заняться.
— Отец?! — мысленно позвал я, скользя вдоль связи Хранителя с остальными перстнями.
— Ди? — удивился папочка. — Что случилось?
Рассказывать пришлось бы долго, так что я просто сбросил все вместе. И услышанное от ректора, и свои размышления на эту тему. На той стороне струны на время замолчали, а затем пришел отголосок мысли: «Значит, они с двух сторон…»
Что?!! Это получается, я прав?! Напали не только на светлых? Желание оказаться дома окрепло и превратилось в навязчивую потребность. Правда, такого запаса времени, что было потрачено на путь сюда, у меня нет. Но если отец откроет мне портал, то это займет всего пару минут. Где маргулы носят Шамита с его кристаллом вызова?!
— Проведи меня к се…
— Ты остаешься в школе! — рявкнул в ответ отец.
У меня не было даже сил удивиться.
— Это еще почему?
— Диран, это не игрушки! — отрубил отец. — Ты правильно сказал, что маг ты не из последних. А у нас сейчас срабатывает хорошо если одно заклинание из трех! Тебе необходимо выяснить все, что знают об этом светлые, и обучить наших магов, — бросил он напоследок и оборвал связь.
Врет же! Нет, ну как есть — врет! Ни за что не поверю, что у нас уже не решили проблему с этим магическим перестраиванием и сопутствующими ему явлениями. Но и не возмутишься. Приказ есть приказ. Если что и вдолбил отец в наши упрямые головы, так это повиновение старшим. Хотя бы иногда.
Маргул с ним! Останусь здесь! Тем более что узнать побольше и наработать опыт стоит.
Следует признать, что темная магия появилась позднее светлой и нам есть чему у них поучиться. Другое дело, что не всегда хочется признавать подобное, но сейчас не до игр в перетягивание одеяла. А вот когда навтыкаем злобному агрессору, тогда и будем меряться, кто круче.
Кроме того, мне была поставлена вполне конкретная цель вместо обычного «запрещаю!». А значит, есть варианты. Например, быстренько найти необходимую информацию и свалить подальше. Вернее, поближе к дому. Или выяснить, что какая-то книга спрятана во вполне знакомых местах… конечно, вот так сразу вдаваться в подобные измышления не стоит. Родовая честь есть родовая честь. К тому же мне просто не хочется обманывать отца. Но если что — сам портал построю. Кстати, о порталах…
— Диран! — В комнату влетел запыхавшийся Рин. — Ты что творишь?!
— А? — Я поднял недоумевающий взгляд на кузена, с трудом оторвавшись от свитка с расписанием предметов.
Родственник оценил отсутствующее выражение, поселившееся на моем лице, потер невесть когда появившуюся шишку на лбу и сдавленно помянул всех темных до седьмого колена. Чем они ему не угодили? Неужели пирожки в детстве отбирали?
Ладно, свиток отложим в сторону.
— Ты на уроки идешь? — отрешенно поинтересовался я, вставая с кровати.
Интересно, выдадут мне в библиотеке нужные книги или придется играть в «отбирайку»? Не думаю, что литература, касающаяся скрытых техник и возможностей слияния энергий, находится в общем доступе. Это же какие перспективы раскрываются перед магом, которому в общем-то плевать на «цвет» силы. Черпай откуда душе угодно, и столько, сколько влезет. А еще неплохо бы почитать про векторные направляющие и основы комбинации.
Рин молча закатил глаза к потолку и, тяжело вздохнув, посторонился, пропуская меня в коридор. Он тоже оказался в похожей ситуации. Его отец оказался столь же категоричен. И есть еще один момент. Эльфы, до того как вернутся из своего путешествия, считаются несовершеннолетними. Так что князь на вполне законных основаниях оставил сына в школе.
Это не помешало светлому родичу приклеиться ко мне. С одной стороны, он не верит, что я останусь в стороне, а с другой — вроде как продолжает обучение. И даже под присмотром взрослого. Я-то в отличие от него уже официально совершеннолетний, так как могу самостоятельно менять ипостась. А что годами не вышел… ну, так получилось.
С недавних пор перемещаемся мы по коридорам именно в такой последовательности. Я прокладываю и расчищаю путь, а он прикрывает спину. Иначе рискуем никуда не попасть. Все-таки врожденное воспитание не позволяет родственнику молча отодвинуть особо приставучую девушку в сторону или нахально оттоптать ей ноги.
Кстати, о девушках, надо не забыть прихватить Элиа.
Угу, кажется, не один я резко засобирался. Только меня остановил отец, и теперь придется играть ту же роль, но только для темной. Пыль стояла не просто столбом, а целой колоннадой из храма Доргия.
— И куда мы собираемся? — ехидно поинтересовался я, подпирая плечом косяк.
— А разве ты не… — Элиа удивленно застыла на месте, осматривая мою экипировку.
Ну да, одет не для путешествия, фолиант под мышкой, тугая трубка скатанных свитков за поясом и вообще… Мальчик-ботаник готов к обучению.
— Я как раз таки да, а вот ты явно нет, — передразнил ее я. — Скоро урок начнется, а ты еще не собрана.
— Какие уроки?! — едва не взвыла она. — Рин, — перевела она взгляд на эльфа, — ну хоть ты ему скажи!
Ха, нашла, кому.
— По-моему, Диран прав, — спокойно ответил тот.
— Элиа, пошли. — Я настойчиво потянул девушку за собою.
Она некоторое время пристально смотрела на мое лицо, а затем молча сгребла со стола свитки и отправилась за нами. Не знаю, что она разглядела на моей физиономии, но больше вопросов не последовало.
В аудитории царил хаос. Студиозусы метались, бурно обсуждали последние известия и рвались грудью встать на защиту отечества. Причем каждый из них мнил себя чуть ли не Такиреном. Рассказать бы им, чем все тогда закончилось, так ведь не поверят. Национальный герой, как-никак. А для нас именно что никак.
Естественно, на фоне всей этой истерии невозмутимые рожи нашей троицы выделялись, как дуб в пустыне. Разумеется, подобное поведение не осталось незамеченным местными бурными (я бы даже сказал — буйными) патриотами. Сперва это выражалось в недовольных взглядах, затем — в перешептывании за спиной. Под конец от особо нетерпеливой группки (уже провозгласившей себя то ли Обществом спасения, то ли Содружеством утопления) отделился представитель и решительно направился к нам.
— А вы разве не собираетесь положить свои жизни на алтарь отечества, идти на защиту земель от коварного врага? — патетично провозгласил он, сверля нас пламенным взором.
М-да… я бы непременно устрашился, если бы не пытался сдержать рвущийся наружу смех: пафос у этого детища Такирена вылился в визгливый фальцет, а вместо внушающего трепет взора обнаружились выпученные, как у оголодавшей совы, глаза. Все это вкупе с потугой на внушительную позу не вызывало ничего кроме хохота.
— Не-а, — затолкав рвущийся наружу смех как можно глубже, ответил я.
Аудитория настороженно замерла. Но, прежде чем она взорвалась негодующими криками, я успел добавить:
— Предпочитаю положить на алтарь отечества как можно больше жизней врагов.
Главное — сдержать нездоровое хихиканье и не уточнять, что отечества у нас разные.
К моему удивлению, случилось невиданное — присутствующие задумались!
— И не могли бы вы не мешать нам учиться? — внес свою «медную монетку» Рин, оторвав ленивый взгляд от книги. — Или вы хотите погибнуть, перепутав на поле боя «Огненный Шар» и «Лесную молнию»?
Уел… Даже я их иногда путаю. Выглядят они практически одинаково, а вот защищаться от них надо по-разному.
Парламентер позорно бежал с поля боя, теряя знамена и достоинство. Зато пришедший вскоре преподаватель непритворно удивился царящей тишине и рвению, с которым знания у него буквально выдирали. Ну что ж, первый шаг сделан. Теперь надо разобраться с библиотекой.
Необходимые мне книги выдали без вопросов. Правда, по основам слияния ничего не нашлось, а вот по векторным направлениям и комбинированию кое-что обнаружилось. Это были учебники, первый том для третьего курса, а второй — для пятого. Кроме того, пришлось искать дополнительную литературу исключительно по названию. Понять, что же на самом деле находится в книге, можно будет позже.
Единственное, что записали их в личный список, который заводился на каждого студента и велся все то время, пока оный учился в школе. С одной стороны, это не очень хорошо. Просто потому, что я бы не хотел разглашать, какие именно книги мне нужны. Можно было бы тихо навесить метки вызова на нужные тома и, оказавшись в своей комнате, призвать меченые предметы. Но я не стал этого делать. Во-первых, в само книгохранилище нас не пустили, а во-вторых, не думаю, что ректор спокойно отнесется к такому самоуправству. Привлекать же лишнее внимание особенно сейчас не хотелось. А с другой — могло быть и хуже. Например, выдача книг только по личному распоряжению преподавателя или еще какие-нибудь заморочки. Друзья внимательно изучили корешки книг, оценили их количество, переглянулись и решительно направились за мной. Видимо, отставать в деле поглощения книжной премудрости им не хотелось.
Правда, подобный энтузиазм почему-то не понравился ректору. Не знаю, догадался он или просто перестраховывался, но ненавязчивое внимание стало ощущаться. Ну и пусть. Все равно решение я уже принял…
Не знаю, стоит ли об этом говорить, но есть у нас одна фамильная черта. В широко доступных источниках она зовется целеустремленностью. А дома — попросту упертостью. Если кто-то из нашей семейки поставит перед собой цель, то даже Хребет не остановит упрямца. Он его просто под корень сроет, но своего добьется. Пусть даже не сразу, пусть не с первой попытки, но получит то, чего хочет.
Помимо этого я стал замечать за собой еще одну странность. Мне перестали перечить. Нет, не то чтобы я везде и всеми командовал, а они отбивались руками и ногами, но… Теперь, стоит мне высказать даже не приказ, а пожелание, как вокруг молча его выполняют. И не возмущаются! Это греет душу, но в то же время как-то неуютно.
Отец как-то рассказывал об этом Тери, когда тот в очередной раз смылся куда-то воевать. Мол, это происходит из-за того, что Властелины немного подавляют находящихся рядом. Сущность у нас такая, властная. Да и кровь божества не последнее дело. Не то чтобы пришел папочка под город, попросил: «Будьте так любезны, сдайтесь, пожалуйста!» — и ему тут же открыли ворота. Это, конечно, бред полнейший, такого нет и быть не может. Хотя если придет со всей армией — не только откроют, но и ковровую дорожку постелят.
Но это мелочи. Так вот, при личном общении с представителями клана гар'Таркхан воля собеседника несколько подавляется. И отказать нам просто невозможно. Но так происходит, только если мы «давим», как говорит отец. То есть настаиваем, требуем (хотя бы просто внутренне) чего-то. Правда, получается это не всегда, да и если просто общаемся — то это свойство отсутствует как таковое.
Впрочем, наверное, именно так и становятся Властелинами… Эх, и почему дед так не вовремя ушел? Да, ему, конечно, там лучше, но кто мне теперь все расскажет?!
Глупо признаваться, но я по нему скучал…

…Тар-керранг Эрваль ил д'Ис всегда считал, что Великий император не только мудр, но и дальновиден. Впрочем, мнение это никогда никем и не оспаривалось. Самоубийц в армии не находилось. Да и не в армии тоже.
На памяти тар-керранга было как минимум четыре случая, когда за теми, кто осмелился косо глянуть на правителя Благоземья, являлась пятерка адептов Крови. Никого из бедняг больше никогда не видели. Поэтому сановники даже думать старались осторожно и с оглядкой.
С другой стороны, такой масштабной военной кампании они еще не знали. Уже давно под дланью императора лежала вся земля Благоземья. А здесь целый новый материк. Хотя несколько дней назад проскользнул среди министров слух, что когда-то это была их родина, с которой коварные враги выгнали их предков. Но тут у думающего человека могла возникнуть уйма вопросов. Ответы на которые не радуют.
А где-то в другой точке высадился корпус тар-керранга Галлита. Ну и как не сказать о славных адептах Крови, денно и нощно заботящихся о благе подданных императора. С каждым корпусом шло не менее десяти звеньев. Но кто знает, сколько их было на самом деле?
Так вот, этот… хм… несомненно великих достоинств верный слуга императора Галлит каждый вечер хвастался своими победами. Хотя на его месте лучше промолчать, нежели заговаривать о подобном. Можно подумать, что Эрваль не знает, кому на самом деле принадлежат тактические решения, которые приводили тар-керранга к победам.
Единственным несомненным достоинством Галлита являлась его абсолютная и даже какая-то извращенная верность императору и адептам. Точнее — адептам, а потом уже всем остальным, в том числе и императору. Хотя на словах… о, поговорить коллега тар-керранг умел, да еще как.
Интересно, а если бы не было амулетов Крови, при помощи которых все командование могло общаться между собой, как бы этот говорун хвастался? Гонцов бы слал? Да половина армии тогда бы в гонцах ходила. Поскольку задействовать своих людей в подобном деле Эрваль не стал бы.
А так приходилось постоянно терпеть ежевечерние восхваления и пустопорожние разговоры. Откажешься их слушать — и может возникнуть вопрос о благонадежности отказавшегося.
На данный момент достижения Галлита были «просто огромны». Выражались они в нескольких брошенных деревнях, которые воинство заняло, не встретив никакого сопротивления. Правда, в них почему-то нашелся немалый запас вина. Хорошего вина. Из-за чего однодневный отдых растянулся дня на три. Эрваля подобное положение дел сильно насторожило.
А еще больше удивило поведение адептов. Неужели даже они не задумались, почему происходит именно так? Но вроде бы нет, «кровные» тоже были заинтересованы в остановке, что-то они там решили исследовать и проверить. Правда, когда увидели, чем занимается все войско… лечить от похмелья никто не стал.
Войска же Эрваля уже в первый день наткнулись на местную заставу или какое-то подобное укрепление. После чего выяснилось, что хоть на этой земле и нет адептов, но все равно местное население может преподнести сюрприз. Смертельный.
Воины императора сперва недоуменно смотрели на фигуру в балахоне, машущую руками на стене укрепления. А когда земля под ними вздыбилась от взрыва, то недоумение быстро сменилось паникой.
Потом со стен полетели молнии, огненные шары и просто горящие стрелы.
О том, что на новом (или старом, как посмотреть) материке применяется магия, столь отличная от классической магии Крови, тар-керранга предупредили. С одной стороны, это было хорошо — получалось, здесь никто не знал о том, как применяется магия захватчиков. А с другой… Они сами оказались мало подготовленными к борьбе с новыми стихиями.
Тар-керранг срочно распорядился послать за адептами. Тем потребовалось почти полчаса, чтобы провести ритуал «Познания Крови» и подавить вражеский огонь. Стоила же эта задержка наступающим очень дорого.
Взять живьем никого не удалось. Когда передовые отряды вошли в захваченную крепость и рассредоточились по ней, последний из защитников в самоубийственном порыве взорвал ее. Эрваль не мог понять, как это произошло, но мощное каменное укрепление немного приподнялось над землей и с пробирающим до костей гулом ухнуло вниз, погребая под собой неосторожных захватчиков.
Хотя в масштабе корпуса потери и выглядели незначительными, но тар-керрангу стало не по себе. Да, какие-то сведения были предоставлены, но если исходить из них, то здесь их не ждало практически никакого сопротивления. Реальность же несколько отличалась от первоначальных планов.
Нет, никто не укоряет адептов — Великий император упаси обвинять их в каких-то просчетах, но… Честно и откровенно Эрвалю здесь не нравилось. Он просто не верил в те радужные картины, которые рисовали посланцы императора. Хотя бы просто потому, что не старался поставить противника ниже себя. А сам он за свою землю сражался бы ожесточенно.

…Темный Властелин Аргал ас'Даргат гар'Таркхан склонился над картой земель Темной империи, расстеленной на столе. Война не то чтобы не застала его врасплох. Скорее оказалась вполне логичным завершением и объяснением многих непонятных моментов. Сейчас уже становилось ясно, для чего надо было провоцировать бунт в провинциях и сеять расовую рознь.
Может, в других местах подобные методы себя бы вполне оправдали, только Властелины очень ревниво относились к своей собственности, коей почитали все земли и население на них. Конечно, подобное отношение не разглашалось. Да и какая разница, что именно двигало ими. Главное, что на землях царил мир и порядок, а о расовых спорах никто и не вспоминал.
Так что выявленные потуги были быстро пресечены. Но Аргал не мог понять, кому же это выгодно? Светлые просто не потянут столь масштабный план. Да, один-два города, расположенных на границе, — это вполне объяснимо. Но вся Темная сторона?! Надорвутся.
А теперь эти корабли. Хм, интересно… неужели старые легенды не врут? Тогда их ждет много сюрпризов. И не сказать бы, что приятных. Кажется, ответы на сегодняшние вопросы надо искать в прошлом. Хорошо, что вся их семейка отличается трепетной любовью к книгам. Эх, не за тем сюда светлые ходят, не за тем. Что там артефакты? Знали бы они, какая библиотека спрятана в недрах Кардмора, удавились бы на святых дубах эльфов.
Властелины поколение за поколением собирали старинные фолианты. Если поискать, то можно найти даже те, которые описывают события, произошедшие до Пришествия Царицы.
Насколько Темный Властелин помнил, заселение Благоземья относилось именно к тому периоду. Почему именно Благоземье? Да просто потому, что подобных знамен не было ни у одного существующего в Аларии государства. Конечно, можно предположить, что где-то далеко, на западе материка расположилось какое-нибудь маленькое, никому не известное королевство. Но откуда у карликовой державы столько войск?
Кстати, о войсках.
— Райнар!
Казалось бы, никого нет, так к кому обращаться? Но в ответ на призыв из теней, сгустившихся в комнате, плавно выступила долговязая фигура.
— Вы звали меня, повелитель? — склонился в поклоне вызванный.
Мало кто знал, что Властелинам служат еще и теневики. Эта раса была настолько малочисленна и закрыта, что о них слышало очень мало людей. Да и то больше сказки и домыслы. На самом деле они избрали своим местом обитания Таркрим, приняв руку Властелинов в обмен на защиту. С тех пор один из них постоянно занимал пост главы Теневой службы. Именно теневики занимались сбором информации, отслеживали шпионов и держали правителей империи в курсе многих дел. Даже неугомонные принцы ничего об этом не знали. Вот когда придет время…
— Райнар, в империи не должно остаться ни одного чужеземного лазутчика. Я хочу, чтобы вражеские командиры стали глухи и слепы. Проследи за этим.
— Будет исполнено, повелитель, — тихо ответила фигура, делая шаг назад и растворяясь в тенях.
Хвала Доргию, одной проблемой меньше. Вернее — двумя. Не так давно удалось уговорить младшего остаться в школе.
Нет, Аргал не собирался до конца дней прятать Дирана от жизни, но мальчишке в последнее время слишком много всего досталось. Одно только досрочное Посвящение чего стоит. До сих пор чешуя на хребте дыбом. Пусть немного пообвыкнется, а там, глядишь, и в штаб взять можно будет. Но это потом, а пока… Пока Диран как был ребенком, так им и остался. Пара льстивых фраз типа: «Ты же уже взрослый. Уже умный. Разберись!» — и чадо, веря, что оно самое умное, смелое, сильное и могущественное, будет отсиживаться в безопасных землях. В Соэлен вражеские войска по-любому не скоро дойдут.
А пока хватит Теренса и Гилберта. Тоже мне, великие полководцы! Ежедневно в битву рвутся. А кто под стенами Тирана торчал неизвестно сколько времени? Нет, пусть учатся воевать правильно. Не по правилам, а именно правильно. Когда врагу не дается ни одного шанса.
Хватит, и так сыновья за материнской юбкой маргул знает сколько прятались. А воевать надо с наименьшими потерями со своей стороны! Надо помнить, что под твоей рукой не безликие фигуры, а живые существа. Да, это сложно, но кто сказал, что будет легко?
Тем более что сейчас не до шуток и игр в «великих и могучих». Этот враг не знает, что темных надо бояться и трепетать перед ними. И что если у тебя нет пятикратного превосходства, то соваться в их земли вообще не стоит. Придется все же рассказать этим залетным птицам, кто здесь самый главный.
Хорошо, что о приближении чужой эскадры они узнали заранее. Всегда нелишне прикормить парочку пиратских капитанов, чтобы они служили глазами и ушами темных на море. Это позволило подготовиться и срочно переселить людей из прибрежной зоны в глубь страны. До Кардмора враг дойти не должен. А значит, надо делать все, чтоб и не дошел.
План обороны предполагал, что первый сильный удар они нанесут по чужакам, когда будут двигаться через Хребет. Драконьим штурмовым полкам под защитой сильных магов будет несложно основательно уменьшить количество противников. А когда они спустятся…
Самое главное — надо усилить гарнизоны на границе с орками. Если еще и эти решат пощипать империю, то малой кровью не обойдешься. Да, они отобьются, но какой ценой? Надо подумать, может, нанести упреждающий удар по Степи? Чтобы не мешали разбираться с пришельцами. А там и извиниться можно будет. Может быть.
— Ар? — неожиданно раздался магический вызов.
Князь? Ему-то что надо?!
— Мир? — удивленно откликнулся Властелин. — Что случилось?
— Нам надо поговорить, — потребовал эльфийский родственник. — Открывай портал.
Ну, если уж Мир требует… Стационарный портал был замаскирован под ковер кентаврийской работы. Так что уже через пару мгновений на его ворс ступил эльфийский князь.
— Изучаешь? — поинтересовался он, кивая на расстеленную карту.
— На нас напали, — криво улыбнулся Аргал.
— Значит, и на вас тоже… — задумчиво отозвался Миритель, склонив голову.
— Тоже?.. — Темный Властелин покатал слово на языке. Оно пахло кровью, болью и смертью. — Значит, точек высадки несколько.
Если не больше.
— Они не справятся, — даже не пытался скрыть очевидного светлый.
— Ты поможешь? Пока я не разберусь тут? — Эти двое, хоть и были официально непримиримыми врагами, понимали друг друга с полуслова.
— Что мне еще остается? — криво ухмыльнулся эльф. — Кстати, ты уже знаешь, кто это?
— Я думаю, что это ушедшие перед Пришествием. Те, кто использовал магию Крови.
— Зна-а-ешь, — задумчиво протянул князь, потирая подбородок, — я иногда думаю, а есть ли что-то, что ты не знаешь?
— Ну… — в тон ему ответил Аргал, — например, рецепт «Серебряной лозы». Не просветишь?
— Два золотника сахара, четыре сорта виногра… М-маргул, что я несу! Нашел о чем спрашивать! И вообще это секрет рода!
— Ну я ж должен был попытаться выведать! В конце концов, темный я или нет?
Эльф только фыркнул:
— Ладно, вернемся к делу: скажи лучше, с чего ты так решил?
— В хрониках написано, — пожал плечами Властелин.
— Так вот кто упер их под самым моим носом! — притворно возмутился эльф.
Впрочем, уже через мгновение оба весело рассмеялись. Только если прислушаться, то в этом смехе ясно проскальзывали тревожные нотки. Предстояло воевать. Воевать всерьез. И кто знает, что случится уже завтра?..
— Не останешься на обед? — поинтересовался темный.
— Нет, мне пора назад, выбивать пыль из Мастеров Меча. Кажется, они порядком заржавели… Передавай привет Кристе.
— До встречи, — кивнул в ответ Аргал, открывая портал.
Предстоит еще много дел, но когда есть кто-то, готовый разделить с тобой тяжесть решения, то становится легче.

…Правитель Ниравиэнэ, Рион эн'Грай, находился в гневе и растерянности. Слова Вангара о том, что необходимо готовиться к войне, оказались… Да можно сказать, пророческими! На страну напал враг. Причем неведомый, негаданный. Одно дело, если бы это были темные. Тогда все просто. Поднял армию, послал советников с вопросом: а в чем же, собственно, дело?
Но здесь — просто подлое нападение. В смысле, без официального объявления войны. Причем его придворный маг, приходившийся ректору школы близким другом, был твердо уверен, что это не проделки темных. Он вообще заявил, что с их стороны пять лет спокойной жизни гарантировано. Откуда такие сроки и почему вообще возник такой разговор, правителю было непонятно.
Впрочем, что темные не собираются нападать, Риону еще старший брат сказал, а теперь… Теперь имеется неведомый враг, нагло разрушающий укрепления и захватывающий земли. Придется собирать Большой Совет правителей всех Светлых земель (по хорошему счету — тот же самый Объединенный Совет Светлых земель). Но кто ж виноват, если к словам команды никто не прислушался?!
Различались эти Советы только количеством представителей. Некоторые из светлых королевств не входили в Большой Совет и вообще считали себя независимыми от всех и вся. Но поскольку беда общая, то и присутствовать должны все.
Да, на Объединенном Совете выслушали членов команды, присутствовавших при новой попытке пригласить в эти земли Царицу Ночь. Да, на Совете узнали, что виновен в таком приглашении не какой-нибудь темный, а самый что ни на есть светлый эльф. Да, поняли, что он с кем-то связан и просто не может действовать сам… Но этот Совет ни к чему в итоге не привел! Объединяться для того, чтобы дать отпор неизвестному и, вполне возможно, попросту несуществующему врагу, не захотели. И вот результат… Пора собирать Большой Совет. На этот раз видно, что слова членов команды — не выдумка (хотя в принципе герцог и так в этом не сомневался).
Да, надо не забыть послать приглашение и эльфам, хотя они игнорируют подобные мероприятия уже последние лет пятьсот-семьсот. А не пошлешь — обидятся и цены на свои товары задерут до небес.
Как же иногда правителю хотелось плюнуть на все это болото, именуемое политикой, и уехать куда-нибудь на пару лет. Но нет, дела, словно тяжеленные цепи, висли на руках, цеплялись за ноги. Приходилось стискивать зубы и волочить этот груз дальше…
Кроме того, если верить донесению, в стане врага имеются маги неведомой школы. Так что точно определить способ противостояния им невозможно. «Надо больше данных», — виновато пожимал плечами придворный маг. А где их возьмешь? Это же надо посылать людей, и кто знает, вернутся они или нет.
Доргий, ну как же не вовремя эта война!
Правитель нервно мерил шагами кабинет, изредка косясь на висящую на стене карту. Да, картина вырисовывалась неутешительная. Врага надо было останавливать уже сейчас, если не хочешь через месяц увидеть его под стенами столицы. Маргул, но как они умудрились незамеченными пробраться в центр Светлых земель? И вообще что им стоило взять в своем походе чуть больше на юг, восток или север? В крайнем случае — чуть западнее! На Карагнат или Тиилансу бы напали… Уже одной головной болью было бы меньше! А теперь… «Завтра же, — пообещал он себе, — завтра же проведу Совет!» Дальше тянуть уже просто невозможно.
Приняв решение, эн'Грай направился в тронный зал, но на пороге столкнулся со своим придворным магом. Тот имел несколько растерянный и ошарашенный вид.
— Торкес? — удивленно окликнул его герцог. — Что произошло?
— Эльфы, ваша светлость, — невнятно ответил тот.
— Что — эльфы? — внутренне кривясь от досады, переспросил правитель.
— Эльфы прибыли. Ждут вас. — Кажется, маг был не на шутку огорошен, так как мог изъясняться только короткими и отрывистыми фразами.
Рион опешил. Не успел он послать даже магического гонца, как остроухие сами приехали в столицу! Что же произошло? Или он чего-то не знает?
Отстранив с дороги все еще не пришедшего в себя мага, герцог направился к эльфийской делегации. И здесь его ждал второй удар. Ибо прибыл Светлый князь собственной персоной. Да не один, а в окружении Мастеров Меча.
— Приветствую царственного собрата в своем доме, — склонил голову эн'Грай.
— Чистого неба, герцог, — ответил легким кивком эльф. — Не поймите меня превратно, но сейчас не до этикета. Где мы можем поговорить?
Герцог с трудом сдержался, чтобы не начать заикаться. Всегда флегматичные и напыщенные эльфы разительно переменились. Сейчас они больше походили на охотящихся хищников. Настороженные, собранные, готовые в любой момент атаковать противника. Да и этот разговор… Кажется, обнаруженный противник — это не самое плохое, что могло случиться за сегодняшний день. Доргий, ну за что прогневался ты на детей своих?!
— Прошу следовать за мной, — кивнул эн'Грай, с трудом удерживая невозмутимое выражение лица. Только голос предательски подрагивал.
Князь молча кивнул и зашагал следом за герцогом в его кабинет. Кажется, богам надоело наблюдать за вялой возней местных обитателей, и они решили расшевелить это стоячее болото, кинув туда здоровенный булыжник. Только как бы брызги от подобного «подарка» не долетели до них самих.
А пока двум представителям правящих домов было что обсудить перед всеобщим Советом. Тем более что Светлый князь был решительно намерен ознакомить с его прохождением и Аргала. Хватит этих пресловутых розней. Подраться друг с другом можно тогда, когда захватчик будет выкинут туда, откуда пришел. Что бы ни говорили, но Властелины — прирожденные воины. Зная же их манеру ведения войны, можно было даже рассчитывать на победу.
Правда, какой ценой она им достанется — это уже другая тема для разговора…
Вот только беседы с глазу на глаз так и не вышло.

ГЛАВА 2
Бить или не бить. Вот в чем вопрос…

Снежный вьюрок редко спускается с гор ниже пяти тысяч футов над уровнем моря. Но то ли в Благоземье природа была какая-то не такая, то ли еще что, но эта мелкая птичка порхала сейчас прямо перед окном комнаты, отведенной Кею. Наконец птахе надоело напрягаться, и она, издав короткую трель, опустилась на подоконник. Склонила набок головку, косясь одним глазом на оборотня, сидящего в глубоком кресле подле окна.
Многоликий, даже не пытаясь перекинуться в зверя, злобно зыркнул на вьюрка золотым кошачьим глазом. Птичка испуганно икнула и взвилась в небо с такой скоростью, словно кто-то подпалил ей хвост.
Настроение у Кея ас'Гойра гар'Ашхайта было, мягко говоря, отвратительным. С момента его прибытия в Благоземье прошло дня три-четыре, не больше, но…
Оборотня постоянно грызла мысль, что иначе, чем предательством, его поступки не назовешь. Да, можно оправдываться перед собой, что хотел лишь защитить честь матери, но она требовалась, эта защита?! Тебя просили вмешиваться?! Может, стоило попросту рассказать обо всем отцу? А уж как он бы сказал, так и действовали…
Парень и сам не мог бы ответить на вопрос, что выгнало его из отведенных апартаментов. Может, совесть окончательно замучила, а может, еще что, но оборотень бросил последний косой взгляд на распахнутое настежь окно и вышел из комнаты, решив, что ничего хорошего простым отдыхом он не добьется.
Дверь хлопнула, подобно взрыву огненного шара, только многоликий даже не обернулся. Нет, конечно, вполне возможно, что здесь уже начали по новой моде ставить гномьи автоматические замки, но… Если так оно и есть и дверь закрылась… Кей очень сомневался, что только у него был ключ от этого помещения.
Слуги проскальзывали мимо мерно шагающего оборотня, подобно легким теням. Шаг, другой — и нет уже худощавого парня, что спешил куда-то вперед, неся на плече туго свернутый ковер. Новый шаг — и пропала старуха, обмахивающая небольшой метелкой пыль с картин.
Со странной девицей, задумчиво ковыряющей пальцем камень стен, многоликий столкнулся совершенно случайно. Она замерла за очередным поворотом, перекрыв проход, и оборотень, совершенно не ожидавший подобной пакости, попросту налетел на нее. Кей и сам не мог бы объяснить, как он умудрился ее не заметить. Что ему стоило услышать ее дыхание, почувствовать запах, — а вот гляди ж ты!
Девушка вздрогнула всем телом и зло уставилась на Кея:
— Смотри, куда идешь!
Настроение у оборотня было хуже некуда, так что все, на что его хватило, это картинно-издевательски раскланяться перед странной дамочкой:
— Прошу, прощения, миледи, но ваша неземная красота повергла меня в шок, и, заглядевшись на ваши…
На что он там мог заглядеться, оборотень так и не успел придумать: взгляд его прикипел к тяжелому перстню, удобно примостившемуся на пальце девицы. На печатке был изображен дракон, изрыгающий пламя.
Оборотень сам не заметил, когда успел схватить девушку за запястье.
— Откуда это у тебя?!
Хранитель уже долгое время слой за слоем снимал заклятье. Сложное, невероятно неудобное в работе, оно буквально сковывало хозяйку, мешало духу-охраннику, но время шло. Одна оболочка слетала за другой — настроение девушки менялось, подобно стеклышкам в калейдоскопе, каждый раз складывающим новый узор. Но оставался последний покров, тот, над снятием которого Хранитель трудился уже несколько дней.
И в тот момент, когда ладони двух заочно знакомых людей соприкоснулись… Возможно, именно этого толчка и не хватало Хранителю.
Заклятье, столь бережно свитое императором Благоземья, рухнуло.
Хранитель удовлетворенно фыркнул и, свернувшись в перстне тугим комком, снова задремал. До следующего нападения.
Девушка покачнулась, опираясь плечом о стену. Узкая ладонь выскользнула из крепкой хватки оборотня…
— Осторожно!
Она перевела на него затуманенный взор:
— Ты кто?

…За последние несколько лет мыши стали проклятием школы. Мерзкие твари были повсюду: противно пищали в столовой, пакостили в комнатах студиозов, рвали вещи. С ними пытались бороться, сыпали яды, ставили мышеловки, насылали проклятья… Безрезультатно. В какой-то миг глава школы смирился с незримым присутствием грызунов и даже смог убедить преподавателей, что ничего страшного в этом нет.
Честно говоря, сейчас мэтр Аркэн потихоньку проклинал те дни, когда Всесветлая библиотека была перенесена из Заркина в Соэлен. Да что там, в Соэлен, в школу. Та сейчас переживала далеко не лучшие времена, обещанных дотаций от Союза Светлых земель хранитель библиотеки ждал уже больше десяти лет… Так что, когда в день объявления войны мэтр Аркэн увидел, что драгоценнейший фолиант, написанный еще до Раскола, изгрызен мышами, он понял, что его терпение лопнуло.
И ладно бы только мерзкие животные попортили переплет — это бы мэтр Аркэн как-нибудь пережил, но, похоже, какой-то нерадивый ученик не стал переписывать нужную информацию, а попросту выдрал с корнем несколько листов из середины! Текст изуродованного тома повествовал о войне с исчезнувшим ныне Благоземьем, и в первый момент хранитель заподозрил, что порча — дело человеческих рук, но… Скажите мне, какой читатель, поиздевавшись над книгой, будет царапать обложку, трепать корочку книги? Нет, несомненного всем виноваты мыши.
И с ними пора было что-то делать!

…Идти через Стальную пустыню Рон не решился: если Плато после исчезновения Царицы Ночи можно было безбоязненно пересекать вдоль и поперек, то пустыня… Да мало ли кто там может встретиться? Было бы глупо погибнуть, когда у тебя наконец появился шанс вернуться домой. Так что барханы «пустынные волки» обходили по большой дуге.
Странную группу, движущуюся откуда-то из глубин пустыни, первой заметила Нира. Человек двадцать, не больше. В длинных развевающихся одеждах, они казались сошедшими со страницы книги. Какой-нибудь истории на тему «Жизнь и поведение в пустыне».
Что в Стальной пустыне могут жить люди, ни Рон, ни Нира даже не предполагали. А потому, не сговариваясь, решили выяснить, кто эти незнакомцы, возникшие в песках. Тем более что от странников отделился парламентер.
Разговор вышел более чем странный. Пустынники сразу взяли корна за рога:
— Скажите, путники, — степенно поинтересовался седоволосый старик. — Не видели ли вы в странствиях своих огненнорукого Шарки?
«Волки» удивленно переглянулись:
— Нет!
Тут бы разговору и завершиться, но старик не отставал:
— Подумайте, путники! Нам нужно знать правду! Он молод. Его волосы цвета золота. Но в миг, когда он злится, меняется его облик, и пряди становятся чернее песков Стальной пустыни.
А вот теперь описание очень походило на…
— У него были спутники? — осторожно уточнил воин.
— Были! — вмешалась в разговор девушка, стоявшая рядом со стариком: — Девушка-лучница, спустившаяся, верно, прямиком из чертогов Тхаана, и мужчина, цвет волос которого подобен утренней заре…
Рон поперхнулся. Подобного описания покупателей неведомой зверушки, «ласково» обозванной Нирой «т'елкханг шьераан», он совершенно не ожидал.
— Они ушли в Д'Окмор, — вздохнул рыцарь.
— А где это? — тут же заинтересовалась девушка, не давая старику вставить слово.
Нира уже хотела начать рассказывать, куда и сколько по времени им придется идти, но Рон попросту зажал ей рот:
— Прежде скажите, зачем он вам нужен?
— Священный сын великого Ренки прожил с нами всего несколько дней, — тихо начал рассказывать старик. — А потом, в ночь, когда месяц встретился с солнцем, а барханы, мчащиеся под ударами ветра по пустыне, сменили свой путь, Шарки, явив нам одновременно оба своих лика — и светлый, и темный, вновь забрал его. Лунный свет проходил сквозь оба его тела, а ребенок… Ребенок рассмеялся и протянул к нему руки… И Шарки спросил у себя, чуть недовольно: «Нам обязательно надо его забирать?! Тебя ведь ждут!» И ответил себе: «Да! А не хочешь меня ждать, можешь проваливать ко всем маргулам. Только ребенка не забудь с собой захватить».
— А потом они ушли, — вступила в беседу его спутница. В ее глазах горел фанатичный огонь. — Ушли, растворившись в лунном свете. И лишь ветер, перебирающий песок, донес до нас детский голос: «А кто ты?»
И один из ликов ответил: «Я — эль…» И было молчание и сердитый шепот: «Заткнись! Их пугают эльфами! Таш, он демон! Добрый-добрый остроухий демон! И очень молчаливый демон! Понятно, Мирн? Я сказал — молчаливый!!!» И все стихло…
Старик молча качал головой, вторя ее словам, и лишь когда отзвучал восторженный голос девушки, он кивнул так, что длинная седая борода коснулась земли, и продолжил:
— Шарки ушел, забрав с собой священного сына великого Ренки и не сказав, как нам жить дальше. Мы идем, чтоб спросить об этом…

…Император Благоземья решил взять Аларию в клещи. Влариэль был абсолютно против. Он говорил, что открывать два фронта, со стороны Светлых и Темных земель, — крайне нерационально, это распылит усилия войск… Его никто не послушал. А когда вопль дивного достиг наибольшей громкости, Гэлерм даже любезно предложил будущему зятю возглавить одно из войск. Нападающее или на Светлые, или на Темные земли. По выбору.
Влариэль замолчал. И больше провокационных предложений не делал.
Эльф понятия не имел, что фронтов будет не два, а несколько больше. В самом деле, если от зятя можно будет быстро и легко избавиться, какой смысл рассказывать о существовании так называемых червоточин? Много лет назад, еще до пришествия Царицы Ночи, именно ими и воспользовались предки нынешнего императора Благоземья, сбегая из Аларии. А вот теперь… Теперь предстояло воспользоваться ими вновь.
По большому счету червоточины представляли собой что-то вроде проколов в пространстве. В какой-то мере они напоминали темные Врата, разве что открывались магией Крови, а не тьмы. Да и провести через червоточину можно было целый флот, чем и воспользовался император Благоземья, открыв еще один фронт.
Людей хватит. А темные и светлые разбредутся по Аларии и не смогут одновременно отразить все войска, оттого и будут уничтожены.

…Если герцог Ниравиэнэ рассчитывал, что в его кабинете можно будет поговорить с глазу на глаз, то он жестоко просчитался: поперек стола была небрежно брошена карта, придавленная, дабы не сворачивалась, двумя золотыми бокалами, щедро украшенными драгоценными камнями, а вокруг стола стояли трое: Вангар, Тайма и гном. А в дорогое, привезенное из Дорфа кожаное кресло забралась с ногами хрупкая зеленоволосая девушка.
— …Ты всерьез считаешь, что вражеская армия пойдет через перевал?! Какого маргула?! Здесь, — Вангар черканул пальцем по пергаменту, — можно пройти намного проще. Тем более если не ставить своей целью захват Темной империи!
— Да при чем здесь империя! — взорвался гном. — Достаточно пробить вход в Подгорные города, захватить их, и вся ваша хрупкая система «темные — светлые» рухнет к мархангу лысому!
Тут в разговор вмешалась Тайма. Женщина отбросила с лица прядь серебристых волос и тихо, не пытаясь повысить голос, поинтересовалась:
— Позволь узнать, Торм, какие именно города ты имеешь в виду? Официально вступившие под руку Властелина или те, что поддерживают вооруженный нейтралитет, не относясь ни к темным, ни к светлым?
— К кому бы они ни относились, и как бы ни назывались, в любом случае это мои земли! — не выдержал гном. — И если вражеская армия начнет движение в их сторону, я должен быть там!
Зеленоволосая, до этого момента молчаливо прислушивавшаяся к разговору, хихикнула:
— Так бы и сказал, что тебя интересуют Подгорные города и возможность их объединения! А то…
Что именно «а то» девушка не договорила. Бросила короткий взгляд на неслышно распахнувшуюся дверь, разглядела замерших на входе эльфа и герцога и чуть слышно ойкнула.
Впрочем, спорщики ее прекрасно услышали. Замерли. Оглянулись.
Все, на что хватило герцога, это осторожно поинтересоваться:
— Я не помешал?
— Проходи, — кивнул Вангар. — Расскажешь, что известно о нападающих и какая из версий кажется тебе более верной. Моя или Торма. — Он помолчал и добавил с легким полупоклоном: — И вы присоединяйтесь, Светлый князь.
Именно Миритиль первым и оценил комизм ситуации. Эльф закусил губу, чтоб не расхохотаться в полный голос, но, увы и ах, незваная улыбка все-таки выползла на губы. А потом рассмеялись и остальные присутствующие в комнате. Все, кроме зеленоволосой.
Та замерла, не отрывая потрясенного взгляда от молодого герцога. А с губ уже срывалось восторженное:
— Ой, какой… какой краси…
Торм, шагнувший к клиричке, поспешно зажал ей рот.

…Темный Властелин вздохнул и устало откинулся на спинку кресла. Очередной разговор. Проверить боеспособность армии. Обсудить тенденции движения фронта. Уточнить… Усталость накатывала мягкой, но от этого не менее ощутимой лавиной.
Один за другим выходили из комнаты генералы. Надо воевать. Это понятно всем и каждому. Вышел последний. В кабинете оставались только император и начальник императорской гвардии. Наконец к выходу направился и он. И тут Властелин решился:
— Гойр, подожди.
Мужчина замер и обернулся:
— Да, ваше величество?
На стол неспешно легла смятая, кое-где порванная бумага.
— Возьми, прочитай. Тебе стоит это знать.
Граф гар'Ашхайт неспешно поднял письмо, пробежал взглядом первые строчки… И его щеки залила мертвенная бледность.
— Что это?..
На лице императора не дрогнул ни единый мускул.
— Его нашли сегодня утром.
Хорошая все-таки вещь — зомби. Найди письмо живой слуга, и к вечеру бы уже весь Кардмор обсуждал, что и как.
Тишина, царившая в кабинете Властелина, казалось, сгустилась настолько, что хоть ножом режь. И даже скрестившиеся взгляды не смогли разбить ее…
— Откуда?.. — только и смог выдохнуть мужчина.
— Маргул! Гойр, — не выдержал Властелин, — неужели ты думаешь, что, если бы я написал это, я показал бы его тебе?! — Гвардеец молча отвел взгляд, а Аргал продолжил: — Хвала богам, что его никто не нашел, иначе…
— Уже…
Короткое слово прозвучало подобно грому небесному.
— Что?!
Лишь теперь Гойр поднял взгляд на Властелина.
— Кея нигде нет. Третий день подряд.
— И ты молчал?!
На лице гвардейца заиграли желваки.
— Честь и долг важнее.
— Боги, Гойр… Какой же ты идиот… — только и смог выдохнуть император.
— Ар, разве ты на моем месте поступил бы иначе?
На этот раз взгляд отвел Властелин.
Между тем без дела не сидел не только Темный Властелин. Этажом ниже, в комнате ее высочества Марики ис'Аргал гар'Тарркхан, бушевали нешуточные страсти.
Иголки бойко сновали в руках у четырех девиц. На растянутых на пяльцах тканях один за другим распускались шелковые цветы. Вот только спору это совершенно не мешало.
— Чушь! — мрачно буркнула изящная голубоглазая шатенка, вгоняя иглу в ткань с такой силой, словно это была не ни в чем не повинная материя, а по меньшей мере глаза врага. — Я уже пять раз сказала и повторю снова, что нам никто ничего рассказывать не будет! Мы ж де-е-евушки, — последнее слово она протянула как ругательство, — нам о войне ничего знать нельзя. Что наши родители, что твои, Марика, будут молчать, как рыцарь Такирен перед темными.
— Причем ровно до того времени, как в Кардмор войдут враги, — поддержала ее вторая вышивальщица, похожая на первую как отражение.
— Не неси ерунды, Лура! — отмахнулась принцесса, задумчиво подбирая оттенок красного. — До Кардмора никто не дойдет, еще в Скерте застрянут — Тери достался хороший домен, — хихикнула она. — Одни Тошские болота чего стоят.
Наконец в разговор вмешалась четвертая ручница, в отличие от остальных, из-под ее иглы выходило морское сражение: синих, голубых, а то и просто бирюзовых ниток постоянно не хватало.
— Скерт — это, конечно, хорошо, но, честное слово, меня совершенно не прельщает провести лучшие годы своей жизни, щипля корпию.
Ответом ей был дружный вздох.
— А раз так, нужно что-то делать, — подвела итог Марика.
— Вопрос только, что? — задумчиво протянула шатенка.
Принцесса вздохнула и задумчиво предложила:
— Мне кажется, раз нам не говорят, что происходит, надо все узнать и действовать соответственно…
— Хор-рошая идея, — протянул разноголосый хор.
Лишь Лура вздохнула:
— Если б еще знать, куда Кей пропал… Да, Марик?
Игла легко пронзила ткань и ткнулась в покрытый черной чешуей палец, ожесточенно потыкалась острым носом, безуспешно пытаясь проколоть кожу… Но принцесса не обращала на это никакого внимания… Сделать вид, что не замечаешь намеков, проще, чем объяснять, что творится на душе…
— Ох, и не говори, — поддержала девушку ее близняшка. — Я так за него волнуюсь, так волнуюсь…
И новый косой взгляд.
Всю игру испортила ручница, вышивающая море:
— Лура, Стия, не мелите ерунды! С Кеем все в порядке! Я всегда чувствую, когда у него проблемы. А сейчас он максимум нервничает.
Марика наконец отвлеклась от безумно интересного и не менее безуспешного пришивания собственного пальца к картине и позволила себе легкую улыбку:
— Так, девочки, хватит болтать, пора действовать.

Книги… Книги…
Безусловно, книги — вещь очень интересная, полезная и вообще. Я с этим не спорю, и спорить не собираюсь. Вся проблема в том, что найти эти самые интересные, полезные книги дело не из легких. По крайней мере, ни один из бережно отобранных мною в библиотеке томов таковым не оказалось. По крайней мере, ничего из того, что искал, я там так и не нашел.
Что ни говори, а обидно до соплей. Стараешься тут, литературу по списку выбираешь, в очереди стоишь как идиот, а потом выясняется, что книги под названием «Магическая сила», «Шелковые шпоры», «Могущество первой ночи» или «Сердце тигра» никакого отношения ни к Свету, ни к Тьме не имеют! Они вообще к магии не относятся, не говоря уже о чем-то большем. Например, о расчете векторов при комбинировании заклятий или же основах ритуалистики. Причем содержание этих произведений, не достойных даже называться книгами, таково, что фолиант без названия, обнаруженный в столе у папы, — это так, детский лепет.
Рин, заинтересовавшись тем, с какого перепугу я замер, уставившись в книгу, заглянул через мое плечо, пробежал взглядом пару строчек и предложил немедленно сдать тома обратно в библиотеку. Элиа тоже не могла остаться в стороне. Она прочитала чуть побольше, побагровела и поспешно захлопнула фолиант. Не обращая внимания на то, что я придерживаю пальцем страницу. А томик-то был толщиной с «Большую Темную энциклопедию»… И вот такой-то книжечкой, да с твердой кожаной обложкой, да с металлическими накладками на уголках, да мне по пальцам…
Думаю, школа давно не слышала в своих стенах столь цветастого высказывания. А что? Меня дедушка учил! Вот. Все вопросы к нему.
Интересно, в Светлых землях найдется такой самоубийца, что решится вызвать дух Первого Властелина, дабы попенять ему на мое ненадлежащее поведение? Он ведь не один придет. А с побратимом…
Ой, хватит с меня всякой ерунды! Надо вернуть всю эту… «познавательную» литературу обратно в библиотеку (кажется, я начинаю понимать, почему на меня хранитель так смотрел) и взять нормальную!
И Рин, и Элиа тут же вызвались мне помочь отнести всю эту гору макулатуры на ее законное место. Эх, на костерочек бы ее, так не дадут же! Ну Элиа еще маленькая, ей тяжести таскать нельзя, а на руки Рина я со спокойной совестью сгрузил всю стопку, оставив себе, дабы никто не возмущался, тоненькую брошюрку. А что? Я тоже занят, книгу несу!
Вот только в полной мере освободиться от гнета обязанностей мне так и не дали. Футах в трех от нашей с Рином комнаты кузен все-таки сподобился выглянуть из-за стопки, оценить разницу между своим и моим грузом.
Стопка неожиданно резко накренилась… и рухнула прямо мне под ноги, чудом эти самые ноги не отдавив. А когда я хотел уже возмутиться, Рин заломил бровь:
— Не подскажешь, чьи это книги?
— Извини, авторов не запомнил, — мрачно буркнул я, подбирая тома.
Половину книг все-таки нес Рин.
Вход в библиотеку запрудила толпа неиствующих студиозов. Та очередь, в которой мне пришлось выстоять, получая книги, по сравнению с этой казалась небольшой компанией. И все присутствующие чего-то требовали, чем-то возмущались, о чем-то спорили…
— Э-э… что происходит? — осторожно поинтересовалась Элиа у ближайшего к нам ученика.
…И где-то я уже его видел?
Студиоз окинул нашу троицу чуть насмешливым взглядом и поведал таким голосом, словно открывает великую тайну:
— Библиотекарь с ума сошел. — (Сто-о-о-оп! Это ведь он рассказал, как из школы выйти?) — Кричит, что все книги поели мыши и виноваты в этом учащиеся: берут тома грязными, жирными руками, страницы засаливаются, вот крысы и жуют все подряд. И что мы вырываем страницы вместо того, чтобы бережно и трепетно скопировать информацию.
Оригинальная трактовка. Вот только я все равно не понимаю, отчего такая толпа собралась?..
Нет, но ждать, пока они разбредутся, я тоже не могу! У меня книг столько, что хоть сейчас вешайся! Значит, надо действовать по-другому. Вперед! На штурм! Рина поставим впереди — пусть ему все синяки и шишки достаются.

Уж не знаю как, но протолкаться в библиотеку нам все-таки удалось. Я пару раз получил локтем по ребрам (ничего, господин брюнет с третьего курса, я вас запомнил!), раза три мне наступили на ногу (вы, девушка в синем платье, теперь тоже в моем черном списке!), и один раз, неловко толкнув верхнюю книгу в моей стопке, этой самой книгой засветили мне по переносице (вам, господин в черной мантии, я еще отомщу! Гм… а вы у нас ничего не преподаете? Тем хуже для вас!). Пострадал ли Рин, ничего не скажу — эльф выглядел так, словно и не пробивался сквозь толпу, а так, на прогулку вышел. Ну а Элиа вообще никто не пытался задержать.
Так… Теперь захлопнуть дверь перед носом рвущихся в библиотеку студиозов (вот это тяга к знаниям!) и остановиться перед разъяренным хранителем.
Впрочем, разъяренный он, может, и разъяренный, да только что он нам сделает? Покусает? Так книги мы не рвали, пальцы об страницы не вытирали… Короче, я спокойно выслушал выступление библиотекаря. Только разве что от скуки не зевал. Папа ругается намного интересней! И мама.
Через пару минут хранителю надоело срывать злобу на мне, и он повернулся к молчащему до этого Рину:
— А ты вообще…
Ох, лучше бы он помолчал! А то в тот же миг в спор ввязалась Элиа. Девушка словно с цепи сорвалась. Честно, я такого от нее совсем не ожидал…
— Да как вы смеете кричать! Он вообще ни одной книги не брал, а вы…
Лучше бы она не вмешивалась! Хранитель тут же окрысился на нее:
— А ты кто такая?! — Рванувшись к столику с формулярами, он принялся перелистывать карточки: — Ну? Твоя фамилия?!
Похоже, дедушка мечтал сорваться на всех и сейчас лелеял тайную надежду свалить пару-тройку изорванных книг еще и на Элиа.
Темная на мгновение опустила глаза, закусила губу… А потом вскинула взгляд на старика и выдохнула четко и спокойно, словно присягу приносила:
— Элиа Аркэн. Дочь светлого рыцаря Клода Аркэна, сына хранителя Всесветлой библиотеки Франкиса Аркэна, и Морны ис'Лион гар'Дайхэн, дочери Великого магистра Ордена Лиинс'Шерниатэйла Лиона ас'Кэзимир гар'Дайхэна.
Тарк мархар к'ралли гарркакх… У меня просто нет слов. А те, что есть, можно найти в книге Микоши…
Рядом раздался оглушительный грохот — из рук Рина выпала вся бережно сложенная стопка книг…
Интересно, а ведь Элиа говорила, что ее мама принадлежит к обедневшему темному роду… Если магистр Ордена Предвечной Тьмы — обнищавший… Я просто не знаю, что сказать!
Следующие минут пять я просто не запомнил: в комнате стоял такой ор, словно господин хранитель Всесветлой библиотеки решил криком снести крышу со школы. И, честно говоря, общий смысл его воплей сводился к тому, что видел он всех своих новых родственников у маргула в болоте, а тех, кто к нему в эти самые родственники набивается, — еще дальше…
Элиа молча выслушала его, дождалась короткой паузы, пока хранитель набирал воздух для очередной тирады, и ледяным тоном поинтересовалась:
— Это все?
А когда не ожидавший подобного вопроса библиотекарь потрясенно кивнул, темная резко развернулась и вышла из комнаты. Не оглядываясь.

Мы с Рином нашли ее минут через десять, не меньше. Девушка, забившись в какой-то темный уголок за лестницей между вторым и третьим этажами, сидела, вытирая ручейки слез и отчаянно хлюпая носом.
Кузен опустился перед нею на колени.
— Элиа, не плачь, он того не стоит…
Девушка вновь хлюпнула носом:
— Ну и маргул с ним! Он мне и даром не нужен! И не напрашиваюсь я к нему в родственники! И не нужен он мне вообще! И знать его не хочу! И вообще! Отказался от папы, ну и пусть катится ко всем мархангам, видеть его не могу-у-у-у!!! — уткнулась она лицом в плечо эльфу.
Рин осторожно провел ладонью по ее спине, успокаивая, беспомощно оглянулся на меня:
— Ди, ты куда-то собирался? В библиотеку, кажется? Иди, прогуляйся, а?
Мне кажется или кузен меня вежливо послал?

Местом «высылки» я избрал крышу левого крыла школы. Здесь располагались подсобные помещения и жилища учителей, так что побеспокоить меня никто не смог бы. Просто потому, что все заняты — на лекциях, в библиотеке и вообще.
А мне тоже надо подумать в тихой и спокойной обстановке.
Честно говоря, сейчас у меня в голове крутились две основные мысли: Элиа, оказавшаяся совсем не такой простой, как могло показаться с первого взгляда, и… война. И если о темной я еще успею поразмыслить как-нибудь потом (всему свое время. В том числе и общению с Великим магистром Ордена Предвечной Тьмы), то война… О, тут еще о многом надо подумать.
Стало ясно, что в этой Всесветлой библиотеке если что и есть, так не книги по боевой магии. И уж тем более не фолианты, обучающие контролю и соотношению магических сил.
Значит, придется выводить закономерности опытным путем. И задание отца по поиску нужных сведений в школе можно считать выполненным. Правда, с отрицательным результатом. Но такой результат тоже чего-то стоит. В смысле, теперь понятно, что здесь ловить нечего.
Вместо этого у меня родился новый план. Пока мы шли по коридорам и Рин не нагрузил меня книгами, я смог прочитать довольно симпатичное объявление. Оказывается, скоро будет проводиться что-то вроде состязания между боевыми магами. И лучшие из победивших отправятся на передовую.
Хм, как интересно. Это если кто-то не захочет сражаться с врагом, то вполне может завалить испытание? А что, вполне официальный способ остаться в школе. Правда, думаю, подобных индивидуумов не найдется. Судя по увиденному мною на уроках, энтузиазм у учеников просто зашкаливает. Интересно, они вообще понимают, что им предстоит, или, начитавшись рыцарских романов, витают в облаках?
Кстати, что радует больше всего, испытания анонимны. Делается это для того, чтобы определить реальную силу кандидата. Оценки — это такое дело. Мало ли, за что ты их получил? Особенно если вспомнить то, что рассказывают об обучении в некоем универсуме. Там каждый второй могучий маг по оценкам, а каждый первый — чуть ли не воплощение Доргия на земле.
Так что на эти испытания можно записаться под каким угодно именем и с какого угодно курса. Хотя многие понимают, что у первогодков шансов нет никаких… Ну это мы еще посмотрим.
Но тут возникает другой вопрос. Вернее, даже два. Первый заключается в том, разрешит ли это ректор. Нет, на соревнования можно записаться, не ставя его в известность. Да и участвовать — тоже. Но вот почему-то мне кажется, что официальное назначение должен подписывать все-таки он. Причем в бумагах будет стоять настоящее имя. Вряд ли он позволит мне или Рину подобные… фокусы. Даже при условии, что мы выиграем.
Просто потому, что использовать Властелина в качестве обычного мага — это все равно, что колоть могучим артефактом орехи. Вроде и получается, но жахнуть в результате может так, что ни орехов, ни их едока не останется. Что же касается Рина, то он вообще несовершеннолетний. А зная отношение эльфов к своим детям, могу сказать точно: ректора за такие действия на ленточки распустят. Ну и пусть братец по росту меня догнал, традиции — это вам не просто так.
Бред, а что поделаешь? У долгожителей и традиции такие же. Долгоживущие.
Второй вопрос — Элиа. Учиться магии она стала не так давно. И, насколько мне помниться, особыми успехами пока не блистала. Даже если удастся уговорить ее принять участие в соревновании (если Рин согласится — от нее не отобьешься), то возможность выигрыша, честно говоря, минимальна…
М-да… кажется, придется немного побыть нечестным. Чует мой хвост, что эльфийский родич не согласится ехать со мной, оставив темную в стенах школы. Да и она мне подобного финта ушами не простит. Скорее повыдергивает оные с корнем. Несмотря на субординацию и пиетет перед правящей фамилией.
Откинувшись на спину, я уставился в небо. Конечно, подобное поведение очень не понравится отцу. Да что там — он будет просто в ярости. Но не могу я больше сидеть на одном месте, просто не могу! Особенно когда знаю, что мои способности и умения могут где-то пригодиться. А может, и решить исход боя в нужную сторону. Тем более что я знаю — отец и братья дома сидеть не будут. Наверняка в драку ввяжутся.
Хотя в чем-то родитель прав. Не зная врага, не стоит к нему соваться. Но и по бумажкам его изучать тоже не дело. Ведь и про нас тоже много чего пишут. Только написанное ни в малой степени не соответствует действительности. Вернее, если не знать, что из написанного на самом деле правда… А сколько сокрыто? Вот то-то же.
В общем, план своих действий я наметил, а мои друзья… я им расскажу, но что они сами решат — их дело. Может, Рин вообще захочет остаться, а я тут голову себе морочу? Наверное, уже можно возвращаться? А, ладно, пойду в свою комнату. Если эльф освободился, то сам придет. Если же нет…
Облюбованный Элиа уголок уже был свободен. Сейчас кузен и темная расположились в нашей с Рином комнате, заняв обе кровати. Кажется, Элиа успокоилась. Во всяком случае, внимательно читала какой-то конспект, а не хлюпала носом. Вот и хорошо, сразу можно обговорить все вопросы.
— Диран, — поднял голову на звук открывшейся двери Рин. Но сказать ничего не сказал, заметив выражение моего лица. Вместо этого настороженно спросил: — Ты что-то придумал?
Темная тоже оторвалась от чтения, с любопытством уставившись на меня. Ну да, можно сказать, что придумал.
— Рин, ты читал объявление на стене коридора? — поинтересовался я для начала.
— Какое объявление? — удивленно выгнул брови эльф.
— Вот это. — Я протянул ему сорванный лист.
Думаю, никто не возмутится. Тем более что подобных ему в школе довольно много. Правда, в основном возле аудиторий старшекурсников, но это ничего. Рин внимательно вчитался в строки, на мгновение задумался и… Судя по задумчивой усмешке, до него дошла моя идея. Ну или как минимум пришла собственная.
— И ты предлагаешь… — решил все же уточнить он. Я молча кивнул, привалившись плечом к стене.
Элиа тоже не осталась в стороне, попросту выдернув бумагу из рук у эльфа.
— Вы хотите поучаствовать? — задумчиво поинтересовалась она.
Я только хмыкнул:
— Я так уж точно. Вы… как хотите.
— Ди, тебе сейчас по шее дать или подождать назначения? — прищурился родственник, изучая меня отнюдь не ласковым взглядом.
— Лучше потом, а то вдруг не выгорит, — хихикнул я. Если честно, то я был рад, что Рин согласился.
Все-таки немного страшновато лезть к маргулу на рога. Хотя сами маргулы меня не впечатлили.
— Меня тоже запиши! — от волнения Элиа вцепилась в локоть эльфа.
Я сделал вид, что ничего не заметил. Меня ж это не касается… И вообще…
Кажется, правящая ветвь эльфийского дома в ближайшее время потемнеет.
— Элиа, ты понимаешь, что мне придется смухлевать? — на всякий случай уточнил я. А то потом как начнет мораль читать о нравственных устоях, хуже светлых! Нет, до этого, конечно, ничего подобного не наблюдалось, но все-таки…
Темная потупилась, покраснела и едва заметно кивнула. Что ж, первый этап операции под кодовым названием «В гости к другу» завершился успехом. Согласие всей честной компании получено.
Теперь надо найти регистрационную комиссию и подать заявки. Только как бы это сделать, чтобы не засветиться? Перекинуться в эльфа? Ну да, зная местную реакцию на остроухих, рискую оказаться белым корном в черном стаде. Поступим проще — навесим морок. Наверное, так сделает большинство. Иначе какой смысл в анонимности?
Кстати, неужели ректор все это разрешил? Что-то на него не похоже. Скорее уж просто бы отправил старшекурсников в армию — и все. Неужели за столько лет обучения он не узнал, кто из них на что способен? Не верю. Ну… Это ж просто глупо!
Как ни странно, но я был прав. Подобные испытания предложили военные совместно с Советом магов. В смысле, что и те и другие ничего не знали об учениках школы, но показать работу надо было и тем и другим. Что ж, спасибо им огромное. Иначе пришлось бы тут целый год марханга коптить.
Заявки от нас приняли быстро. Их даже не интересовало, на каком курсе мы учимся. Просто записали вымышленные имена и раздали номерки. После чего замотанный секретарь нудным голосом отбарабанил, когда будут проходить состязания, где можно узнать номер своего противника и очередность. К моему удивлению, оказалось, мы просто будем сражаться между собой, а прошедших выберут по количеству выигранных боев.
Идиотизм. Так можно просто победить всех первокурсников и набрать очки. А то, что сам ты можешь только свечку зажигать, никого не касается.
Хотя надо сказать, меня порадовало, что испытания состоятся на территории школы. Майхарово заклинание все никак не хотело нас выпускать. Ну не научились мы, видно, силу контролировать, не стали похожи на второкурсников. Обидно, однако. Хотя по поводу этого пропускного заклятия у меня появилось несколько идей. Если, конечно, тот светлый маг нам не соврал. Кстати, надо ему сделать что-то «разумное, доброе и вечное». Чтоб знал, как обижать бедных и несчастных первокурсников.
Ну а совсем уж благословением богов стало известие, что ректора срочно вызвали во дворец правителя (маргул его знает зачем, бедным студиозусам ничего не рассказывают) и на соревнованиях, а также при отправлении победителей на войну он присутствовать не будет. Кстати, мы попали в первый круг участников, так что могли уже завтра-послезавтра покинуть школу. А точнее — завтра, когда пройдет первый круг.

…Что не могло не радовать Светлого князя Мирителя ли'Аринкуэля, так это то, что герцог Ниравиэне оказался более… вменяемым, чем члены собранного несколько ранее Светлого Совета. Разговор, состоявшийся с Рионом эн'Грайем, оказался более продуктивным. А раз так… Мастера Меча уже отправились обратно в Дубраву, а князь… Князь решил, что он может позволить себе пройтись по столице герцогства, вспомнить школьные годы, да и просто отдохнуть. Необходимые распоряжения уже отданы, а полчаса дела не меняют. Жаль, что нельзя навестить сына. В первый год все визиты запрещены.
Знакомые с юности узкие улочки, выложенные булыжником мостовые, обвитые диким виноградом балкончики — все столь знакомо… Казалось бы, столько отличий от родного княжества, а все-таки… За пять лет обучения Соэлен стал буквально родным.
Нарастающий топот князь вначале попросту не заметил. Потом удивленно оглянулся, пытаясь понять, что происходит…
Первой в узкий переулок влетела огненно-рыжая девушка, прижимающая к груди толстую пачку исписанной бумаги. Преследователей ее пока не было видно, но шум все приближался… Уже были слышны гневные выкрики…
Девица замерла, хватая ртом воздух, загнанным зверем огляделась по сторонам… И, не раздумывая, рванулась к князю. Сунула ему в руки столь бережно оберегаемые заметки и… впилась в губы ошарашенного эльфа страстным поцелуем…
Разъяренная толпа промчалась мимо.
Девица подождала пару минут, осторожно отодвинулась от Миритиля, вежливо забрала свои бумаги и, мило улыбнувшись, обронила:
— Спасибо. — После чего направилась в противоположную от преследователей сторону.
Князь несколько долгих секунд искренне пытался понять, что же, собственно, произошло, так ни до чего и не додумался, а потому догнал девушку и поймал ее за руку:
— Простите, может, вы объясните мне, какого маргула?!
Рыжая хихикнула, скромно потупив глаза:
— Я не специально. Мне надо было как-нибудь спрятаться от преследователей, а вы так удачно подвернулись под руку…
— Позвольте узнать, почему они вас преследовали? — поинтересовался эльф, подстраиваясь под ее быстрый шаг.
— Ох, — взмахнула рукой девица (князь обратил внимания на длинные, выкрашенные во все цвета радуги ногти), — вы не представляете, из-за какого пустяка все произошло! Я и понятия не имела, что в этом городе так не любят порядочных лингвистов! Честное слово, дикари какие-то! Насколько все проще у нас, в Темных землях!
— Вы темная? — удивился князь. Странно, он почему-то этого не заметил.
— Ага, — хихикнула девушка. — Самая что ни на есть настоящая темная ведьма! — На кончиках ее ногтей заплясал зеленоватый огонек. — Страшно? Нет? — И она с улыбкой протянула узкую ладошку для рукопожатия: — Микоши из Тутта.
Князь перехватил ее руку в воздухе и осторожно коснулся губами тонких пальцев:
— Очень приятно. Мирите… Мирит. Из Дубравы.
— Рада знакомству, — улыбнулась ведьмочка.
— Взаимно. Так… что все-таки произошло? Почему они за вами гнались? За порядочным лингвистом-то? — с легкой усмешкой поинтересовался эльф.
— Ох… да там такая чушь произошла! Понимаете, я… занята составлением научного труда по использованию в речи различных ругательств. Книга почти закончена, мне осталось только проверить собранные факты… Вот, пожалуй, и все. Ну зашла я в какой-то местный кабак… Уронила на ногу одному из завсегдатаев скамью. Тяжелую. Дубовую. Он мне сказал пару слов. Но они-то у меня в книге уже есть! В общем, чтоб получить больше материала, я ему ответила…
— Что именно? — невольно заинтересовался Миритель.
Ведьмочка набрала в грудь побольше воздуха, покосилась на своего спутника и на одном дыхании выпалила:
— Таак'уншьелтха лои тармиан деи ли'маркетаа!
Князь подавился смехом.
— И ничего смешного! — чуть обиженно сообщила девушка. — У меня в книге сказано, что это самая подходящая фраза для прерывания споров в злачных заведениях.
— Честно, я не над вами смеюсь, — с трудом выдавил князь. — Я просто… представил реакцию посетителей, когда вы им рассказали об их… родственных связях со всею нечистью, существующей в Орраше.
— А что тут представлять, — вздохнула Микоши. Вы и сами все прекрасно видели… Ну не понимают местные жители необходимости существования лингвистической науки как таковой… Что тут делать будешь?
— Действительно, дикари, — ухмыльнулся Миритель.
— Не то слово, — рассмеялась ведьмочка, небрежно поправляя волосы.
Полчаса прогулки по Соэлену как-то странно затянулись, и в Дубраву князь отправился уже ближе к вечеру…

Номера у нас с друзьям шли по порядку, так что ждать остальных не приходилось. С первыми противниками мы справились сами. Даже Элиа не пришлось помогать. Ее знаний вполне хватало, чтобы победить чуть подрагивающий морок какой-то кучи мышц. Судя по нему, это точно был младшекурсник. Как бы даже не тот глупец, что спрашивал меня о необходимости положить жизнь свою на алтарь отечества.
Конечно, мы с Рином немного подправили свою внешность, чтобы не мелькать. Так и морок держать легче, и никто не узнает. А строить подобную конструкцию, как у противника Элиа… Половина сил уйдет только на ее поддержание. Что тогда говорить о боевых способностях?
И, кстати, об этом самом противнике. Что у нас там? Полноценная иллюзия наверняка с эффектом овеществления. Ну не идиот ли он? Враг что, на его внешность любоваться будет? Кроме того, не умеет правильно распоряжаться резервом. Не на эффектность давить надо, а на эффективность. В общем, так ему и надо.
Дальше везение резко закончилось. Наверное, все слабые противники выбыли в первых боях. Все стало жестче и серьезней. Я порадовался, что Элиа все же темная. Сливать магию со светлой магичкой было бы, несмотря на изменившийся баланс, намного тяжелее. Это же не простая передача силы, когда ты выступаешь в роли обезличенного источника, а мархангово слияние. И если намудрить с векторами…
М-да, от лишних знаний — лишние проблемы. Хотя с другой стороны, ну полез бы я, ну помог, — остался бы без резерва и никуда не поехал. Так что это еще с какой стороны посмотреть!
Можно было не успеть поставить щит или сплести атакующее заклинание. Теоретических знаний девушке хватало, а вот резерв оставлял желать лучшего. Но вроде бы пронесло. Во всяком случае, ее противник первым прервал бой, признав поражение.
Мне и Рину снова не пришлось сильно напрягаться, хотя я и понервничал, маскируя темные плетения под светлую или стихийную магию. Нет, понятно, что пару-тройку темных я в стенах школы видел, но… как-то я не заметил, чтоб они рвались защищать Светлые земли. Просто пропали, и все… Не удивлюсь, если окажется, что они нашли способ покинуть школу и спокойно ушли в родные земли. Там воевать за отечество все-таки удобнее…
А вот последний мой противник оказался крепким орешком. Пришлось применить кое-что посущественней банальных «Стрел Тьмы» или «Плети». В принципе можно было и проиграть, очков у меня достаточно. Но гордость не позволяла уступить. И вот мой соперник валится на камни пола… Еще бы, маленькое, но очень нехорошее заклинание мигом лишило его магических сил. А не надо выставлять щит только с одной стороны. Мало ли откуда будет нанесен удар?
По результатам боев мы прошли все. Остальные меня не интересовали. Тут же огласили, что дипломы об окончании школы нам выдадут вместе с назначением в той же комнате, куда мы отдавали заявки. И пятеро «счастливчиков» уже сегодня отправятся к своему месту службы. Это радовало меня несказанно. Ректор мог вернуться в самый неподходящий момент, и моя затея накрылась бы пушистой кисточкой с хвоста маргула.
Остальные были со мной полностью согласны, так что Элиа сразу побежала паковать вещи (угу, золотые подсвечники прятать), Рин отправился в нашу комнату чуть погодя, а я пошел за назначением для всех троих. Правда, наша отправка откладывалась на три дня. Ик'кер тарк мархар лис'керрат! Эллесс ашен мир'нитасс! Это меня совершенно не устраивает!
— Вот гадство… — более цензурно и на общем простонал кто-то рядом.
Какой-то незнакомый мне маг с тоской разглядывал свое назначение.
— Что такое? — полюбопытствовал я.
— Да уезжать сегодня, а мы с друзьями проститься хотели… — незнакомый мне студент с досадой стукнул кулаком по стене, чтобы в следующий момент скривиться от боли и потрясти ушибленной рукой.
Хм, а это идея! Если бы еще…
— Хотите уехать через три дня? — невинно поинтересовался я, с сочувствием глядя на новоявленного дипломированного мага. Что оно было наигранным, собеседнику знать не полагалось.
— Еще бы! — аж подпрыгнул на месте тот.
— Тогда давай меняться направлениями, — предложил я, заговорщически оглядываясь по сторонам. — Только вот незадача. Мне надо три направления, понимаешь?
Он понимал, еще как понимал. Видимо, ради того чтобы как следует напиться с друзьями, студиоз был готов и не на такое. Уже через полчаса у меня в руках были три направления со сроком выезда сегодня. Ну что, живем дальше?!
В карету мы уселись первыми. И даже в ней не рискнули скинуть мороки. А то мало ли? Думаю, преподаватели не такие дураки, чтобы спокойно смотреть на отъезд трех первокурсников. Затем в дорожный экипаж буквально закинули еще два студенческих тела, которые что-то невнятно мычали и распространяли вокруг себя крепкий запах браги. Это когда они за столь короткий промежуток времени успели так набраться?!
Да ладно, не мои проблемы. Сейчас меня больше всего волновали ворота. Выпустят или не выпустят? Несколько оборотов колеса, разделявшие парадный подъезд и стену, показались мне самыми мучительными мгновеньями в жизни. Но затем на дипломах ярко вспыхнули печати, а за окном поплыли деревянные створки ворот. У нас получилось!
Слаженный облегченный вздох дал понять, что не только меня волновала эта проблема. Но, кажется, мы смогли доказать упрямому заклинанию, что не являемся студентами первого курса. Уже.
Все, второй этап дико важной и сложной операции успешно завершился. Теперь бы без проблем добраться до места назначения, официально представиться новому командованию (бедное оно, не знает, кто к ним едет), и достать меня оттуда станет просто нереально. Ну разве что папочка самолично заявится. Надеюсь, до этого не дойдет.

…Та, которую некоторые недавно поступившие в школу ученички знали под именем Тэ, нервно мерила шагами небольшую комнатку подле библиотеки. Нет, в самом деле! Это просто уму непостижимо! Остаться в этой маргуловой школе, просмотреть все документы, книги, и все ради того, чтобы выяснить, что здесь ничего нет!
Даже в томике, который по идее должен был повествовать о Благоземье, не оказалось ни одной полезной строчки! В гневе девушка просто вырвала несколько страниц, испортила обложку — увы, но и это ничем не могло помочь… Единственный фолиант, содержавший сведения о далеком материке, не сообщал ничего о возможности туда попасть. И стоило ради этого оставаться в этой нищенской школе, скрываться от учителей и учеников?! Чтобы понять, что ничего особенного ты узнать не можешь?!
Тэ поправила пряди волос, упрямо лезущие в глаза, задумчиво выглянула в окно… И губы девушки тронула улыбка.
Узнать, на кой маргул организовывалось развертываемое во дворе школы соревнование, не составило особого труда. Что на Светлые земли надвигается война, было понятно даже идиоту. Но что победители этого состязания отправятся прямиком на фронт…
Девица подхватила небольшой лежащий на столе кинжал — в конце концов, если кто-то где-то что-то забыл и это что-то потом пропало — проблемы бывшего хозяина! — и, не раздумывая, полоснула клинком по ладони. Несколько капель крови пали на узорчатый, кое-где выщербленный паркет…
Едва из ворот школы выехала карета с победителями соревнований, как на ее задней оси, крепко вцепившись всеми четырьмя лапками в прочное дерево, никем не замеченное, примостилось небольшое пушистое существо с длинным хвостом и огромными глазами.

ГЛАВА 3
Нам объявили, что началась война…

Путешествие в город Миллинг оказалось не столь приятным, как хотелось, но и не столь длительным, как могло быть. Из-за военного положения были активированы большие городские порталы, и путь до места назначения занял всего полдня.
В отличие от Врат, которые создавали эдакий пространственный коридор из мест средоточия силы в подобные им места, портал соединял две произвольные (условно говоря) точки. Он представлял собой своеобразный прокол, когда пространство словно собирается гармошкой, а импульс силы пробивает его, наподобие иглы.
При этом перемещаемый может видеть, куда он попадет, что, допустим, при телепортации невозможно. Причем телепортацией пользуются, если можно так выразиться, сугубо индивидуально, а порталы — это официальные транспортные сети. Грузовые и пассажирские. Всякие.
В Миллинг мы прибыли к вечеру. Единственным неприятным моментом поездки были наши попутчики. Во-первых, если мне не изменяет память на лица, одним из них оказался надуривший нас маг. Во-вторых, пахло от обоих присоседившихся к нам господ просто немилосердно. Но, учитывая, что приходилось экономить энергию (а вдруг скоро бой?), нельзя было не то что светлым общеисцеляющим их приголубить, даже ветерка создать. Приходилось терпеть. Ну и в-третьих, трясло нас так, как будто мы находились внутри погремушки, которую терзает ретивый ребенок. Казалось, что колеса у этого тарантаса квадратные, а мостовая выложена не булыжником, а неотшлифованными каменными глыбами. Так что, когда это пыточное сооружение все же остановилось, мы вывалились из него с благодарственной молитвой. И с твердым желанием сопротивляться до последнего, если нас опять попробуют туда запихнуть.
Но нет, избавившись от пассажиров, возница развернулся и отправился в обратный путь. Видимо, за следующей партией магов. Бедные, знали бы они, что их ждет.
На крыльце, перед которым нас высадили, не было никого. Да и вокруг особого оживления не наблюдалось. Создавалось впечатление, что все близлежащие улицы просто вымерли. Это немудрено, здание, располагавшееся рядом с площадью, выглядело угнетающе: мрачное, огромное и серое. Интересно, тут что, местная тюрьма или еще какое внушающее страх и ужас учреждение?
— «Ва-ен-на-я ка-мин-до-ту-ра», — по слогам прочитала Элиа небольшую медную табличку, которая располагалась почему-то на… хм, противоположной от морды части тела каменного льва.
Два таких изваяния высились по обе стороны широкой гранитной лестницы.
— Что-что-что? — у эльфа аж уши торчком встали. — Какой камин?
— Камин Дотура, — ехидно подхихикивая, просветил я родственника. — Вернее, военная комендатура. Только название писал… криворукий недоумок.
— И нам сюда? — осторожно уточнила девушка, пятясь. Как будто случайно она оказалась за спиной Рина и теперь настороженно выгладывала оттуда.
— Ну если нас привезли сюда… — Честно говоря, особого энтузиазма я тоже не испытывал.
Если в этой «каминдотуре» и работники соответствующие, то я удивляюсь, почему Соэлен до сих пор не захватили?
Из-за спины донесся слаженный всхрап, переходящий в сладкое причмокивание. Это остальные из нашей пятерки высказали свое мнение по поводу данного вопроса.
Ну вот, еще и с этими возиться. Можно подумать, что я тут нянькой приехал работать, а не боевым магом.
В самой комендатуре было пустынно и безлюдно. Вот весело, если начальник местной обороны ушел домой. Просто красота! Нам-то куда тогда идти прикажете? В гостиницу за собственные деньги? Или прямо в кабинете устраиваться на постой? Его же должны были известить, что приедут маги, что их надо встретить? Или как всегда: решили, что это не срочно, ничего не горит? Так мы им что-нибудь живо подпалим — вмиг воспылает!
Предаваясь столь безрадостным мыслям, я решительно шагал по полутемному коридору, пока не заметил полоску света, выбивающуюся из-под одной двери. Недолго думая распахнул ее и шагнул внутрь. Посреди комнаты за столом сидел явно раздраженный и уставший человек. Надо же, нас все же ждут. Приятно. Хотя это может оказаться не начальник, но вдруг это действительно он? Тогда все вопросы решатся быстро и безболезненно.

…Генерал Светлых войск Айнар эн'Риони пребывал в крайне скверном расположении духа. Именно поэтому практически все сотрудники комендатуры в этот день постарались как можно быстрее покинуть свои рабочие места. Но не раньше официального завершения рабочего дня. Иначе можно было стать громоотводом для гнева начальника.
Не то чтобы оный был самодур и не дурак покричать — нет, на самом деле Айнар эн'Риони был довольно уравновешенным и спокойным человеком. Но когда в один день на тебя сваливается столько проблем, даже последний хримтурс с Таркских гор не смог бы сохранить свое обычное хладнокровие.
Первым предвестником бури стал отзыв трех опытных боевых магов, приписанных к местному гарнизону. Мол, они нужны для усиления обороны в другом месте. А их город? Его что, оборонять не надо?! Правда, вскоре обещали прислать пятерых…
Генерал сперва обрадовался. Эдак количество боевых магов дорастет до штатного. Миллинг окружало семь стен, соединенных угловыми башнями. Но из-за трех надвратных участков обороны становилось десять.
До сих пор у эн'Риони служило восемь магов. За каждым из них закреплялась одна стена полностью, а оставшийся числился якобы в резерве.
И вот теперь под его началом будет полный десяток. Дождаться бы их еще… Когда уже они приедут? До полуночи, что ли, ждать?!
Но! Доброхоты-сплетники уже обрадовали, что присланные будут зеленоротыми новичками, экстерном получившими диплом Магической школы! Им мало того, что нянька нужна, так еще и старшего мага для присмотра не мешало бы приставить. А то вместо того чтобы уничтожить противника, они городскую стену разрушат к марграновой матери! Вот и думай, то ли обрадовали тебя, то ли закопали поглубже, чтобы не вылазил.
Дальше стало еще веселей. Дополнительной живой силы никто давать не стал. Ограничились малопонятными отговорками о нехватке оружия, обученных людей и всего остального. А ведь могли бы, могли какими-нибудь запасными отрядами поделиться…
Так что защищать стратегически важный город придется своими силами. А они не так уж и велики, если учитывать мощь противника. Хорошо, что в городе есть гномья община, которая и башенные орудия в порядок взялась привести, и выделила артиллерийские расчеты на катапульты. Да что там, подарила городу пять баллист!
Однако все попытки Айнара объяснить, что даже в этом случае удержать город будет очень непросто, наталкивались на стену непонимания.
Ситуацию прояснил один приятель генерала эн'Риони, тесно общающийся с некоторыми чинами из главного штаба. Защищать Миллинг до последнего никто и не собирался. Дальше по Эглорскому тракту решили создать усиленную стену обороны, где и намеревались остановить врага. Сейчас туда стягивали самых лучших магов, солдат, машины… Да, все шло туда! Миллингу же доставалось то, что осталось невостребованным.
Задача местных воинов сводилась к задержке неприятеля. День, два, сколько продержатся. На победу никто не рассчитывал.
Ну и как теперь ему смотреть в глаза солдат, уверенных, что их не бросят, что им помогут, если слишком прижмет? Как смотреть в глаза простых жителей, которые надеются на солдат и городские стены? Как воевать, в конце концов?!
Ну и откуда здесь взяться хорошему настроению?..
Неожиданно в коридоре зазвучали решительные шаги нескольких человек, дверь распахнулась, и в комнату вошли трое молодых людей. Впрочем, к людям из них можно было причислить только девушку. Еще один был явно чистокровным эльфом, а у последнего из этой троицы (хотя, скорее всего, он был первый, так как предводительствовал в этой компании) остроухие были в предках. Иначе откуда взяться острым ушам и зеленым глазам?
— Простите, вы не подскажете, кому мы можем вручить наши направления? — вежливо поинтересовался этот парень, останавливаясь перед столом.
Генерал несколько удивился. Обычно в компании человека, полукровки и эльфа верховодил последний. Дивные не любили подчиняться, особенно существам не своей расы. Тут же остальные молчали, явно отдавая право говорить черноволосому.
— Давайте ваши бумаги. — Айнар пытался быть спокойным.
Мало ли, вдруг эти дети просто ошиблись и им надо совсем в другое место? Например, прибыли лекари для военного лазарета.
Пробежав взглядом пару строк, генерал чуть не заорал в голос и не порвал поданные свитки. Эти ребятишки были именно теми боевыми магами, которых обещал прислать штаб. Да что они… да как эти штабисты, эшре'тикранг ина теварр, посмели? Посылать на убой детей? Да пусть они хоть десять раз совершеннолетние — в Тиилансе вообще в тринадцать лет браки заключают, но эти же желторотики крови не видели! Да за кого они его…
Генерал вскинул голову, собираясь высказать все, что накопилось у него на душе и послать недоделанных магов так далеко, чтобы они три года искали путь и еще пять лет ему следовали. Но проглотил все слова, наткнувшись на взгляд зеленоглазого. Холодный, властный и буквально подавляющий, этот взгляд не мог принадлежать молодому человеку, которому на вид можно дать всего семнадцать лет. И предчувствие опасности, которое было фамильной чертой рода эн'Риони, взвыло не хуже разъяренного дракона.
За всем этим пришла короткая, но на диво упертая мысль: а вдруг у них что-то и получится? Во всяком случае можно будет продать свои шкуры подороже, если интуиция генерала не подвела.
— С этого момента вы подчиняетесь мне и только мне, — справившись с чувствами, произнес Айнар. — Ваши направления я забираю.
Затем он полез в стол, достал два чистых бланка и небрежно написал на них пару строк.
— Вот, — протянул он через стол листки черноволосому. — По одному из них вас поселят, а другой дает право на бесплатное питание в гарнизонной столовой. Казармы находятся возле стены. При выходе из здания повернете налево. Все остальные вопросы и разъяснения завтра. Вы свободны.
Брюнет молча вытянулся перед эн'Риони. Он явно когда-то если не был в армии, так уж точно тесно общался с военными. Остальные последовали его примеру, после чего вся компания покинула кабинет генерала. А тому осталось только молить богов, чтобы он не ошибся в своем решении, и собираться домой.
Сегодня больше никого не ожидалось.
Эн'Риони вышел из здания комендатуры, в последний раз с ненавистью покосился на криво прикрепленную табличку со словами, противоречащими всем правилам орфографии, — спасибо благодарным гномам, подарившим ее более века назад (у подгорного народа были свои взгляды на правописание), — и направился домой.

— М-да… Негусто. — Рин задумчиво чесал в затылке, разглядывая свою комнату.
Моя была рядом и вряд ли чем-то отличалась от каморки эльфа. Элиа задумчиво заглянула в расположенную напротив, которая закреплялась за ней, и выразительно скривилась. Самое интересное, что в этой казарме мы были единственными обитателями. Как сказал недовольный и невыспавшийся начальник хозяйственной службы, именно это строение отводилось для проживания магам. У остальных наших сослуживцев были дома в городе, так что…
На вопрос, зачем строить целый двухэтажный дом, если к гарнизону приписан всего десяток магов, мы получили ответ, что так положено. Куда и что, раздраженный военный не ответил. Видимо, мы все же оторвали его от каких-то там важных дел. Иначе с чего бы ему на нас так злиться?
Кстати, двоих так и не протрезвевших будущих сослуживцев пришлось тащить с собой. Но только до казармы. Мой альтруизм не распространяется так далеко на незнакомых (или печально знакомых) мне субъектов. Так что похрапывающих магов просто сгрузили в коридоре, оставив рядом с ними их вещи. Пусть утром сами лезут на второй этаж и заселяются. Не хватало мне еще бесчувственные тела кантовать!
Три наши комнаты на втором этаже (там, кстати, можно было расселить человек двадцать, если не больше) располагались прямо возле лестницы, так что далеко ходить не надо. На первом находилась столовая, закрытая из-за отсутствия жильцов, тренировочный зал и какие-то подсобные помещения. Кроме этого, там располагались две лаборатории для варки зелий. О питании нас обещали известить завтра, так что на сегодня все дела были закончены. Правда, кроме одного…
Самое неприятное во всей этой авантюре было то, что пришлось оставить Трима в конюшне школы. Во-первых, на своем первом месте службы не хотелось демонстрировать свое родство с темными. Люди почему-то отрицательно относятся к нам. Во-вторых, питание: оно у Трима довольно специфическое. Не думаю, что его тоже поставили бы на персональное продовольственное обеспечение. Ну и в-третьих, если грон будет на месте, то нас не сразу хватятся. А там можно будет что-то придумать. Например, просто позвать животинку. Накинуть морок лошади… С питанием, конечно, придется что-то решать, но это уже второй вопрос. Первый заключался в том, что он мне сейчас здесь вроде как не нужен. Куда я на нем буду ездить? За город не собираюсь, а кататься в стенах города… Что я, пешком не дойду?
Вот только меня немного напрягает то, что Трим может с такой постановкой вопроса не согласиться и попросту сбежать из конюшен школы, дабы попытаться найти меня. Да что там может — точно сбежит! Ну и что мне тогда делать? А, ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Вот когда прискачет сюда разозленный Трим, тогда и подумаем, что делать дальше…
Не знаю, какие соображения двигали Рином, но своего единорога он тоже оставил в школе. Так что теперь осталось только устроиться на новом месте, и меня отсюда даже папочкина гвардия вытащить не сумеет. Не имеет права потому что.
Переглянувшись с кузеном, я шагнул в свою комнату. М-да, не фонтан. Кровать, стол, стул и небольшой шкаф — все. Большего, по мнению проектировщика, магу не требовалось. Мне, в принципе, тоже, но почему-то захотелось похулиганить. Хорошо, что моя каморка примыкала к незанятым помещениям. Небольшое заклинание — и я стал обладателем дополнительной жилплощади.
Теперь у меня были двухкомнатные апартаменты. Вторую дверь я, не особо стараясь, запечатал «Каменным щитом» с парой неприятных сюрпризов для любопытных. Так что первая комната стала чем-то вроде рабочей, а вторая спальней. Две кровати составил вместе, чтобы было удобней, еще оставил второй стул, а ненужную мебель телепортировал на первый этаж. Завтра ее куда-нибудь пристрою.
Ну вот, теперь можно и располагаться. На стол полетели бумаги и некоторые позаимствованные в Кардморской библиотеке книги. О! Давно я в книгу по языкознанию не заглядывал, надо хоть посмотреть, все ли там с автором из Тутта в порядке? Сменная одежда отправилась в шкаф. Туда же положил все пузырьки-склянки. Артефакты закрепил на стенах в спальне. Сумки со всем, что я не стал выкладывать, отправились под кровать. Теперь наколдуем маленький смерчик, чтобы вымести всю пыль и паутину, и здесь даже можно будет жить!
— Диран! — раздалось от двери.
На пороге застыли Рин и Элиа, с удивлением разглядывая мое жилище.
— Нет, ты посмотри на этого темного! — возмутился эльф. — Мы там ютимся в своих каморках, а он себе апартаменты отгрохал!
— А кто тебе мешает сделать то же самое? — изобразил удивление я.
— Так нельзя же! — Кузен смотрел на меня как на злостного вредителя.
— Нам сказали: занимайте любые комнаты. Вот я и занял сразу две. Разве нам кто-нибудь запрещал?
Гости призадумались. Подобная трактовка чужих слов им как-то в голову не пришла. Но, судя по загоревшимся глазам, сейчас их фантазия развернулась. Одно радует, Элиа сама на подобные подвиги не способна, а то с нее станется потребовать себе все двадцать комнат. Так что если и будет кого-то просить «убрать стеночку», то этим «кем-то» окажется мой кузен. На мне — где сядет, там и слезет. Правда… Не думаю, что верноподданнические чувства кому-то позволят это сделать.
— Я переселяюсь! — наконец выдал светлый родственничек и шустро выскочил за дверь.
Девушка последовала за ним, отстав всего на мгновение. Спрашивается, и чего они приходили?
Завалившись на кровать, я слушал судорожное хлопанье дверей в коридоре. Видимо, друзья все же развили бурную деятельность по расширению территории. Пару раз пытались дернуть ручку двери моей «спальни», но после болезненных вскриков на два голоса и сдавленного поминания темных отстали. Немного подумав, я присоединил к своей территории еще и бывшую Ринову комнату. Мало ли, вдруг пригодится?
Правда, кровать оттуда пришлось опять же убрать на первый этаж в тренировочный зал. Ну да ладно, завтра, все завтра. Не знаю, как там расселились эти неуемные товарищи. В какой-то момент меня просто сморил сон. Я так и заснул, не раздеваясь. Завтра будет не очень приятно просыпаться, но что поделаешь.

Как все-таки война изменяет даже обыденную жизнь. Пусть даже она где-то далеко и еще не успела добраться до этого места. Дорога, еще недавно полупустая, забита телегами и повозками, везущими нехитрый скарб. Идут группками и по одному те, кого достали разрушения. Люди становятся настороженными, словно улавливают витающую в воздухе боль.
Рон ожидал чего угодно, мог бы спокойно перенести даже личную аудиенцию у Царицы Ночи, но он совершенно не был готов к тому, что, сходя с дороги, чтоб пропустить очередную группку беженцев, он внезапно увидит… Ильриха гар'Кхаена. Впрочем, тот, кто еще недавно отзывался на прозвище Шак'саэр, тоже слегка оторопел от столь неожиданной встречи. А еще больше его удивило, что господин бывший маршал Ордена Лиинс'Шерниатэйла путешествует не один, а в сопровождении какой-то девчонки.
— Какая встреча, милорд Роннархейн гар'Тшхен, — склонился в шутовском поклоне Шак'саэр.
Подобрать подобающий тон он попросту не мог.
— Взаимно, милорд Ильнархейн гар'Кхаен, — не остался в долгу «пустынный волк».
Сейчас, посреди чистого поля, где лишь узкие тропки играли роль дорог, все эти церемониальные раскланивания казались чуждыми и надуманными. Вот только ни один из рыцарей не был готов резко отказаться от них. Издевка скрывала… пожалуй, страх.
Одной Нире было все это невдомек.
— Простите, господа, что перебиваю столь светскую беседу, — влезла в разговор девушка, нетерпеливо дергая за рукав стоящего подле нее Рона, — но я так понимаю, вы давно знакомы?
Ильрих, уже открывший рот для сообщения какой-нибудь милой и совершенно бессмысленной остроты из числа тех, что произносят во время длинных придворных приемов, подавился невесть отчего поднявшейся пылью и, сплюнув на землю темный комок, с трудом выдохнул:
— Предположим.
Нира и на этот раз не дала своему спутнику вставить хоть слово:
— А раз так, то ваш разговор надо продолжить не здесь! А подальше отсюда… — На последних словах юная компаньонка Рона вновь дернула рыцаря за рукав, дабы тот посторонился и пропустил очередную партию беженцев — на Светлые земли надвигалась война. — Ну например, в каком-нибудь трактире в ближайшем городе. До него, кстати, далеко?
— Я на рассвете вышел, — вздохнул Шак'саэр. — Поспешим — успеем до заката. Впрочем, я бы не советовал спешить. Выпускают из этого Миллинга всех, кто не приписан к армии, а вот пускают внутрь только по спецпропускам. Шпионов боятся. А мы как раз за них и сойдем.
— Значит, успеем! — бодро отозвалась Нира и, не дожидаясь своих собеседников, направилась по дороге на восток. И лишь через несколько мгновений удивленно обернулась: — Ну? Вы идете? Или предпочитаете общаться в чистом поле?
К городу они подъехали еще засветло. Внутрь попали благодаря все той же Нире.
А через несколько минут после того, как хранившие упрямое молчание путешественники отправились искать подходящую таверну, дабы поужинать и переночевать, возле комендатуры полыхнул багровым светом большой городской портал: в Миллинг прибыла первая партия магов-выпускников.

Утро началось с пронзительного рева трубы. Причем прямо под моими окнами. Не открывая глаз и особо не раздумывая, я кинул туда какое-то проклятие. Пронзительный вой смолк, сменившись каким-то придушенным хрипом. Затем откуда-то с первого этажа донеслось хлопанье дверей, стук падающих предметов и громкая ругань. Кажется, в отличие от меня, Рин и Элиа просто свалили мебель где придется, и теперь об нее кто-то навернулся.
Сон уже ушел, так что пришлось вставать, приводить себя в порядок. К сожалению, пока что только с помощью магии. Кстати, надо будет вытребовать у этого начальника хозяйственной службы хоть тазик для умывания, не говоря уже о чем-то большем. Я знал, конечно, что в Светлых землях люди не такие чистоплотные, но чтобы настолько!
Матерок, раздававшийся внизу, наконец добрался до второго этажа. Я как раз собрался выйти и посмотреть на незваного гостя, как по коридору пронеслось громогласное:
— А ну вставайте, хайровы дети!
Никогда не любил хамов, особенно с раннего утра. Так что нашему «будильнику» пришлось считать ступени лестницы собственной задницей. Четвертушный «Молот Тьмы» всего лишь сбросил незнакомца вниз, а не размазал по стене.
— Кто тут орет?! — вылетел в коридор Рин, подтягивая брюки.
Кажется, родственник не привык так рано вставать. Да и процесс приведения себя в порядок у него был явно длиннее, чем у меня.
— Да… летают тут всякие, — небрежно произнес я, стряхивая с пальцев остатки заклинания.
Эльф удивленно на меня покосился и вернулся в комнату.
— Рин! — окликнул я его. — Давай быстрей, нам на построение, кажется, пора.
Во всяком случае в тех лагерях, куда меня возил отец, утренняя побудка продолжалась общим построением на плацу, а уж потом все занимались своими делами. В какую дверь стучать, чтобы разбудить темную, я не знал. А потому так же громко гаркнул на весь коридор:
— Элиа!
— Ди, чего орешь? — Эльф вышел из комнаты такой одетый и причесанный, словно не он всего пару минут назад бегал, выпучив глаза.
— Да вот хочу нашу подружку разбудить.
— Я уже не сплю. — Девушка выпорхнула из комнаты возле лестницы, и мы втроем стали спускаться вниз.
На первом этаже обнаружился будивший нас тип. Выглядел он как гном-переросток. В смысле, что в высоту, что в ширину был практически одинаков. Сейчас он мирно отдыхал среди остатков столов и стульев.
Кажется, до недавнего времени это были предметы меблировки здешних апартаментов.
— Вам что, лень было убрать их туда, где на них не наткнутся? — обратился я к друзьям. — Теперь с вас вычтут за порчу казенного имущества.
— Мы его не портили, мы его всего лишь телепортировали! — возмутилась Элиа. — А сломал его этот…
— Ты его лучше в сознание приведи, телепортаторша ты наша, — язвительно попросил я. — Что, трудно было мебель в столовую сгрузить? Или в тренировочный зал?
Покраснели оба. Кажется, столь простое решение до них как-то не добралось. М-да.
Эльф с натугой поставил вяло шевелящееся тело на ноги, а Элиа что-то пошептала себе в ладони и дунула воину в лицо. Тот вздрогнул, открыл глаза и недоуменно похлопал ресницами.
С ума сойти! Я о таком заклятии и не слышал. Однако…
— По утрам не орать и не ругаться! — жестко сказал ему я. — Тем более что среди нас дама.
Солдат все еще продолжал недоуменно изучать компанию. Постепенно до него дошло, почему и как он оказался внизу. Лицо мужика налилось кровью, глаза угрожающе сузились. Но, встретившись с моим насмешливым взглядом, он сник, не стал орать, а нормальным голосом сказал:
— Поспешите на плац, там уже построение идет. Нет, этой выходки мне не забудут, непременно вспомнят. Ну и пусть. Все равно глотку рвать по утрам нечего. Мы хоть и приписаны к армии, но являемся кем-то вроде приглашенных специалистов, и армейский устав касается нас постольку-поскольку. В том числе и обязательные построения. Нам вполне разрешается в них не участвовать. Так я, по крайней мере, в книжке про обычаи Светлых земель читал. Хотя кто их сейчас знает? Может, все уже давно поменялось…
Но если нет, то, по всей видимости, старички решили поиздеваться над молодыми магами. Тем более что мнение о нас здесь сложилось не самое хорошее. Но это дело поправимое. Пару раз докажем, что к нам лучше не соваться, и отстанут. Надеюсь.
На плацу действительно начиналось построение. Чуть поодаль стоял горнист, недоуменно рассматривая свою дудку. Создавалось впечатление, что медную трубу какой-то великан взял и завязал в узел. За моей спиной ехидно хмыкнул эльф. Кажется, он догадался, кто был «автором» этого узелка.
Здесь же, чуть в стороне, торчали два наших соседа по карете. Сейчас они напоминали скорее некачественно сделанных зомби, а не людей. Синюшные, помятые, глаза красные, покачиваются… ну чисто поднятые! Завидев нас, парни удивленно стали лупать глазами. Затем один из них (с которым я был вообще не знаком) все же направился в нашу сторону.
— Вы что здесь делаете? — удивленно спросил он, стараясь дышать в сторону.
Это он молодец, это он правильно. От крутого запаха перегара мне становилось плохо.
— На службу поступили, — спокойно ответил Рин, демонстрируя простой металлический значок местного войска.
Их нам вчера тоже выдал хозяйственник.
— С каких это пор в боевые маги берут первокурсников?! — возмутился второй, тот, кто выдурил у нас деньги.
— С тех, когда эти первокурсники побеждают на соревнованиях, — спокойно ответил я.
— Твою ма… — только и успел сказать старшекурсник (Нет, надо же, какой он некультурный! Я вон вообще не ругаюсь! Так только… Разговариваю. На старотемном. Иногда), как его голос перекрыл командный рев:
— Стройся!!!
Мы аккуратно пристроились рядом с замершими по стойке «смирно» солдатами. Конкретной задачи нам пока не ставили и к конкретной воинской единице не привязывали. Так что мы могли позволить себе стоять так, как хочется. Похмельных магов решительно затолкали назад. Пусть с ними Элиа разберется. Рассольчиком угостит или пивом. Что найдется.
Местный командующий, генерал Светлых войск Айнар эн'Риони, прошелся вдоль строя, с удивлением посмотрел на нас. Видимо, маги все же не участвуют в построениях. Затем развернулся и зашагал в центр плаца. Кажется, сейчас будет пламенная речь…
Вместо этого Айнар эн'Риони представил нас всем солдатам как новых боевых магов. После чего закрепил за нашей пятеркой стены с первой по пятую (надо бы не забыть выяснить, где именно расположены эти стены и как их считать) и приписал к одному из двух полков, расквартированных в городе. Именно полковник Мираг эн'Ниур с этого момента являлся нашим официальным командиром.
Официальным — потому что, как я уже говорил, маги издавна не подчинялись никому полностью. Был один раз такой случай, после которого Светлые земли только чудом не стали филиалом Стальной пустыни. С тех пор маги имеют двойное подчинение, если не тройное. В первую очередь они подотчетны Ковену, Совету или как там называется местное общество магов. Затем идет государь или иной правитель земель. А уж совсем потом — начальник воинского подразделения.
Честно говоря, я удивляюсь, как при такой системе подчинения здешние колдуны не свергли правительство во всех этих карликовых государствах и сами не захватили власть. Хотя, с другой стороны, нам же сейчас проще… Попробовали бы ввести такую систему у папочки…
Да, с одной стороны, подобная структура чрезвычайно затрудняет командование. Потому магов, как я понимаю, здесь не очень жалуют. Знают, что с ними легче, что они очень нужные товарищи, но не шибко любят. А как тут любить, если знаешь, что любой твой приказ маг может запросто проигнорировать, ссылаясь на какие-то другие интересы. Причем еще неизвестно, на самом ли деле эти интересы важны, или твой рабочий колдун давно переметнулся на сторону врага.
Так что полковник нам не очень обрадовался. Во взгляде его явственно читалось, что, мол, повесили на его голову пятерых недоумков. Трое из них вообще сопляки, как самый последний новобранец. Так что носись с ними, защищай…
— Диран, — спокойно представился я, сопроводив это официальным поклоном.
Полного имени полковнику знать не нужно, а то его удар хватит.
У нас все совсем не так. Все маги входят в Ковен, который возглавляет лично император. Маг, не являющийся членом этого объединения, не имеет права практиковать и зарабатывать при помощи своего дара. Нет, для своих нужд он вполне может пользоваться магией, но и только. Хорошо в Темной империи. Не то что здесь, у этих…
— Эльсирин, — последовал моему примеру кузен.
— Элиа… — Девушка выглядывала из-за наших спин, не стараясь, впрочем, вылезти вперед.
— Аридан. — На парней уже можно было смотреть без содрогания.
Видимо, темная постаралась на славу, так как от похмелья не осталось и следа. Только вот маги все не могли понять, почему мы не открываем имена полностью. Но нарушать традицию не стали.
— Тирреас, — представился последний из нашей пятерки.
При этом он как-то странно поглядывал на Элиа. Так, кажется, придется присматривать еще и за этим. Видимо, наша волшебница не оставила парня равнодушным.
— Полковник Мираг эн'Ниур, — в ответ кивнул воин.
На миг прищурился, размышляя, стоит ли говорить гадости вновь прибывшим, или так поверить, что мы хоть на что-то способны… И промолчал.
— Кстати, полковник, — осторожно поинтересовался я. Осторожно, потому как кто этих светлых знает, сейчас как передумает, кинется, ногами бить начнет… Доказывай потом, что ты не первый начал и что этот самый господин полковник всегда был такой аккуратной кучкой пепла. — Мы можем посмотреть наше новое место работы? Какие именно стены закреплены за нами? Заодно расскажите нам, чем они отличаются и какие есть у них достоинства и недостатки.
Бедный военный поперхнулся воздухом. Кажется, подобной прыти от нас он не ожидал. Но какое-то внутреннее чувство подсказывало мне, что времени не так уж много, чтобы тратить его на выяснение отношений и прочую подобную ерунду. В мире есть много вещей, которые нам не нравятся, — так что теперь, не жить вообще?
Впрочем, наше официальное начальство довольно быстро взяло себя в руки, выделило нам провожатого (кого-то из офицеров) и вернулось к своему подразделению. Кстати, утренний «будильник» тоже служил под командованием нашего полковника. Ему же хуже.
Прикомандированный к нам лейтенант оказался довольно общительным. Звали его Нишем, и был он квартероном. Правда, я не уточнил, четверть какой именно крови текла в его жилах. А по виду — человек как человек. Парень охотно делился армейскими байками, давал довольно точные и меткие характеристики своим сослуживцам и при этом успевал подмигивать Элиа. Бедная девушка от такого количества внимания едва не влипла в бок эльфа. И Тирреас не упускал момента то подать ей руку, то еще как-то выразить свое расположение. М-да… чую, наша служба будет довольно веселой.
Так вот, непосредственно об обязанностях. Нашей территорией теперь являлись пять стен, начиная от Первой башни. Ею была северо-восточная надвратная. В городе было три надвратных башни. Иногда их называли Бедняцкой, Торговой и Дворянской, по наименованию расположенных рядом кварталов. Честно говоря, я удивился, увидев столько официальных входов да выходов из города. И везде ворота такие огромные, мол, заходи кто хочешь, бери что нравится. Оказалось, Миллинг вырос как раз на месте слияния Эглорского тракта да Тиинекой дороги. В официальных бумагах эти самые входы да башни именовались Первой, Седьмой и Пятой.
Участок нам достался довольно тяжелый. Сразу две надвратные башни. Чую, что лезть тут будут немилосердно. Хоть город и окружал ров с проточной водой (сюда отвели протекавшую рядом реку), но, допустим, воинов отца это вряд ли бы остановило. Заклинание заморозки, каменные големы или просто банальные фашины — и это уже не препятствие. Да и для дальнобойной стенобитной артиллерии ров тоже так… никак, в общем. Засыплет его обломками стен.
В первый момент, увидев этот самый ров, я невольно представил, что река, текущая вокруг города, — это единственный источник воды и в случае осады… Достаточно притравить реку — и все! Бери Миллинг голыми руками. К счастью, выяснилось, что на отсутствие колодцев да подземных вод город не жаловался. Что, кстати, еще один плюс — можно не опасаться подкопов.
Но вернемся к нашим лейнам. Начиная от Первой башни и двигаясь посолонь, мы отсчитали пять стен. Там, где стену разделяла надвратная башня, получался короткий отрезок. Вроде бы кажется, что именно сюда можно поставить мага послабее, но первая же попытка спланировать штурм сломает все планы. Если командующий вражеской армией хоть чуть-чуть разбирается в теории штурмов и осад — лезть будут именно возле ворот. Здесь и берег укрепленный, и стена с проемом. Есть шанс сломать раньше. Да и в ворота потом можно своих запустить…
Эх, и почему у них почти нет данных разведки? Все, что известно, — примерное направление, откуда ждать врагов. Все остальное — тайна, покрытая мраком. Самое смешное, что вражеские-то лазутчики были. Как минимум трое. Двое ушли, одного поймали. Допросить, правда, как я слышал, не успели. Едва его взяли в кольцо солдат — проводить то ли в тюрьму, то ли сразу на допрос, — вражеский шпион странно вздрогнул всем телом и… рассыпался прахом. Весьма оригинальная система магии, весьма…
Сам город напоминал почти правильный семиугольник, одна из вершин которого смотрела строго на юг. Каждая из башен была защищена. А если еще к этому добавить имеющиеся катапульты и не забыть упомянуть сложную систему бойниц, позволяющую полностью держать башню и стены под наблюдением (ну и обстрелом), то становится понятно, что здесь можно жить.
Стены решили поделить следующим образом. Первая достается Рину. С другой стороны будет стоять человеческий боевой маг, надеюсь, они справятся. Если что, придется бежать и помогать. Надо будет там где-нибудь навесить портальный амулет. Чтобы не носиться по стенам. Вторую занимает Элиа. И к кузену поближе, и нападение оттуда маловероятно.
Более низкий берег реки в этом месте больше напоминал болото, нежели земную твердь. Тяжелые осадные машины в этом месте точно не пройдут, завязнут. Даже если с помощью магии подсушить землю, ничего не выйдет. Река слишком близко. Да и пехота, особенно тяжелая, тоже не пойдет. Пока эти «черепахи» догребут до стен, их просто расстреляют.
На третью попросился Тирреас. Так, с этим товарищем все ясно. Правда, нужно будет еще проверить их подготовку на предмет магии. Нет, какие же идиоты устраивали это испытание. Для обороны города, пусть и магической, требуются немного другие навыки. Боевые маги хороши в индивидуальной схватке. Ну или когда надо уничтожить живую силу противника. В обороне нужны несколько иные приемы и методы. Сюда бы щитовиков надо. Ну да ладно, чего уж жалеть. Надо работать с тем, что есть. Тем более что сам я тоже далеко не защитник. Вот если атаковать, это да…
Четвертую, подле Дворянской башни, отдали мне.
Разницы, как становиться, практически нет, так не все равно ли? Ну а пятая, понятное дело, досталась Аридану. Теперь бы еще немного потренироваться, и было бы вообще замечательно.
Неожиданно я услышал слабый отклик магии. Присев, немного поводил рукой над кладкой (по всей видимости, стены строили гномы), я уловил слабое заклинание на крепость и непробиваемость. Кажется, его не подпитывали со времен постройки. Надо будет провести ритуал подпитки, в нашем случае ничего лишним не будет. А подгорный народ кое в чем намного превосходит светлых магов. Например, в постройке заговоренных стен.
Во время распределения стен Ниш стоял тихо и мирно, а не фонтанировал, как прежде. Правда, его неожиданно цепкий взгляд меня несколько нервировал. Заметил я это всего пару раз, но и того вполне хватило, чтобы насторожиться. Интересно, в этом городе просто нормальные люди имеются?!
После обхода практически у всех болели ноги. Казалось бы, на плане города путь выглядел не таким уж и длинным, но в реальности все было несколько иначе. План, он на то и план, чтобы передавать схематическое изображение. Так что ходили мы до самого обеда. И без завтрака! Так что под конец прогулки на меня смотрели более чем недружелюбно.
Но ведь можно ж наверстать упущенное!

…Девица, носившая на пальце перстень Хранителя, оказалась ни много ни мало принцессой. Конечно, с «удачливостью» Кея только этого и можно было ожидать! Сбежать из одного дворца, и то для того, чтобы попасть в другой. Да и сразу, что там мелочиться, предать…
Впрочем, саму госпожу Ренину эл д'Ар подробности жизни невесть как забредшего в королевский дворец оборотня интересовали мало. Сейчас ей намного важнее было другое: выяснить, что произошло. Воспоминания, четкие и последовательные, внезапно растворялись, подобно туманной пелене, и девушка, пожалуй, не могла бы даже сказать, что произошло с ней вчера. Хотя, например, последнюю встречу с Теренсом она помнила великолепно. А вот что было после нее? Что? Кажется, зашла в комнату отца. Кажется, радостно кинулась ему на шею.
Вся проблема заключалась в слове «кажется». Было ли так на самом деле? Или это все сон? Мираж? Как, например, ускользающее из памяти появление призрачной фигуры, горестный возглас: «Рени, это я!» Ну не могла же она в самом деле дернуть плечом и поведать ему, что в первый раз его видит?! Не могла!
А раз так, надо поговорить с отцом. Поговорить об очень многом. И пусть этот странный юноша, после встречи с которым вдруг пропал туман, окутывающий сознание, будет свидетелем их разговора. Ведь в его присутствии отец не посмеет…
А что не посмеет-то?
В любом случае, ответы на все эти вопросы принцесса так и не нашла. Но в том, что сумеет получить их после общения с императором Благоземья, не сомневалась. Равно как и в том, что юноша, чьего имени Ренина пока не удосужилась узнать, покорно пойдет за ней следом.
Честно говоря, Кею было абсолютно безразлично, с какого перепугу ее высочество вдруг воспылала страстной мечтою пообщаться с папенькой. Может, девушке просто скучно было, поболтать решила. А может, любимая кошка сбежала, и она захотела поплакаться батюшке в жилетку. А что касается необходимости Кею присутствовать при этой беседе, то… Да мало ли у кого какие тараканы в голове?
Увы, но правитель Благоземья был в этот момент занят какими-то важными делами, а потому в кабинете его не оказалось. Ренина окинула равнодушным взглядом комнату и опустилась в свободное кресло. Взгляд же оборотня прикипел к огромной висящей на стене карте. Слишком уж подробно там было отмечено размещение в Аларии замков да крепостей. Впрочем, высказывать свои мысли многоликий не стал. Смысл?
Свеча, отмерявшая время, прогорела на пару делений. Кей дико заскучал. Одно дело, когда ты знаешь, ради чего длится твое ожидание, и совсем другое, когда нет. Вот только развернуться и выйти из кабинета оборотень просто не мог — воспитание не позволяло. Юноша нервно прошелся взад-вперед… И вдруг его взгляд упал на скомканные бумаги, небрежно валявшиеся на столе. Такой знакомый почерк…
Кей подхватил один из листков и, не обращая внимания на встревоженный вскрик: «Ты что себе позволяешь?!», расправил бумагу. Уже читанные ранее строчки запрыгали перед глазами. «Сударыня, ваша неземная красота… Зная, что вы замужем… Увы, но и я связан узами брака… Впрочем, это ведь сущий пустяк… Лишь обратите на меня свой благосклонный взор…» Кое-где почерк сбивался, и ровные острые руны становились более округлыми. Видно, тому, кто создавал письмо, это не нравилось, он брал следующий лист, и вновь повторялись строчки… «Сударыня, поверьте, ваше согласие лишь поможет вашему мужу… Ваше молчание лишь мешает ему…»
Мир закружился перед глазами…

ГЛАВА 4
Я встретил вас…

За вторым бокалом вина последовал третий, за третьим — четвертый, и к тому моменту, как солнце скрыюсь за горизонтом, между давешними друзьями пропали остатки былой холодности. Разве сейчас можно разобраться, кто был виноват в провале восстания? Маршал ли, отдавший неверный приказ, или один из членов капитула Ордена, поступивший не так, как полагалось по уставу?
Пропала всякая холодность, а спор меж тем набирал обороты. Слово цеплялось за слово… Уже наступила ночь. Все отправились спать…
А утром разговор продолжился.
— А я тебе говорю! Миллинг не выстоит! Ты их оборону видел? Да в Айхарте бы за такую организацию…
— Ты не в Айхарте! — отрубил Ильрих. — И нас эти бои не касаются!
— Может, и так, вот только они не выстоят.
— И что? Тебя это волнует? Отлучение снято, и можно со спокойной совестью отправляться в империю. Здесь мы ничего не забыли.
— Это война… А здесь солдат — раз-два и обчелся. Если Миллинг не возьмут штурмом, в осаде он продержится не больше суток. И пострадают мирные жители!
— Господин маршал… — тихо простонал Ильрих, — я не видел вас больше десяти лет… И знали бы вы, как вы меня замучили своей принципиальностью за прошедшие два дня!
Рон ухмыльнулся:
— То есть, господин представитель капитула Ордена, вы все-таки пойдете со мною?
— А у меня есть выбор, мать твою маргул?!
Минут через пятнадцать перед дверьми комендатуры стояла весьма странная троица: двое мужчин, точно не относящихся к представителям светлой магии, и худощавая девушка лет восемнадцати на вид, в жилах которой наверняка текла кровь эльфов.
— Интересно, нас вообще внутрь пустят? — задумчиво поинтересовался Ильрих, не сводя глаз с каменного льва, жизнерадостно распахнувшего пасть.
— Вот сразу и узнаем…
К удивлению темных, их не только впустили в комендатуру, но даже на, казалось бы, такой провокационный вопрос Рона, как: «Где здесь главный?» — всю троицу не отправили в какой-нибудь застенок для выяснения, кто, зачем и как, а просто-напросто невежливо ткнули пальцем куда-то в сторону.
— Хорошо люди здесь живут! Доверчиво и привольно… — восхищенно и несколько иронично протянул Ильрих, провожая взглядом метнувшегося в сторону советчика. — Надо будет, как все закончится, пригнать сюда с полсотни молодняка. Пусть поучатся, как не надо…
Рон только покосился на разбушевавшегося приятеля, но промолчал.
Главного нашли довольно быстро. И как оказалось, совершенно зря.
После утреннего построения настроение у генерала эн'Риони было хуже некуда. Казалось бы, ничего опасного, ужасного и кошмарного не произошло, но… На кой маргул эти маги пришли на развод? Точно, лишь чтоб поиздеваться, не более того.
Айнар, нервно хрустнул пальцами и потянулся к лежащим на столе бумагам: надо определиться, что делать с заказом у гномов. То ли признать, что таковой был, выкупить оружие и опустошить казну, то ли… Негромкий стук по дверному косяку отвлек генерала.
— Господин командующий?
Мужчина устало вздохнул и, не поднимая головы, поинтересовался:
— Ну?
— Добровольцы в армию нужны? — откровенная насмешка, звучавшая в голосе говорившего, заставила эн'Риони заинтересоваться.
— Предполо… — начал было он, вскидывая голову на звук, и…
Темные встречались на Светлых землях, но обычно они, зная, насколько нехорошо аборигены относятся к жителям восточной части Аларии, предпочитали маскироваться, не афишируя при этом, кто есть кто. Сейчас же… Сейчас перед генералом стояли двое темных, причем темных магов не такой уж малой силы. «Издеваются», — мгновенно смекнул эн'Риони. Он бы еще понял, попытайся они хоть как-то прикрыть свои способности, но сейчас…
— Что вы хотите? — отрывисто поинтересовался военный.
Темные переглянулись, и Рон, стоявший ближе к столу командующего, только пожал плечами:
— Вроде ж я понятно сказал: добровольцы вам нужны или как?
Проведя больше десяти лет в Светлых землях, бывший маршал давно осознал, что ему в принципе безразлично мнение окружающих. Знают, что темный, и боятся — значит, не подойдут, не нападут. Знают, что темный, и ненавидят — хотят напасть? Так особо вспыльчивым всегда можно рассказать, где хвыйты зимуют. A раз так, не стоит прикидываться простым жителем Светлых земель.
— Добровольцы?! — Генерал решил, что он ослышался.
— Я же говорила, вам никто не поверит! — влезла в разговор ранее не замеченная эн'Риони девчонка, стоявшая возле самой двери.
— Добровольцы, — подтвердил молчавший до этого Ильрих и, насмешливо покосившись на изгнанного маршала, поинтересовался: — Примете?
Еще бы пару дней назад эн'Риони попросту приказал бы бросить невесть откуда взявшихся темных в какой-нибудь каземат поглубже — шпионы, как есть шпионы! — но сейчас, когда на счету каждый человек… Мужчина решился:
— А что вы умеете?
Вместо ответа Рон попросту закатал левый рукав камзола, обнажив предплечье, и генерал почувствовал, как у него оборвалось сердце: в смуглую кожу руки был вживлен добрый десяток небольших, размером с наконечник стрелы, обломков мирина. Сейчас кусочки металла беспокойно сновали от локтя к запястью, каким-то чудом перемещаясь по коже и складываясь в странное подобие надписи. Объяснять генералу, что это значило, не требовалось. Мужчина, не ожидавший увидеть представителя верхушки Ордена Предвечной Тьмы, сглотнул комок, застрявший в горле, и перевел взгляд на Ильриха:
— Вы?..
Узор на руке у второго темного оказался таким же. Лишь мириновые пластины были странного зеленовато-серого цвета. И эн'Риони рискнул: взял пару листов бумаги, черканул на каждом из них по нескольку строчек и, протянув их посетителям, осторожно поинтересовался:
— Девушка тоже…
Что «тоже» — он договорить не успел: реакция последовала незамедлительно:
— Да!
— Нет! — в один голос выпалили Нира и Рон.
— Девушка тоже будет воевать! — отчеканила напарница «пустынного волка».
Темный одарил компаньонку недобрым взглядом и процедил:
— Девушка во время штурма, осады или просто боя воевать не будет. Девушка залезет в самый глубокий подвал в городе и будет сидеть там, как мышка, потому что если я увижу эту девушку на стенах города, то лично ее придушу. Все понятно?
Нира, печально хлюпнув носом, опустила голову. Рон же развернул протянутый ему документ и с удивлением прочитал: «Податель сего направляется под командование полковника Мирага эн'Ниура в качестве рядового», — но комментировать это не стал. Лишь покосился на Ильриха:
— Идем?
Уже на пороге комнаты бывший маршал не выдержал: остановился и, оглянувшись, поинтересовался:
— Господин командующий, всего один вопрос. Лет так пятнадцать назад вы не участвовали в битве при Сельной крепости?
Перо выпало из ослабевших пальцев эн'Риони: этот вопрос он меньше всего хотел бы услышать от темного… Айнар лишь чуть слышно прошептал:
— Предположим… лейтенант.
Темный же словно не заметил его оговорки:
— …А то лицо ваше что-то знакомо…
— Боюсь, — с трудом подобрал слова генерал, — что ваше я не запомнил… капитан.
— У меня в той битве был несколько иной облик, — ухмыльнулся темный, окончательно поворачиваясь к военному.
По щеке побежала тонкая ленточка чешуи… А через несколько мгновений на эн'Риони глянуло лицо, до сих пор иногда снящееся в кошмарах… Лицо маршала Ордена Предвечной Тьмы во время боевой трансформации…
Все, что смог сделать генерал, это чуть слышно выдохнуть:
— Возьмите ваше новое направление… подполковник…
Уже в коридоре Ильрих недовольно буркнул:
— Почему ты подполковник, а я рядовой?!
— Возвращайся и перечисли господину начальнику все свои кампании. Глядишь, в какой-нибудь да пересечетесь, — хмыкнул уже принявший человеческий облик Рон, подбрасывая на ладони тугой свиток.
Приятель недовольно дернул плечом, но тему поменял:
— А маршалом ты так же из-за болтовни стал? — не удержался он от подколки.
— Нет. Я просто дал по морде Великому магистру Ордена… — равнодушно протянул темный.
Гар'Кхаен сбился с шага:
— Я… Я всегда считал, что это просто байки…
— Я знал Морну с детства, — чуть слышно обронил Рон. — А когда узнал, как поступил ее отец, не смог удержаться. Думал, после этого выгонят уже меня. Ошибся на целых шесть лет…
— А кто такой Великий магистр? — влезла в разговор Нира.
Ильрих покосился на нее и чуть насмешливо начал:
— Это долгая история…

…Черный дракон нервно облизнулся и покосился на Гилберта, пытающегося приторочить к седлу клеймор. Может, меч и мог бы каким-то чудом удержаться на подпруге, но все дело портило то обстоятельство, что под передней лукой уже были пристроены пара глейвов, гномий палаш, токкэйбийская пата и тяжелый эспадон. В общем, двуручник с наклонной крестовиной никак не мог разместиться подле седла.
Принц тихо ругнулся и, когда ладонь в очередной раз скользнула по гладкой чешуе Пини, устало взвесил клеймор в руке и зло вонзил его в мягкий земляной пол.
Но большому счету, от одного из глейвов можно было отказаться: в отличие от мечей, с ним двумя руками не поработаешь, но принцу, питавшему к холодному оружию какую-то детскую страсть, было так трудно определиться, какую же железяку надо выкинуть.
— Г-гадство! — тихо прошипел Второй Всадник Ночи, воровато оглядываясь по сторонам: в планы юноши совершенно не входило, чтобы кто-то сейчас зашел в драконюшню.
И как сглазил!
— А мама знает, что ты ругаешься? — задумчиво поинтересовалась замершая на пороге девица в темно-зеленом платье.
Гилберт вздрогнул от неожиданности, но, разглядев, что это всего лишь Марика, лишь огрызнулся:
— Это не касается ни ее, ни тебя! Так что брысь отсюда!
Принцесса удивленно заломила бровь и неспешно направилась к Рыцарю Тьмы со словами:
— Какой ты грубый! Вот что значит — в детстве мало пороли… А что это ты делаешь?
— Собираюсь улетать! — огрызнулся юноша, сбрасывая с лица прядь черных волос.
— Та-а-ак… — протянула Марика, и тон ее не сулил старшему брату ничего хорошего.
— И ты меня не остановишь! — нервно прошипел Гилберт, с усилием выдергивая клеймор из пола и отцепляя от седла один из глейвов: лучше отказаться от него, чем от любимого меча.
Принцесса нежно улыбнулась:
— А я и не буду тебя останавливать. Я просто… Лерсе скажу. Что ты ее бросаешь.
— Что?!! — оружие посыпалось из рук.
— То, что слышал, — процедила Марика. С ее лица пропал всякий намек на смех. — Ты о ней подумал?! Или, может, детство заиграло? Повоевать решил? Думаешь, ты один такой?! А ей каково будет? Мало того что из-за брата постоянно дергается, так еще и за тебя переживать?!
Дракон нежно ткнулся мордой в плечо рассвирепевшей принцессе, но та, не сводя яростного взгляда с брата, лишь отмахнулась, попав Пине по носу. Звероящер чуть слышно хрюкнул и, тоскливо вздохнув, лег на землю, всем своим видом показывая, что он смертельно обижен.
Впрочем, отпрыскам Темного Властелина было не до переживаний дракона.
— Ты не посмеешь! — прошипел Гил, смерив злобным взглядом столь некстати пришедшую сестру.
— Спорим? — вкрадчиво поинтересовалась Марика, ласково улыбнувшись брату. — Садись на Пиню, улетай, и через три минуты Лерса будет знать все.
— Все — это что?!
— Ну… — задумчиво протянула девушка, — я придумаю. Найду, что сказать. Не беспокойся.
Неизвестно, до чего они могли бы договориться, но в этот момент за воротами Кардмора, перекрывая речь принцессы, раздалось протяжное пение горна.
— Кого там принесло? — в один голос выдохнули Гил с Марикой.
И даже Пиня заинтересованно приподнял голову.
Через полчаса в тронном зале его императорское величество Аргал Третий принимал посланников Ордена Предвечной Тьмы. Честно говоря, его высочество Теренс ас'Аргал гар'Тарркхан Дорийский считал, что его заставили ждать приема у Великого магистра намного дольше, а раз так, то и представители Ордена могут подождать, но…
Герольд объявил имена прибывших, и в зал, чеканя шаг, вошли трое. Теренс, стоявший, как подобает по этикету, за троном отца, неприлично поперхнулся воздухом: он совершенно не ожидал, что в Кардмор приедет Великий магистр лично.
— Интересно, чего они хотят? — почти не размыкая губ, чуть слышно поинтересовался Гилберт, стоявший за спиною у матери.
— А я знаю? — в тон ему огрызнулся Теренс.
— Но ты же туда ездил… Может, сделал что не так? Ты случайно об их боевое знамя сапоги не вытирал?
Вместо ответа Первый Рыцарь Тьмы ткнул Второго кулаком в бок и, прежде чем брат успел отреагировать, поспешно сделал шаг в сторону, уходя с линии удара. То, что он при этом практически полностью вышел из-за спинки трона, принца мало волновало. В конце концов, выражение лица, как и полагается по этикету, спокойное, деловое, а раз так, то и нервничать нечего.
Марика, сидевшая на небольшой скамеечке у ног родителей, бросила на разбушевавшихся принцев свирепый взгляд, но промолчала.
А между тем Великий магистр Ордена Лиинс'Шерниатэйла Лион ас'Кэзимир гар'Дайхэн шагнул вперед, оставив своих спутников за спиною, и, не дойдя до возвышения, на котором стоял трон, полагающихся пяти шагов, опустился на одно колено перед императором:
— Ваше величество…
Вслед за ним склонились перед Темным Властелином и рыцари, прибывшие вместе с магистром.
Один удар сердца. Второй. Третий. Выждать еще секунду… И Грим, стоящий у входа, произносит слова, что были выработаны этикетом в течение долгих лет:
— Встаньте, лорд. Император желает видеть ваше лицо.
Один удар сердца. Второй. Третий. Выждать еще секунду… Раньше, еще во времена объединения империи, предполагалось, что тот, к кому обращались, размышляет, стоит ли ему выполнять приказ того, кто не является его сюзереном. Сейчас же… Сейчас просто следуют этикету.
Чуть слышный шорох черных тканей — одежда рыцарей Ордена традиционно выдерживается в темных тонах — и тихий вздох:
— Мой император, страна в опасности. Орден Лиинс'Шерниатэйла желает отразить атаку со стороны Светлых земель и…
— Светлые здесь ни при чем, — оборвал магистра на полуслове Аргал. — Они сами пытаются не дать прорваться врагу на земли Аларии.
Новый поклон.
— Мы понимаем это, мой император, и готовы сразиться с любым врагом, откуда бы он ни пришел. Мы пришли умолять лишь об одном… Вы спрашивали, готовы ли рыцари Ордена умереть за империю, а мы просим, чтобы в бой с нами отправился тот, в чьих жилах течет кровь Темного Властелина.
На тронный зал навалилась звенящая тишина. Казалось, даже замершие вдоль стен гвардейцы забыли, что значит дышать.
Властелин бросил короткий взгляд на сидевшую рядом жену, а та… та согласно прикрыла глаза на мгновение, принимая его решение. Детей не привяжешь к материнской юбке.
А рыцари Ордена пришли сами. Нельзя отказывать в их просьбе — это понимает даже младенец, — подобное оскорбление можно будет смыть только кровью.
Теренс, уверенный в том, что с посланниками Ордена Предвечной Тьмы поедет именно он (в конце концов, кого в Айхарт направляли? Его! Значит, и в бой тоже…), горделиво выпрямился за спиною у отца, не забыв при этом воровато подмигнуть брату. Гилберт, только недавно перехваченный при попытке побега, насупившись, отвернулся.
— Мне понятна ваша просьба, магистр, — медленно начал Темный Властелин, — и я готов удовлетворить ее. С вами поедет… Второй Всадник Ночи Гилберт ас'Аргал гар'Тарркхан, герцог Алентарский…
Сердце билось, разламывая грудную клетку… Впрочем, это не помешало вышеупомянутому герцогу исподтишка показать язык наследному принцу, а затем поспешно, пока никто больше не заметил, выйти из-за трона, отчеканить полагающиеся по церемониалу несколько шагов и, остановившись возле приехавших в Кардмор рыцарей и повернувшись лицом к отцу, склониться в поклоне, прижав правую руку к сердцу:
— Я готов выполнить ваш приказ, мой император, — прямой взгляд, — и умереть за вас.
Рыцари Ордена Лиинс'Шерниатэйла издревле обладали множеством привилегий, а потому могли позволить себе на несколько секунд опуститься на колено перед Темным Властелином, а вслед за тем встать и выйти из тронного зала, не дожидаясь разрешения.
А потому самого интересного — гневного вопля герцога Дорийского: «Почему с рыцарями едет Гил, а не я?!» — они попросту не услышали. Все подробности столь искреннего возмущения наследника престола остались в узком семейном кругу. Даже личная гвардия Темного Властелина не могла бы похвастаться, что присутствовала при этом кратком споре…
День уже катился к закату, а потому посланники Ордена (вместе, разумеется, с присоединившимся к ним герцогом Алентарским) покинули Кардмор уже на следующее утро. Конечно, Пиня вполне мог бы доставить всех путешественников в Айхарт всего за несколько часов, но тогда коней, принадлежащих рыцарям, пришлось бы оставить в Кардморе. А на это Великий магистр Ордена пойти просто не мог, поэтому сейчас черный дракон, неспешно переваливаясь с лапы на лапу, шествовал вслед за всадниками, горделиво оглядываясь по сторонам и изредка выпуская в небо струйки дыма.
Остановились они ближе к вечеру, разбили небольшой лагерь — до Айхарта оставалось около дня пути. Гилберт терпеливо дождался начала своей стражи, а вслед за тем отступил на несколько шагов от разожженного костра и тихо сказал в окутавшую маленький бивуак темноту:
— Мы же вроде договорились, что ты останешься дома?
Серая волчица неслышно скользнула в круг света, отбрасываемый пляшущим огнем, ткнулась влажным носом в пропыленный сапог… Принц вздохнул, присел прямо на землю и, проведя ладонью по мокрой от ночной росы шерсти, чуть слышно вздохнул:
— Я тоже скучал по тебе, Лерса…

…Большой Совет состоялся совсем недавно. Как и на Объединенном Совете, здесь присутствовали представители практически всех стран Светлой части материка. Единственное, что радовало: на этот раз итоги были более оптимистичными. Правители поверили. То, в чем не могли убедить слова Команды, доказали начавшиеся военные действия.
Невесть откуда появившийся враг шествовал от одного города к другому. Захваченная территория разрасталась, как опухоль. Кое-где атаки отражались, но большей частью… Пора было объединяться.
Еще одной головной болью для герцога эн'Грайя был еще и так называемый Магический универсум. Убедив герцога в свое время издать указ, что в учебном заведении должны обязательно обучаться представители знати, этот самый универсум фактически уничтожил саму систему образования: магия в крови не только у знати, а потому… Отправить магов на войну смогла только школа, а вот универсум этим похвастаться не смог. Все, что сумел придумать герцог, — распустить новое учебное заведение, а всех студиозов проэкзаменовать. Способных — отправить в школу. Неспособных — выгнать на все четыре стороны. Тем более что на Совете присутствовал и ректор школы, который дал на это согласие. Благо, перераспределение в школу произойдет не раньше, чем через неделю. Если произойдет.
Впрочем, и это было еще не все. Вместе с Вангаром в Соэлене появилась худенькая стройненькая зеленоволосая клиричка. Уж неизвестно, где она была на Объединенном Совете, но сейчас, увидев герцога, Амата окончательно поняла, что это — все! Пришла ее большая и чистая любовь. Волшебница-недоучка вздыхала под окнами герцога, тайком подсылала к нему под окошко белоснежных голубей… В общем, голова клирички была занята чем угодно, но только не войной.
А ведь границы Ниравиэне уже пали, еще неделя и… Герцог предпочитал не думать, что будет потом. Скорей бы уже пришла помощь из других стран. Если она будет.

…Торм а'тор-Нагар и не подозревал, что Подгорные города настолько изменились со времени его последнего визита. В день, когда гнома принимали в мастера, все было по-другому: каменные стены покрывала искусная резьба, на потемневших от времени дверях блестели гладко отполированные таблички, объяснявшие, кто здесь живет и чем занимается, а плотно подогнанные плиты пола каждый день мылись с мылом. Это было тогда. А сейчас…
Сейчас в Подгорных городах чувствовалось приближение войны. Поговаривали, враги уже близко и скоро войдут под своды городов. Все куда-то спешили: кто-то нес пук алебард, кто-то волочил огромные секиры… Все готовились к войне.
Нужно срочно поговорить с Моркинским королем. Плюнуть на гордость и поговорить.

…У Кея дико болела голова. Причем болела так, что, кажется, оторви ее прямо сейчас (причем просто так, безо всяких обезболивающих настоев), и мир станет светлым и прекрасным, воспоют птички, а природа раскроет свои объятья навстречу весне.
Многоликий вздрогнул и открыл глаза.
— Ты живой? — испуганно поинтересовалась склонившаяся над ним девушка. В карих глазах светился страх.
Оборотень зажмурился и тихо застонал, закрыв руками лицо. Он вспомнил…
Любое предательство легко оправдать, когда ты веришь, что делаешь все ради высшей цели. Какой бы она ни была. Отомстить врагу, защитить поруганную честь… Но что делать, когда тебе не могут помочь никакие оправдания? Когда ты сам своими руками вырыл себе могилу?
И маргул с нею, с жизнью. Она может оборваться в любой момент. А вот честь… Позор предателя падает на весь род. Как можно жить с таким пятном?
Кей сам не заметил, как начал рассказывать. Сбиваясь и вновь и вновь повторяя уже сказанное. Запинаясь и глотая слова. Начал рассказывать, потому что молчать уже не мог.
Он говорил, зажмурившись, а потому не видел, как меняется выражение лица слушавшей его девушки. Он делал это скорее для себя, а потому не расслышал ее вопроса. И Ренине пришлось повторять:
— Чем ты можешь доказать, что во всем виноват мой отец? — В голосе ее звучали слезы.

…Пообедать мы решили в небольшом и уютном трактирчике около Тиинской дороги. Как сказал наш сопровождающий, столовая в «магической» казарме издавна не работала. Впрочем, об этом можно было и так догадаться, достаточно взглянуть на нежилой вид общежития для волшебников. Почему-то никто не хотел там работать. Да и жить, впрочем, тоже. Хозяйственник подсунул нам капитальную свинью.
Оказывается, здесь когда-то было кладбище одной из деревенек, возникших на пересечении торговых путей. А потом строители, недолго думая, возвели на этом месте казарму. Жильцы в ней не задерживались, переезжая куда угодно. Говорили, что там водятся привидения, что ночью слышны голоса. В общем, много чего говорили. Даже то, что там Царица Ночь воплотиться готова.
Бред, конечно. Я, например, ничего не слышал, никто ко мне не являлся. Не знаю, существовали ли все эти страсти на самом деле или являлись выдумкой, но настоящие привидения стараются с нашей семейкой не связываться. Мы ж и там достанем, если понадобится. Да и Властелин в гневе — это вам не деревенский житель с вилами. Приголубит так, что три посмертия икать будешь. Очень хорошо помню, как «кардморский ужас» Кром от папочки улепетывал…
После сытного обеда (за счет казны) ничего делать не хотелось. Только сидеть и вдохновенно созерцать потолок. Но что-то не давало насладиться покоем, настырно гоня вперед.
Пора бы провести хотя бы один тренировочный бой, да и магически размяться стоит. Вот только народ не воодушевился моими планами на послеобеденное время. Правда, на предложение пойти далеко и надолго я просто материализовал в руке небольшую молнию. Протесты плавно увяли на корню, хотя братец скептически покосился на мой «аргумент». По всей видимости, ему было просто лень со мной спорить.
Весь путь до тренировочной площадки народ строил коварные планы, суть которых сводилась к потере меня, любимого, где-нибудь в темном углу. Ой, ну бывает. Заблудился, не досмотрели. Я только хмыкал в ответ на такие предположения. Попробуй пожить в Кардморе, научишься ориентироваться с закрытыми глазами! Мои параноидальные предки настроили такое количество коридоров, что даже прислуга не обо всех знает. Это у одного принца шило… мешало на месте сидеть, вот он и лазил везде, где только мог. Потому и ориентируется в подобных хитросплетениях.
Правда, я еще не уверен насчет отца. Почему-то находить «потеряшку» у него получалось гораздо лучше, чем у всех остальных. Особенно когда меня заносило в те места, знать о которых «ребенку» было еще рано. Вернее — так считали родители. Мне же было просто интересно, что же там, за следующим поворотом. И когда куда-то не пускали, сильнее грызло любопытство.
По младости лет многого не понимал, но сейчас… м-да, не отказался бы снова завернуть в алхимическую лабораторию. Или скромную комнатушку в подвале замка, магической защите которой можно только позавидовать. Не все сокровищницы имеют подобные щиты. Наверное, они даже божественную силу выдержать могут. Надо бы проверить.
— Ди, ты что там, заснул?! — Гневный вопль родственника отвлек от приятных мечтаний и вернул в суровую реальность. За это кто-то поплатится!..
Тренировочный полигон не впечатлял. Пустое поле с деревянными и каменными приспособлениями. Никаких тебе полос препятствий или еще чего-нибудь подобного, так милого сердцу Гойра. Судя по физиономии родственника — его тоже не впечатлило.
Ниш, честно сопровождавший нас все это время (а точнее — конвоировавший), скромно притулился под деревом на лавочке и блаженно прикрыл глаза. По всей видимости, в его планы тренировка не входила. Скорее, его целью была оценка нашей дееспособности. Я задумчиво оглядел свою команду и предложил:
— Рин, давай с тобой потренируемся?
— А я?! — возмущенно вякнула Элиа.
— А ты с ними… — Я махнул рукой в сторону стихийников.
Все равно Элиа до сих пор толком колдовать не умеет. Она пока только так, мечом более ли менее владеет. Хотя я думаю, это неудивительно. Темной магии ее некому было обучать. А владение холодным оружием… тут отец ее мог бы потренировать.
Я думаю, Арид с приятелем не только огненными или, там, водяными шарами кидаться умеют.
А я пока… Дурная энергия требовала выхода, так что я призвал Ал'Дзаур и атаковал светлого. Лезвие на волос разминулось с телом Рина. Тот отпрыгнул и недоуменно посмотрел на меня. На что я ответил ему фирменной властелинской улыбкой. Родственник все быстро понял, призвал свой меч, и… пляска понеслась.
Мы чередовали удары сталью с магическими пассами, боевые стойки и обманные движения. Кружили вокруг друг друга, как хищные животные. Нет, удары были не в полную силу. И даже не вполовину. Так, касания и обозначения. Ни ему, ни мне не хотелось терять родственника. А такое вполне могло произойти, пропусти он или я хотя бы один выпад. Не знаю, как насчет школы фехтования у эльфов, но у темных каждый удар если не бывает смертельным, так несет тяжелое увечье. С врагами у нас не принято церемониться.
В какой-то момент я разглядел нашего конвоира: Ниш спрятался за деревом и настороженно следил из-за него. Лавка, на которой он до этого отдыхал, валялась, превратившись в груду трухи. По всей видимости, ее достали «Часики». Очень нехорошее заклинание, старящее все, что попадает в его поле деятельности. Интересно, и кто его применил? Точно не я! Рин? А с виду такой приличный… эльф!
Стихийники-то точно не могли, они сейчас на пару с Элиа мечами, позаимствованными у Ниша, махали. Выбрали господа присланные в город маги тактику «все против всех» и вначале, кажется, пожалели темную, решили если не поддаться, то просто сильно не атаковать и сейчас уже сверкали добрым десятком неглубоких царапин и порезов: Элиа такой «благородной» тактики не придерживалась.
Сейчас уже вся троица сражалась по-серьезному, и, надо сказать, рисунок получался весьма интересным. Хотя в сражении обычным оружием парочка стихийников, надо сказать, темной проигрывала. Та хоть несколько лет, благодаря господину Махруду, не тренировалась, но… Талант, как известно, дракону не скормишь.
Будет время, надо попробовать всем вместе…
Почему-то с того дня, как я оказался в Миллинге, меня преследует странное чувство. Будто времени у нас совсем не осталось. С некоторых пор я очень внимательно отношусь к любым проявлениям интуиции. Хорошая вещь, если уметь ею пользоваться, здорово удлиняет и облегчает жизнь. Так что недели на накопление необходимого запаса силы у меня попросту нет. Придется клянчить. Точнее — брать взаймы и расплачиваться. Самое интересное, что я понятия не имею, каким образом с меня спросят причитающееся. Хотя… Если дедушка был прав и Царица Ночь оказалась всего лишь проводником обезличенной темной стихии или силы (как, например, огонь или вода), то и плату, скорее всего, не попросят. А если нет? Я, честно говоря, побаиваюсь задумываться.
Остановились мы тоже одновременно. Посмотрели друг на друга и спрятали оружие. На сегодня хватит. В конце концов, глупо перед боевыми действиями сильно истощать свой резерв. К тому же этой ночью я хотел провернуть одно дело, и силы мне для этого понадобится очень и очень много. Я смахнул с лица капли пота: похоже, сегодня Рин решил показать высший класс…
— Неплохо работаете! — Судя по всему, этот вялый вздох должен был ознаменовать радостное фыркание.
Вот только дыхания у Тира явно не хватало. М-да-м… И чтоб я еще раз ругал Гойровы тренировки?!
— Да так, развлеклись немного. — Рин с самым высокомерным видом смахнул с плеча несуществующую пылинку.
Угу, знаем мы таких. Сам недавно в «заносчивого эльфеныша» играл. И не раз.
Друг стихийника выглядел не лучше: лицо заливала неестественная бледность, но на ногах он держался лучше своего приятеля. Интересно, это их так Элиа вымотала или они сами? Ну не будем о печальном…
Темная провела ладонью по волосам: вот объясните мне, когда она умудряется заплетать столько косичек? Ночами не спит, что ли?
Из непроизвольной задумчивости меня вывел довольно громкий возглас:
— Ты?!
Хм, и почему этот голос кажется мне очень знакомым? Только вот что здесь делает он?!

…Сперва Рон попросту не поверил своим глазам. Пригляделся еще раз. И не выдержал:
— Иль, скажи мне, кого ты там видишь? — Для точности он еще и пальцем показал.
Да, это неприлично, но… Кому сейчас какое дело до приличий?
Рядовой светлой добровольческой армии Ильрих гар'Кхаен покосился в сторону, куда указывало его начальство, и недоумевающе пожал плечами:
— Компанию какую-то… Двое стихийников, эльф да парочка темных: мальчишка и девчонка.
Та, которую Ильрих обозвал девчонкой, внимание подполковника не привлекла, а вот эльф и темный были ему очень даже хорошо знакомы. Конечно, темного в его истинном обличье он видел всего мельком, да и то пару раз, но и этого хватило…
Рон воздел глаза к небесам и печально, хотя и не особо громко, поинтересовался:
— Боги, за что мне это, а? Вроде храмов не разорял, на могилах ничьих не прыгал…
На мгновение Шак'саэру показалось, что рядом с ними проскользнула худощавая черноволосая фигура в ниспадающем одеянии и послышался тихий смешок:
— Ну в кайф мне, в кайф!
Но ведь мало ли чего не почудится с усталости?

Память не подвела. За моей спиной стоял опальный Рыцарь Ордена Тьмы собственной весьма потрепанной и гневной персоной. М-да, это вообще земли светлых или мы случайно оказались на территории империи? Что-то сильно много темных стало на один квадратный фут.
Рон стоял, небрежно поигрывая значком подполковника. Ой, напугал грона морковкой. У меня статус гарнизонного мага и есть собственное, так сказать, начальство. Кроме того, мне дико интересно, чем он командовать-то будет? Или с собой из Айхарта привел? Да нет, позади него стоял только один воин. Тоже темный. Но в звании рядового. Где-то я его видел? Или нет… Наверное, показалось.
— Вай-вай-вай! — хихикнул сзади меня знакомый голос. Весь такой божественный-божественный. — Такой старый, лет сорок уже, и до сих пор рядовой! Плохой он карьерист, панымаешь, дарагой, да?
Естественно, когда я оглянулся, никого не было…
Разве что знакомая продавщица дивных зверушек. М-да, устрашающее боевое соединение…
— Это ты о чем? — Хм, кажется, последнее предложение я произнес вслух.
— О твоих подчиненных. Подполковник, под командованием которого один… или два рядовых? Страшное зрелище…
— И не говори, — согласно качнул головой Рон и с мрачноватой усмешкой добавил: — Как тебя увидел, так и испугался!
— Надо же какой пугливый! — фыркнул из-за моей спины кузен. — Смотри, заикаться от страха не начни!
Мужчина прищурился, уставившись взглядом на стоявшего за мной:
— О? Это кто тут запел? Никак эльфеныш? Косичку сперва подровняй, а потом умничай…
В следующий миг я отлетел в сторону: Рин, как-то резко забывший о запрете на дуэли, страстно возмечтал посмотреть, какого цвета кровь у рыцаря Ордена Тьмы. А еще через мгновение клинок эльфа замер в опасной близости от горла:
— Возьми свои слова обратно!
— Обязательно, — ухмыльнулся воин. — Сейчас только за метлой и совком сбегаю, в кучку их все соберу. Подождешь?
Бывший маршал и сам не мог бы сказать, какого маргула он так прицепился к эльфу. Казалось бы, после Плато и смерти Царицы Ночи можно было бы забыть и о несостоявшейся дуэли, и о язвительных фразах, вскользь оброненных при разговоре, но… Какой-то противный уголек продолжал жечь сердце бывшего рыцаря, заставляя не прекращать глупый спор.
— Рон, хватит! — положил руку ему на плечо второй темный. — Ты зарываешься.
Мужчина не глядя смахнул его ладонь и вновь вкрадчиво повторил:
— Ну что? Ждать будешь, эльфеныш?
Рин рубанул без размаха.
Девушка, стоявшая за спиной нового подполковника, завизжала, закрывая рот ладонью… А бледная как смерть Элиа повисла на руке моего кузена:
— С ума сошел?!
Вот только за миг до того, как клинок пронзил тело рыцаря, мужчина легко ушел в сторону… А когда он успел выхватить меч, я просто не заметил. От скрежета сомкнувшихся лезвий у меня аж зубы заломило.
— Дитятко, отойди, а? — вежливо попросил темную соперник моего кузена. — Мне бы не хотелось, чтоб ушастик потом говорил, будто я поранил его лишь из-за тебя.
Теперь уже воздухом поперхнулась Элиа. Выпустила руку эльфа и, отступив на шаг, обронила:
— Рин, заканчивай быстрее. Только постарайся, чтоб площадь была поменьше кровью заляпана.
Кузен хищно ухмыльнулся, сделал шаг вперед… Но на этот раз в его руку вцепился я:
— Совсем сдурел?! Может, завтра враги нападут, а вы тут устроили непонятно что!
Рона на этот раз удерживал не только его спутник, но и девица-торговка:
— Рон, хватит!
— Гар'Тшхен, прекрати! Сейчас не до этого!
Кузен замер на мгновение…
— Потом разберемся! — Эльф мрачно тряхнул головой, убрал клинки и зашагал прочь.
Я рванулся за ним.

Старшекурсники молча потянулись за Дираном и Рином, а Элиа стояла, не в силах отвести взора от все еще не убравшего меча воина.
— Гар'Тшхен… — пораженно прошептала она. — Зверь… чудовище…
Начавший было успокаиваться воин вскинул голову и расплылся в недоброй улыбке:
— О? И чем же я обязан столь лестной оценке? Я сжег ваш дом? Надругался над вашей матерью?
— Гар'Тшхен! — Ильрих успокаивающе положил ладонь ему на плечо, но, как и в прошлый раз, подействовало это очень плохо…
На лице бывшего маршала заиграли желваки:
— Ну? Я вас слушаю.
— Н-нет… — только и выдохнула Элиа. — Не было ничего…
— Тогда почему?
Голос рыцаря звучал мягко, успокаивающе, но то, что над ее головой сгущаются тучи, девушка понимала прекрасно. Вот только остановиться уже не могла:
— Отец говорил… — Темная осторожно отступила на шаг, готовясь в любой момент сорваться с места.
— О? И как же звали вашего уважаемого, пусть ему Тьма будет покрывалом, папеньку? — последнее слово прозвучало из уст рыцаря как оскорбление.
— К-клод Аркэн…
Рыцарь, надвигающийся на замершую Элиа, подобно лавине, вдруг замер, словно из него стержень какой-то выдернули.
— Аркэн?! — знакомая спокойная усмешка проклюнулась в его голосе. — Что, господин светлый рыцарь так и не простил того, как я его впечатал лицом в песок ристалища? Так вроде в расчете были — я рану на плече месяца два лечил…
Теперь земля зашевелилась под ногами у девушки:
— Вы… Вы знали моего отца?!
Тихий смешок.
— Я — знал. А ты… Ты так похожа на Морну… — И, резко повернувшись к Ильриху и Нире, удивленно наблюдавшим за этим странным разговором, обронил: — Пошли.
Он уже почти ушел с площадки для тренировки, когда за спиною его раздался напряженный вопрос:
— Вы и маму знали?..
Спина уходящего окаменела.
В первый миг у него возникло дикое искушение обронить что-нибудь вроде «чуть-чуть»…
— С детства…
Оборачиваться он не собирался. Впрочем, этого и не потребовалось: через мгновение послышались тихие шаги…
— Расскажете мне о ней?.. — Кажется, в голосе девчонки проклюнулись слезы…
Мужчина обернулся и с трудом выдавил улыбку:
— Пошли, найдем место поспокойнее.
…А на ветке дерева, выросшего в дальнем углу полигона, сидел, лениво подбрасывая на ладони кадуцей, черноволосый мужчина в странном одеянии. Проводив взглядом удаляющихся людей, он зевнул, сладко потянулся и вздохнул:
— До чего же я люблю классические пьесы!

Рин умчался вперед, вот только… Раздражение его как-то мгновенно передалось мне. После разговора с рыцарем я был готов рвать и метать! Хотя… интересно, а с чего это я такой раздражительный? Странно. Никогда за собой такого не замечал. Отрешившись, вздумал докопаться до причины. Ответ меня не сильно успокоил. Поселившееся на задворках сознания какое-то нехорошее предчувствие заставляло постоянно быть настороже. Все чувства словно обострились и усилились. Только это напряжение сказывалось и на характере, вызывая ту самую повышенную раздражительность.
Задумавшись, я попросту не смотрел по сторонам, а потому совершенно не заметил, как толкнул плечом какую-то девушку.
— Осторо…
— Изви…
Выкрики оборвались на полуслове ровно в тот момент, когда мы встретились взглядами. Уж кого я не ожидал здесь увидеть, так это Тэ! Нет, это просто уму непостижимо! Откуда она вообще здесь взялась? Преследует меня?
— Ты откуда взялся?! — взвилась она. — Преследуешь меня? — Мысли мои прочитала, что ли?
— Больно надо! Это у тебя надо спрашивать, как сюда добралась. А я вообще по распределению!
Девушка уже раскрыла рот, явно готовясь сказать какую-то гадость, но в следующий миг вдруг хихикнула:
— Так это я с тобой сюда приехала? Э-э… в смысле?
— Что ты хочешь этим сказать?
Она окинула меня холодным взглядом и, отчеканив:
— Когда тебя заколдовали и расколдовали, не понять структуру заклинания может лишь идиот, — удалилась вниз по улице.
Хоть бы что-то стало понятным из ее слов!

Элиа сидела уставившись взглядом в стену.
— …А потом он сказал, что я и даром ему не нужна… Темная… — Девушка поежилась, зябко обняла себя за плечи. — Мол, какой позор для светлого — узнать, что его внучка — темная… В Темных землях будет то же самое. С противоположным только знаком.
— Элиа…
— Что «Элиа»?! Что?
В этот момент Рон как никогда понял, что еще секунда, и у девушки начнется истерика. Причем самая что ни на есть глобальная: со слезами, соплями и битьем посуды. Общение с Нирой таких удовольствий обычно не доставляло.
Они сидели в небольшом подвальчике-трактире неподалеку от крепостной стены. Свет едва проникал через крохотные оконца, плошки с жиром, так называемые светильники, почти не разгоняли мрак. Если бы кто и решил подслушать разговор, вряд ли бы он узнал что интересное.
— Выслушай меня. Просто выслушай. Я не могу сказать, чем руководствовался господин Аркэн, но что касается гар'Дайхэна… Устав запрещает рыцарям и леди Ордена даже просто общаться со светлыми.
— Мама не имела никакого отношения к Ордену! — вскинулась девушка.
— Уверена?
Молчание было ему ответом. Молчание, разорванное через пару секунд едким:
— А как же вы? И эта… светлая, что была с вами?
Кривая усмешка.
— Я изгой. И если сейчас снято отлучение из-за раскола, то отказываться от минувших двенадцати лет своей жизни я не собираюсь.
Огоньки плясали по чадящему жиру. На стенах плескались лохмотья паутины…
И уже вставая на ноги, Рон тихо добавил:
— Я могу объяснить, почему магистр, который очень любил дочь, поступил так, а не иначе. Но понять и простить можешь лишь ты.

Время до ужина я провел, бегая по стене как угорелый. Надо было найти основные узлы заклинаний, просчитать точку подключения, проверить, не порвались ли сами нити охранного плетения и не сдвинулись ли они за столько времени. Иначе потом будет очень обидно, если силы потрачу, а толку — ноль. Повторить подобное безрассудство у меня просто не хватит дури.
Я и теперь с содроганием представляю себе весь ритуал. Это ж не один камешек зарядить. А стену, прикрывающую не такой уж и маленький город.
Хорошо, что заклинание погружено в стену, иначе пришлось бы еще ставить новое закрепление и отсекать лишнее. Так, основа сохранилась, недостающие звенья восстановятся сами по себе, как только будет энергия. Плохо то, что точка выхода оказалась на чужом участке. На меня и так смотрели косо, но пока не препятствовали. Не думаю, что ночью стража будет более благосклонна.
Надо пошуршать по книгам. Кажется, там были маскирующие заклинания. Устраивать представление на весь город — никакой охоты. Эх, была бы моя воля…
По большому счету, подобный ритуал, если я все правильно помню, проводить в гордом одиночестве не рекомендуется: мол, возможен вызов нежелательных флюктуации. Уши бы оторвать всем этим теоретикам! Напишут всяких умных слов, а ты потом думай, что они значат и чем это тебе грозит. Но… мне просто не к кому обратиться за помощью. Рин здесь не эксперт — не его стихия. Элиа? Она из не настолько Старшей знати, ее голос может быть просто не услышан. Не к Рону ж с его приятелем за помощью обращаться! Для подобного обряда нужно доверять помощнику, а тут… Господин бывший рыцарь, как, впрочем, и его приятель, сам себе на уме. Придется действовать одному. Не пытаться ж в самом деле связаться с папой или братьями. Они мне помогут. Они мне так помогут, что лучше бы и не обращался! А потом еще догонят и еще раз помогут.
Ужинал я в полном одиночестве в какой-то харчевне гномьего квартала. Куда пропала Элиа — понятия не имею. Небось Рину лечит ссадины после общения с Роном. А стихийники… Они меня не особо и интересовали.
Чем мне нравится кухня подгорного народа, так это тем, что все блюда у них на редкость сытные. Чего мне и хотелось. Вымотался я сегодня до полного отупения. А еще ночью на стену лезть. У-у-у-у-у-у, и в кого я такой уродился? Деда, это все твое плохое влияние, понял? «Ответственность, ответственность»… Знал бы, что это такая морока, ни за что бы не обернулся!
Ладно, хватит себе врать. И скулить — тоже. Хоть сейчас еще светло, но надо идти в казарму и лечь спать. Мне потребуются все силы, чтобы провести ритуал, да еще и позаимствовать придется. Уже заранее боюсь расплаты, но бегать от нее не буду. Я знал, на что иду. Ну точнее, догадывался, так что…
В казарме было тихо и безлюдно. А также безэльфно и безтемно. Вернее, уже темно. Поднявшись на второй этаж, я зашел в свои комнаты, нашарил в стопке сваленных книг нужную и вместе с ней завалился на кровать. Знаю, знаю, что лежа читать вредно, но зато удобно. Раздел о маскирующих заклинаниях оказался довольно увлекательным, так что время пролетело незаметно.
После чего книга, шелестя страницами, отправилась на столик, а я уткнулся носом в подушку и провалился в сон. Сквозь него слышал, как пришли остальные. Рин вроде бы что-то творил с моей дверью, слышалась еще какая-то непонятная возня, но вскоре все затихло. Ну и славно, потому как в полночь мне еще работать в отличие от некоторых. Короче, спим, спим, спи…

Иех, и почему мне на месте не сидится? Вечно тянет участвовать во всяческих сомнительных приключениях. Я отлично понимаю полную абсурдность ситуации и все равно лезу. Вопрос: кто я после этого? Ответ — Властелин. Правда, немного некондиционный, но уж извините. Что есть. И за это спасибо скажите.
Вот сейчас торчу посреди стены, как памятник самому себе. Заклинание отвода глаз оказалось как нельзя кстати. Иначе не миновать мне расспросов патрульных, кто я и какого марграна здесь забыл. Объяснять всем и каждому, что у меня взыграло благородство, и я от нечего делать решил подзарядить охранные заклинания, не хотелось. Как и распинаться почему и зачем.
Ладно, хватит мудрствований и прочих умственных упражнений. Все это я могу спокойно обдумать в комнате. А сейчас…
Лезвие кинжала вспороло кожу на ладони, и по пальцам потекла темная, светящаяся ровным зеленым светом, как и у каждого посвященного, кровь. Пентаграмма, нарисованная этой драгоценной жидкостью, тут же полыхнула багровым и чуть приподнялась над камнями стены. Нити охранного заклинания моментально потянулись к источнику силы и словно прилипли к углам. Теперь вся вливаемая в рисунок сила пойдет по ним и равномерно распределится по всему периметру.
Это же сколько ее надо сюда вбухать, чтобы получить нужный эффект?! Может, зря я не позвал с собой остальных? Да нет, все правильно. Не уверен, что стихийники могли хоть чем-то мне помочь, Элиа тоже не в состоянии похвастаться обширным резервом, а Рин… Хоть мы и сливали свою энергию вместе, но я все же поостерегся бы делать подобную подпитку. Мало ли что?
Итак, встать в центр начерченного рисунка, опуститься на одно колено, прижать раненую руку к прохладным плитам стены и…

Эр ни 'Лине 'Шеграхт! Террах ис кетхар ирранг… Великая Госпожа, откликнись на мой зов… Ниш итхмирран тер вира кехлеварр герранна… Дай мне силы исполнить то, что предначертано… Итаро кес таррха нер витарра икх'меллар… Защитить то, что дорого, и пройти свой путь до конца…
Ис керро, ис дарро, ыс рек'терг нар ис'терр кхарраг Ракх'верранг!..
Моя кровь, моя сила, моя душа да будут порукой моему слову!
За спиной я почувствовал чье-то присутствие, на плечи легли теплые, почти невесомые ладони. А через мгновение к ним прибавились вторые: о-о-о-чень весомые. И тихая, но от души высказанная фраза:
— Ир хор'ракаш тер маар'кеташ! — весьма оригинально вплелась в общую структуру призыва.
Будь у меня хоть мгновение для передыху, я, может, даже посочувствовал бы отчаянию, звучавшему в голосе, но сейчас мне было не до этого. По телу прокатилась волна силы и ухнула во вспыхнувшую пентаграмму. А затем я ощутил себя тесным руслом полноводной реки. Только в отличие от него не мог позволить себе выплеснуть лишнее наружу, а раз за разом впихивал проходящую через меня силу в пентаграмму.
Внутри нарастало болезненное жжение, каналы силы корежило и выгибало. Хотелось орать в голос. Но пришлось стиснуть зубы и молчать, молчать! Наконец, вспыхнув напоследок ярким зеленоватым светом, рисунок рассыпался безобидными искорками. Это значило, что заклинание насытилось и теперь будет работать в полную мощь.
С одной стороны, ощущение чужого присутствия тут же пропало, и я без сил упал на прохладные камни. А вот с другой… Сбоку от меня рухнул на отшлифованные временем и работниками плиты один такой знакомый темный в плоти и крови и, хватая ртом воздух, с тоской в голосе поинтересовался:
— Ты идиот или прикидываешься?
— Дедушка?!

Не хотелось никуда идти, заснуть бы прямо здесь. Но представляю себе удивление патрульных, когда они наткнутся на новоявленного мага, тихо и мирно дрыхнущего на стене. Моей и без того хилой репутации наступит полный и окончательный…
Впрочем, и без угрызений совести остаться на земле было просто нереально: радом со мною вышагивал взад-вперед, мерно чеканя шаг, Первый Властелин. Изредка он зыркал на меня злым взором, и мне, честное слово, хотелось закопаться куда-нибудь подальше и не высовываться ближайшую вечность.
— Т-ты откуда тут взялся? — наконец рискнул поинтересоваться я.
— Да вот, мимо проходил, — саркастически рассмеялся предок. — Решил на происходящее полюбоваться.
— Серьезно?!
— Нет! — рявкнул он так, что где-то вдали перепуганно взвыла собака.
А соседний караул как-то очень быстренько направился на шум… то есть ко мне… То есть к нам… Ой, мама, тут на одного Властелина косо смотрят. А если их двое будет?
— Уходим! — прошипел Дариэн и рванулся куда-то в сторону.
Я покорно встал на ноги, шагнул за ним. Ой, как голова болит… В общем, пришлось собрать остатки сил и походкой изрядно перебравшего горячительных напитков человека зигзагами двинуться следом.
Впрочем, далеко дедушка не ушел: упал на колени возле одного из зубцов, торопливо зашарил по стене ладонью… И в следующий миг камень тихо сдвинулся в сторону.
— Пошли, — мрачно буркнул он, делая шаг вперед. Э-э-это зачем? Э-э-э-это куда?
— Хочешь объяснять стражникам, что ты не лазутчик? — Голос звучал чуть приглушенно.
Я вздохнул и сделал шаг вперед. Как ни странно, но обнаруженный дедом тоннель оказался довольно чистеньким и даже не особо темным. Хотя как это может быть, если на улице ночь, а камни плотно лежат? Может, от стен свет идет? В любом случае, сейчас я видел все, словно на закате — чуть расплывчато, но все-таки…
Дед уверенно спускался вниз по лестнице, ведущей куда-то в глубь стен… остановился, бросил на меня злой взгляд:
— Ты идешь?
— Д-да, конечно! А откуда ты про этот ход знал?
— Это ж Миллинг? Я его пять раз брал, — отмахнулся Дар. — Первые три — еще при Царице.
О, кстати о птичках… А то мало ли, он так резко появился.
— Дед, а она точно мертва? Ничего не изменилось? — Ну откуда я знаю? Вдруг…
Вот только Властелин не был настроен вести долгие разговоры.
— Можешь смотаться за Грань, поплакать на могилке.
О-о-очень смешно! Но успокаивает.
Я наконец смог догнать Дариэна и теперь шел вровень с ним. И теперь появилась возможность задать мучавший меня вопрос:
— А… ты как здесь все-таки оказался? Он же мне так и не ответил.
Предок остановился так резко, словно перед его носом выросла стена. Повернулся ко мне и отчеканил:
— Я появился потому, что один самонадеяный мальчишка коснулся того, что его совершенно не должно трогать и волновать. И потому, что этот тупой младенец не придумал ничего лучше, как схватить и вытянуть меня из-за Грани! Спасибо ему огромное!
Вот только мне почему-то показалось, что он бы предпочел придушить этого «младенца» на месте, а не благодарить… И почему мне кажется, что я очень хорошо знаю это самонадеянное дитятко?..
— И… что дальше?
У деда мгновенно весь запал прошел. Он опустил взгляд и лишь тихо выдохнул:
— Маргул его знает… Тебе куда? В город или за стену?
— В город, — осторожно признался я.
Он вздохнул, провел ладонью по стене… и указал в сторону появившегося проема:
— Иди.
— А ты? Куда?.. Как?..
— Определюсь, — махнул рукой он и растаял в воздухе…
Как я добрался до казарм, маргул его знает. Как мне никто не встретился — понять уж точно никогда не смогу. Но вроде бы мои ночные «выступления» остались незамеченными. Ну и замечательно. Чем меньше неприятных и неудобных вопросов, тем меньше шансов быть пойманным на лжи.
Теперь вернемся в теплую постельку и… попытаемся заснуть. А с дедушкой с утречка и разберемся. Но только когда сами проснемся. А если меня кто-то попробует утром разбудить — прокляну. Со всей изощренностью и садизмом. Когда я невыспавшийся — то очень страшный. Почему об этом никто не знает? А некому рассказывать.

ГЛАВА 5
И вновь продолжается бой!

Пробуждение на следующий день было резким и малоприятным. Меня буквально подбросило на кровати. Появившееся вчера неприятное ощущение разрослось, разжирело и настойчиво грызло изнутри. Да что же это со мной творится-то, а? Нервы натянуты до предела. Малейшее касание — и… В общем, мне сегодня очень не рекомендуется начинать конфликты и обретаться в компании. Только кто же меня спрашивает?
Предчувствие заставило выбраться из кровати, на которой я спал, не раздевшись, и потащило на стену. Обновленное вчера благодаря дедушке заклинание исправно работало, вселяя дополнительную уверенность, но не уменьшая моей паранойи.
Стоп! Дедушка?! Он был или его не было? Может, у меня видения на почве усталости начались? Если ничего страшного не произойдет, надо будет посмотреть, существует ли показанный мне ход. И если существует…
«Сегодня что-то должно произойти. Непременно должно», — вертелась в голове навязчивая мысль. Стоявшие на стенах воины недоуменно посматривали на нервничающего меня. А что я им скажу? «Извините, ребята, но мой седалищный нерв чувствует неприятности»? Пошлют. Далеко и надолго.
На ратуше колокол стал отбивать восемь часов, когда у меня внутри словно что-то оборвалось. Я будто кожей почувствовал смещение пространства на Эглорском тракте и недолго думая заорал привратной страже:
— Закрыть ворота! Опустить решетку! Лучники — на стену! Трубить тревогу!
Меня послушались. Видимо, тот рев, который получился из-за волнения, оказался довольно убедительным. Резкий и пронзительный звук сигнального рожка тут же подхватили другие, и, словно кольца от брошенного в воду камня, от наших ворот стали разбегаться приготовления.
Будто бы только и ожидая закрытия ворот, на дороге появился большой портал, сквозь который к городу тут же понеслась конная лава. Однако вид закрытых ворот и ощетинившихся стрелами бойниц изрядно остудил пыл нападавших. Часть из них сразу рванули назад, а остальные закружили на безопасном расстоянии.
Над городом разнесся тревожный бой набата. Ну вот и все. Началось. А грызшее меня со вчерашнего дня предчувствие испарилось с тихим хлопком. И после этого еще кто-то смеет утверждать, что мне здесь нечего делать?..
Честно говоря, в голове у меня билась одна и та же мысль: создание подобного перемещения требует изрядной магической силы, причем — постоянно. Именно из-за этого давным-давно отказались от переброски войск подобным методом. На транспортных драконах и то быстрее. Да и сил тратится меньше.
Здесь же… как-то мне слабо верится, что у них есть переносной источник силы, способный поддерживать такую вот махину. Довольно кривую, надо сказать. Если у нас будут все-таки пленные, надо выяснить этот вопрос. Подобные «сюрпризы» что-то не особо радуют.
Сто-о-о-оп! Твою ж дивизию! Да это ж обычная червоточина! У нас ими отродясь не пользовались: пока найдешь, пока откроешь, да еще и кровь использовать надо…
Вокруг меня слышались резкие командные выкрики — солдаты и штатные маги (в том числе и наша новоприбывшая компания) занимали отведенные места.
Ох, деда-деда… Извини, но сейчас мне не до того, чтоб выяснять, являлся ли ты мне, чи как…
Интересно, враги на штурм пойдут или осадой займутся? Ох, от них всего можно ждать.
Наконец на стене показался комендант Миллинга в сопровождении второго полковника. Резкие приказы отдавались ровным уверенным голосом. Ну по крайней мере, можно не опасаться, что попали под командование какого-нибудь идиота, не отличающего катапульту от онагра.
Войска подтягивались до самого обеда. Все это время мы провели на стенах, наблюдая за действиями противника. Солдаты сидели, привалившись к парапету и ослабив ремни обмундирования. Лучники сменялись каждый час, а вот магам пришлось неотступно бдеть как бы неприятель не выкинул какой-то магической пакости. Обед нам тоже принесли на стену. Полковники то и дело обходили своих подчиненных, проверяя бдительность и поддерживая моральный дух.
Под стенами города постепенно вырастал укрепленный лагерь. Кажется, нас взяли в кольцо. По крайней мере я разглядел и циркумвалационную, и контрвалационную линии. С одной стороны, это плохо, так как непонятно, сколько у города запасов и готов ли он вообще к осаде. А с другой — бей куда угодно, враги везде. Точнее — вперед куда угодно. Сзади все же свои.
— Долбануть ее, что ли? — уныло вздохнул рядом со мною знакомый голос.
Я лениво покосился на говорившего. О, точно Арид.
— Кого «ее»?
— Циркумвалацию…
О, какие мы умные слова знаем…
— Попробуй.
Заодно узнаем, какие у него способности. Главное только, чтоб очень уж сильно не распылялся. Нам потом понадобится каждый маг.
Похоже, выпускник начал бы колдовать и без моего разрешения. Я еще и договорить не успел, как он сделал несколько странных пассов, и в тот же миг возводимая врагами стена покачнулась, ощутимо подпрыгнула, как во время взрыва… и мягко опустилась на прежнее место, совершенно не пострадав, — маги осаждающих тоже не дремали.
— М-маргул!
А я как-то и не сомневался, что ничего не получится…

…Император Благоземья в очередной раз убедился, что он был прав.
Высадившись на земле Аларии, захватчики начали наступление по четырем основным направлениям. Но-первых, конечно же появившийся на восточной оконечности Темной империи пятый маркийский корпус под командованием ил д'Ейса сразу же начал наступление в глубь территории. Точнее, должен был начать. По какой-то насмешке судьбы ил д'Ейс занял кордонное расположение по береговой линии, распылив более чем на сто пятьдесят миль силы не такого уж большого корпуса. Через несколько дней после высадки маркийский гарнизон, взявший небольшой городок Кленер, где было около пяти тысяч человек, был почти полностью разбит. Продвижение в глубь территории остановилось.
Подобная ситуация сложилась и с войском под командованием тар-керранга ил с'Мирра, высадившимся на западном побережье Аларии, в Светлых землях. Несмотря на то что в той части материка размещалось с десяток карликовых королевств вроде Миронии, Дашента, Кирфии, ведущих между собой вялотекущие войны уже более века, тамошние правители прониклись идеей о необходимости борьбы с общим врагом и очень быстро начали действовать сообща. Корпус ил с'Мирра попросту завяз в мелких стычках и нападениях. Продвигаться вперед не получалось.
Третий фронт развернулся по пути следования двух корпусов: десятого под командованием ил д'Иса и второго — Галлита. Пока об успехах или неудачах этого фронта было рано говорить. Оставалось ждать. Впрочем, сказать, что этот фронт не принес пока никаких побед, нельзя. В эти же земли был направлен пятый дайрифанский корпус ил д'Арми. Пока что он, отделившись от десятого и второго корпусов, растянулся на огромное расстояние, преградив дорогу войскам противника и мешая возможному воссоединению. А заодно и перехватывая все обозы.
Что не могло не радовать, так это военные действия, развернувшиеся по четвертому направлению. Высадившись неподалеку от ил д'Иса и Галлита, тар-керранг ил д'Аву, в отличие от вышеупомянутых вояк, двинувших свои войска на запад, в Светлые земли, начал наступление на восток, в Темную империю. Его тринадцатый фиорнский корпус малость потрепало на так называемом Плато, но в целом…
Еще с месяц, и победа будет за Благоземьем.

…Темный Властелин склонился над картой. Части первой армии под предводительством гар'Марриаха были раскиданы практически по всей территории Темной империи: от Морнарской крепости до Западных гор. Наступление врага было столь стремительным, что все, что могли себе позволить разобщенные войска, — это отступать. В районе Кшина корпус гар'Дохтура попал в окружение и смог вырваться, понеся большие потери…
Вторая армия под командованием гар'Мисса находилась в районе Хорских озер, примерно за двести миль от основных сил первой армии гар'Марриаха. В начале гар'Мисс пытался объединиться с войсками гар'Марриаха, но к тому моменту, как его армия достигла Кифреата, было уже поздно: первая армия ушла на восток, а навстречу Миссу двигалась армия тар-керранга ил д'Аву. Пришлось уходить в сторону. Соединиться не было никакой возможности. Армия Темной империи отступала.
Впрочем, еще было не все потеряно. Свободный Поиск пока никто не отменял.

Активное движение под стенами началось после полудня. От наиболее пестрой компании, расположившейся под рядом флагов, отделился человек с белой повязкой парламентера и зашагал к стенам. Тут же передали начальству, что к нам идет переговорщик. Начальство очень быстро отыскали, и вскоре состоялся довольно интересный разговор.
Глашатай отчеканил шаги и, остановившись на расстоянии арбалетного выстрела, начал зачитывать послание. Голос, усиленный, очевидно, заклинанием, разнесся над равниной:
— Всем-всем жителям города! Его императорское величество повелитель Благоземья Гэлерм эл д'Ар предлагает сдаться! — И это весь титул?! Они что, издеваются над нами?! — Те, кто добровольно отдаст свои жизни и судьбы в руки полноправного правителя этих земель, будут помилованы, остальные же… Вам дается час на размышления!
Я, с высоты защищаемой стены, окинул взглядом расположившееся перед городом войско. Да уж, вляпались мы по-крупному… Интересно, выстоять сможем? Нет, понятно, что я Властелин и все такое, но… когда видишь перед собой столько… Ой, умирать-то как не хочется! А, к маргулу в болото! Все уже решено, так что отступить не получится. Наверное, в Храме все было намного хуже.
Вот только там был отец…
И Гил.
И дедушка…
— Что там за стяг?! — отрывисто поинтересовалась Тэ.
Я аж поперхнулся от неожиданности. Она-то откуда здесь взялась?! Кто ее вообще наверх пустил?!
— Что там за стяг?! — вновь повторила девушка. — Кто изображен на золотом фоне? Я не могу разглядеть!
Я прищурился, силясь рассмотреть пляшущий на ветру штандарт. Так… Животинка темная, алый язык и когти, стоит на задних лапах…
— Черный вооруженный восстающий лев с раздвоенным хвостом. — Честное слово, сейчас мне было не до того, чтобы читать герб по порядку. Спросили, что нарисовано, я и ответил.
— Ил д'Ис, — чуть слышно прошептала Тэ, и на ее лице заиграла счастливая улыбка…
Кто-нибудь, объясните мне, что здесь происходит?!
А она вдруг резко стала озираться по сторонам, а потом сорвала у меня с пояса кинжал, который я повесил сегодня утром. После ухода дедушки приходится таскать с собой столько металлолома… Э-э-эй! Это мое!
Но Тэ, похоже, не собиралась покончить жизнь самоубийством: она лишь полоснула клинком по ладони, взмахнула рукой, так что алые капли крови взлетели в воздух, и чуть слышно прошептала пару слов.
Багровое пламя, полыхнувшее у меня перед глазами, заставило на миг зажмуриться. А когда я наконец отвел руку от лица, то увидел, как все многолюдное войско, замершее перед городом, опускается на колени перед невесть как появившейся перед ними тонкой девичьей фигуркой.
И радостный крик разнесся над полем не хуже вопля давешнего глашатая:
— Принцесса найдена!
Тарк мархар! У меня просто слов других нет… А те, что есть, в приличном обществе произносить не рекомендуется. Мама бы мне за них уши попросту оторвала.
— И правильно бы сделала! — хмыкнул за моей спиной знакомый голос.
Я панически оглянулся. Нету никого… Но голос-то был? Был. Значит, выводов может быть только два: либо я медленно, но верно схожу с ума, либо дедушка мне все-таки не приснился.
Меж тем девушка властно махнула рукой и гордо шагнула вперед. Со стены было очень хорошо видно, как к ней рванулись двое. Мужчина в строгой форме с аксельбантом и эполетами (интересно, это он в парадной — на войну заявился или как?) и странное существо — то ли мужчина, то ли женщина в сером свободном балахоне с капюшоном, полностью скрывавшим лицо.
Военный склонился в поклоне, прикоснувшись губами к тонкому запястью Тэ, балахонник же обошелся коротким кивком — подобием поклона. Госпожа заколдованная милостиво склонила голову и направилась в сопровождении этой парочки в глубь вражеского лагеря.
Принцесса, значит… С ума сойти! И ведь не сказала об этом ни слова! А могла!
Но самое страшное ведь не это! Она сумела как-то подняться на стену, все это время была в городе, а значит… Значит она может рассказать врагам если не все, то очень и очень многое.
Таакхаим ллэ'джерх!
Уж не знаю, что там задумали командующие вражеской армии, но где-то через полчаса после побега Тэ из Миллинга к нам опять вышел давешний глашатай и объявил, что срок для раздумий продлевается до завтрашнего утра. Вот спасибо! Вот обрадовали! Просто слов нет, как я счастлив.
— Не язви, — ровный дедушкин голос можно было узнать даже с закрытыми глазами.
Ну вот, видения растут и ширятся…

…В Кардморе второй день не было покоя. Его высочество герцог Дорийский рвал и метал. В самом деле, какого маргула?! Даже ребенок поймет, что ехать с представителями Ордена должен был он. Так какого марграна поехал Гилберт?!
Родителям это все уже было сообщено раза четыре, не меньше, так что сейчас Теренс мерил шагами библиотеку и высказывал все вышеперечисленное… сестре. Марика лениво потянулась, подняла с пола упавшую книгу, перелистнула несколько страниц и попросила:
— Тери, может, хватит?
— Что хватит?! — взвился принц. — Это ненормально! Значит, как ехать в Айхарт, так я должен спешить туда как неизвестно кто! А как только оказывается, что на страну надвигается война, так посылают Гила! Где справедливость?! У меня через два дня Посвящение! А он что может сделать? Почему послали его?!
Девушка пожала плечами:
— Ты только что сам ответил на свой вопрос…
— Что?! — Теренс потрясенно уставился на нее.
— Во-первых, у тебя через два дня Посвящение, и если ты уедешь… Кто, кроме папы, сможет его провести? Или ты хочешь, как Диран, несколько дней быть на грани жизни и смерти?..
— А во-вторых? — уцепился за обмолвку юноша. Марика на миг поджала губы, размышляя, стоит ли говорить, а потом резко выпалила:
— А во-вторых, ты — наследник престола! Гил имеет право погибнуть в бою. Ты — нет.
— Но это же подло! — только и смог выдавить принц.
— Думаешь, у отца был выбор? — горько рассмеялась девушка.
В библиотеке наступило напряженное молчание. Теренс уставился невидящим взглядом в книгу, Марика сверлила взором стену… и мысли ее были очень далеко.

…Понять, поверили ли ему, Кей так и не смог. В любом случае, разговор с принцессой окончился так же неожиданно, как и начался…
Юноша отправился бродить по коридорам замка — благо, слугам, похоже, не отдали приказ следить за перемещениями гостя и никуда его не пускать. Коридоры, коридоры, одни, другие, колоннады и темные залы, высокие потолки и крохотные каморки… Не было здесь лишь одного: ответа, что же делать.
Одно дело, когда ты действуешь ради благой цели. И совсем другое — когда ты просто-напросто предатель. Можно броситься с башни вниз головой. Вот только этот твой шаг не поможет никому и никак…
Ты погибнешь в любом случае: смысл жить, если победит Благоземье? А если эта страна падет… Колесование — самое мягкое наказание для предателя.
Есть только один выход — погибнуть самому. Но перед этим сделать что-то, что поможет… Сделать так, чтобы твоя смерть не была напрасной.
Осталось только определить ту цену, за которую будет не жалко отдать свою жизнь.

…В кабинете хранилось слишком много ценных бумаг. Поэтому слугам было строго-настрого запрещено в него входить. А то знаем мы этих уборщиков! Сегодня бумажку выкинут, а завтра — важного документа не найдешь.
Гэлерм эл д'Ар вихрем ворвался в комнату, не глядя по сторонам, метнулся ко столу. Разнокалиберные листы небольшим ураганом разнеслись по помещению. Так… Это не то, это снова не то… да где же этот маргулов договор?..
— Папа?
Мужчина вскинул голову и с удивлением увидел, что в глубоком кресле у окна еще сидит дочка.
— Рени? — удивленно протянул он. — Ты что-то хотела?
Разговор получался совсем не таким, как его представляла принцесса. Не спросишь же, в самом деле: «Папа, ты действительно решил захватить другую страну?» Девушка на миг закусила губу… и ляпнула первое, что пришло в голову:
— Пап, а… кто тот эльф, что недавно нас посетил?..
В принципе, постепенно сливаясь с плотью и кровью зачарованной, заклинание должно было давать легкие слабинки. Так что император совершенно не удивился тому, что дочка задает вопросы:
— Он? Твой будущий жених, — рассеянно обронил Гэлерм, нетерпеливо пробегая взглядом строчку за строчкой. Все не то, не то…
— Жених?! — ахнула девушка. — Но я… — Она внезапно оборвала речь на полуслове и выдавила вымученную улыбку: — Как тебе будет угодно, папа…
Мужчина рассеянно кивнул, и Ренина тихонько выскользнула из его кабинета. Император проводил ее задумчивым взглядом. Что-то не так… Надо будет подновить заклинание. И он вновь вернулся к документам.
Девушка же осторожно прикрыла дверь и, зажмурившись, устало прислонилась спиной к стене. Очень легко сказать совсем не то, что думаешь. Вот только… Надо срочно поговорить с Тери. Узнать, насколько правдивы слова этого Кея. А потом можно будет решать, что же делать дальше.

…К Айхарту подъехали в полдень. Войско уже было готово к выступлению, и Гилберту лишь оставалось ждать. Ждать, пока оно выедет из ворот и отправится в путь — терять еще один день лишь из-за того, что время близилось к закату, Великий магистр не собирался.
Развевался стяг над колоннами солдат, протяжно пропели трубы…
Пинька откровенно скучал. Дракону не терпелось расправить крылья, взмыть в воздух. Но все, что ему оставалось, это вышагивать рядом с гарцующими конями, да изредка щелкать зубами, когда какой-нибудь всадник подъезжал поближе.
Если кто и разделял мнение дракона, так это его высочество. Принцу не меньше его ручного зверька хотелось почувствовать на лице упругие удары ветра, поймать на ладонь мокрые хлопья тумана. Глупо мечтать о том, что произойдет не скоро.
А потому, когда войско наконец остановилось на ночлег, принц был просто счастлив. Раз не получилось полетать днем, может, удастся ночью? Надо только выйти из лагеря так, чтобы тебя никто не заметил.
Коварный план уже почти был осуществлен, Гилберт едва не пересек внешнее заграждение бивуака, когда его взгляд неожиданно упал на сидящего у небольшого костерка мальчишку в форме оруженосца. Подросток неспешно точил меч, изредка проверяя пальцем остроту клинка.
Принц честно попытался отправиться дальше, на свободу, но не выдержал, вернулся и тихо сообщил:
— Камень надо держать под большим углом.
Мальчишка — лет тринадцать, не больше — дернул плечом и, не поднимая головы, мрачно обронил:
— Сам знаю, что мне делать.
Гилберт, совершенно не ожидавший столь резкого ответа, только хмыкнул:
— Не слишком ли вы молоды для похода, юный господин?
Рука оруженосца на миг замерла над клинком, а голос чуть дрогнул:
— Мой отец стал рыцарем Ордена в шестнадцать. А в девятнадцать — маршалом. — Вот только головы паренек так и не поднял.
Гилберт буквально окаменел…
Разыскивая для Тери сведения об Ордене, он перечитал море документов. И во всех бумагах упоминался только один рыцарь, сделавший столь стремительную карьеру.
Принц помолчал и чуть слышно обронил:
— Вам есть к чему стремиться, наш юный лорд гар'Тшхен.

…В Южный Харнор война пришла быстро. Так и не оправившийся от присоединения к Темной империи Тэнх пал практически мгновенно — небольшого гарнизона, оставленного в столице, не хватило даже на то, чтобы задержать атакующих больше чем на пару дней.
Хозяин небольшой и по-прежнему безымянной таверны Вмелен Юристи (последние несколько лет он предпочитал откликаться именно на эти имя и фамилию) мрачно протирал серым от пыли полотенцем стойку. Настроение у мужчины было хуже некуда.
Пусть в Южном Харноре процветало рабовладение. Пусть. Пусть полагалось ежемесячно отчислять в карман проверяющим определенную мзду. Пусть. Но ведь доходы-то были! А сейчас?
Невесть откуда взявшиеся воины предпочитали ломать мебель, бить посуду и… не платить ни гроша! И где в этом мире справедливость? Да такими темпами возвращение на большую дорогу окажется более прибыльным делом! Там, по крайней мере, стабильный доход…
— Трактирщик! Вина! — рявкнул подвыпившим голосом какой-то… завоеватель, чтоб ему икалось три дня.
Вмелен вздохнул, погладил, как котенка, рукоять кистеня, лежащего на небольшой полочке под стойкой, и буркнул, окинув заказчика нелюбезным взором:
— Какого? Выбор большой.
Дружный хохот десятка солдат был ему ответом:
— Любого, лишь бы горело!
Такую бормотуху отказались бы пить даже гномы. A вот в этот день напиток разлетелся как из арбалета. И что им еще надо? Может, корня укрой-травы подсыпать? Чтоб и не проснулись больше! Будут знать, как порядочных трактирщиков обижать…
В любом случае долго это продолжаться не могло.
В полночь, минут через двадцать после того, как последний клиент покинул заведение, таверна запылала как факел…
Вмелен Юристи отряхнул ладони, окинул взором получившуюся картину и, закинув на плечо цепь кистеня, направился на северо-восток. Завоеватели шли на запад, а значит, господину путешественнику следовало идти в противоположную сторону.
Начиналась новая жизнь… Благо, некоторые сбережения для этого были.

…В Магической школе уже который день подряд царил переполох. Началось все с взбесившегося грона. Выведенного темными зверя словно подменили за то короткое время, пока ректор отсутствовал. Чудовище успело покусать всех конюхов, поломать стойла. И сейчас в школьной конюшне стоял такой переполох, словно сама Царица Ночь решила почтить своим присутствием несчастный Соэлен.
По большому счету животное стоило хоть как-то утихомирить. Вопрос только как?! Хотя стоп! Почему вопрос? Грон-то не просто так приблудившийся? Вот пусть хозяин его и воспитывает. А где сам хозяин?
Какое же разочарование ждало ректора, когда ему сообщили, что найти хозяина совершенно невозможно. Смылся он из школы. Как? А маргул его знает. Небось на соревнованиях победил. А может, еще какую лазейку нашел.
Ректор погрузился в пучину страданий…
Из которой его выдернуло жизнерадостное:
— Э, господин ректор, тут к вам… посетители.
— Ну кто еще? — Мужчина устало вскинул голову.
Магистр Каар, стоявший в дверях, смущенно опустил глаза:
— Ну там… Они даже во двор школы отказываются заходить. Но вас очень хотят видеть…
Ректор с тихим вздохом встал на ноги и направился вслед за проводником.
Уж лучше бы он никуда не ходил. У ворот школы стояла, переминаясь с ноги на ногу, весьма странная компания: с десяток мужчин и женщин в ниспадающих одеяниях.
— Что вам угодно? — осторожно поинтересовался магистр Найред.
Сердце тревожно заныло от предчувствия опасности.
Вперед шагнули двое: старик в давно выцветшем балахоне да девица, чьи волосы были небрежно покрыты платком. Первым заговорил мужчина:
— Мы просим прощения, что посмели войти под сень этого благословенного Ренки дома… И просим еще лишь об одном: сказать не почтил ли Шарки своим присутствием этого достойного всех богов места?
Связать два и два, вспомнить мифологию и догадаться, что перед ним стоят пустынники, ректор смог лишь минут через пять. А вот когда все сопоставил, не догадаться, кого ж обозвали Шарки, было не трудно.
Диран! Вечно эта семейка одни неприятности приносит! Прав архивариус, ой, прав!
Дальше уже размышлять было не о чем. А вот пустынники все ждали ответа.
Решение пришло практически мгновенно:
— Выпустите грона! — велел он и с любезной улыбкой сообщить пришельцам: — Этот зверь сможет показать вам путь, которым следовал Шарки по Аларии.
«Если догоните» — этого говорить пустынникам ректор уже не стал.

…Мидхар осторожно выглянул из-за каменного уступа. Длинная лента вражеского войска стелилась по дороге как гигантская змея. Ядовитая, смердящая и смертельно опасная.
Как и многие представители Младшей и Старшей знати, Мидхар ушел в Свободный Поиск. Напиться крови врага и пощипать его силы. Благо, что противник попался непуганый.
Это войска приграничных королевств знали, что на территорию империи меньше чем с тысячей соваться нельзя. А то и с десятками тысяч. Еще лучше вообще сидеть и не отсвечивать. Поскольку темная кровь настоятельно требовала действий. Желательно — войны, набега или прочих «милых» развлечений. Хотя бы просто трактирной драки, если все остальные возможности неосуществимы.
Император к междоусобице относился крайне отрицательно, наказывая и зачинщика, и потерпевшего. Чтоб впредь неповадно было. А войн со свободными землями не было уже давно. Виной тому — подписанный договор, чтоб его Ночь скрыла! Да и светлые немного поумнели после набега орков.
Единственным развлечением были эти самые набеги. Но до границы пока доберешься, пока точно узнаешь, кто и откуда, — всё, отбили, выгнали и подраться не дали. Там же своих дворян достаточно, и всем хочется поучаствовать в Поиске. Ну кроме тех, кто пошел в армию.
Только не по нраву Мидхару была суровая воинская дисциплина. Так что ему оставался именно Поиск. Иногда казалось, что подобное «мероприятие» Властелин придумал специально для таких, как он, не желающих подчиняться.
Нет, если император прикажет, то перечить ему темный даже не подумает. Да что там перечить, даже не помыслит об этом! Но так то ж император, верховный правитель… А вот так, изо дня в день, подчиняться не только Властелину, но и любому, кто окажется выше по званию?.. Нет, не получилось бы. Без принуждения не получилось.
Скорее всего, через пару дней Мидхар взбесился бы, набил морду своему начальнику (или тому, кто окажется ближе всего) и ушел. Куда? Да все в тот же Свободный Поиск. Другое дело, что подобные выходки в армии не приветствуются, потому просто развернуться и покинуть неприятное место не получится. И придется бежать.
Поэтому легче сколотить собственный отряд и лично резать врага, не оглядываясь ни на кого. Точнее — почти не оглядываясь. Хоть он и находится на своей территории, но без информации ничего не получится. Да и без магической поддержки тоже. А сам Мидхар не такой уж и хороший маг. Нет, амулетами пользоваться он умел, но самостоятельно формировать заклинания для него было все-таки сложновато.
Да и правящая семья, храни их Ночь, тоже даром не сидит. Пусть пока армия, говорят, отступает, но это пока…
О нескольких боях, произошедших на землях Темной империи, Мидхар уже слышал. И если бы не координация сверху… маргула бы с два что получилось. Впрочем, куда уж простым представителям Старшей знати угнаться за Высшими.
Да и гнаться особо не хочется. Вроде бы такие возможности, что закачаешься, да и оружие, и магия, и физическая сила, — в общем, казалось бы, живи и не тужи, но как представишь, сколько проблем они тянут, так радужная перспектива меркнет, не успев толком разгореться.
Боги просто так не оделяют, это темный понял уже давно. И за каждый свой подарок спросят сторицей. Лучше быть относительно незаметным, но свободным, чем ярким, но тащить груз забот. Сочетать же яркость и свободу как-то не получалось. Да и вряд ли получится: слишком много желающих запрячь праздношатающеюся героя. Причем иногда без права им отказать.
Поэтому сейчас Мидхар выглядывал из-за каменного уступа, а не готовился к битве где-то там, за горами. Или в ином месте, где решит император дать этим выскочкам бой. В любом случае он возьмет свою кровь. Разъезды двигаются довольно далеко друг от друга, да и солдаты оставляют основную колонну часто и в одиночку. Ну и дураки. Таких учить надо. Стрелами, ножами, мечами. Пока не поймут, что зря сюда сунулись…
Темный зло ощерился. Патриотизм… Светлые много кричат об этом. Они вообще любят покричать вместо того, чтобы действовать. Жестко и безжалостно. Так вот, чувство, заставляющее щерить клыки в подобии улыбки, совсем не походило на те розовые сопли, о которых твердят эти чистюли. Скорее, это гнев хищника, на чью охотничью территорию вторгся другой.
Собственно говоря, Мидхару было наплевать на причины. Это не его заморочки. Он просто видел врага и собирался его уничтожить. Умствования пусть остаются другим. Тем, кто протирает штаны в библиотеках и понятия не имеет, с какой стороны брать меч. Темного же гораздо больше волновало другое. Чтобы прикончить этих захватчиков, хватит удара в сердце или их надо будет сжигать, как особо опасную нежить.
Вроде с виду люди как люди, но, говорят, бдительности лучше не терять. Слишком уж у них маги… странные.
Юноша скользнул в широкую щель и стал осторожно пробираться к своему отряду. Уже сегодня ночью противник понесет первые потери. Вскоре подтянутся новые Свободные охотники, и новое развлечение будет намного интереснее, чем простое уничтожение спящих солдат.
Слышишь, Ночь, тебе эта жертва, тебе эта кровь, тебе эта сила! Да хранят черные крылья нас, твоих верных детей.

…Если появившаяся перед войском девушка рассчитывала на то, что ее примут с распростертыми объятиями, то она жестоко просчиталась. Солдатня может преклоняться перед найденышем, но мы-то с вами — взрослые люди, все понимаем…
В любом случае, сперва нежданную гостью препроводили в глубь лагеря. Накормили, напоили, поведали, что все командующие — и военные, и адепты — безмерно счастливы, что принцесса наконец нашлась, а уж потом…
Самозванка не поняла, что происходит, но — всего пара капель снотворного зелья в ее бокал и… В какой-то миг стены палатки закружились у нее перед глазами, а еще примерно через час она, уже пришедшая в чувство, сидела связанной по рукам и ногам в отдельной палатке для военнопленных. С ней можно будет поговорить чуть позже, а сейчас…
Алый стяг плясал на ветру, а тар-керрангу ил д'Ису казалось, что флаг обагрен его кровью… Все, что смог позволить себе Эрваль, это, отбросив полосатый полог, ворваться в палатку к адепту и ядовито поинтересоваться:
— И как это понимать?
Сьер ил д'Эриф скинул с головы капюшон серого балахона и поднял на зарвавшегося военного ленивый взгляд:
— Простите?
— Как это понимать?! — Мужчина с трудом проглотил рвущееся с языка ругательство. — Перед войском появляется ее высочество принцесса Ориетта эл д'Ар, каким-то чудом оказавшаяся здесь, а вы… Какого маргула?! Да то, что вы пытаетесь сделать… Это же измена!
Адепт Крови — гладко выбритый мужчина лет сорока на вид — подкатил со стола бокал на тонкой ножке, неспешно отхлебнул вина.
— Вы забываете об одном обстоятельстве, тар-керранг. Вы думаете, это настоящая принцесса?
— Что? — не понял в первый момент военный.
— Вы считаете, что здесь, в этой забытой всеми богами земле, может каким-то чудом появиться пропавшая принцесса? Откуда она возьмется?! Даже идиот поймет, что это если не морок, насланный врагами, то как минимум их же лазутчик! Которого вы, тар-керранг, называете лицом королевской крови и которому оказываете почести, полагающиеся настоящей принцессе. Именно это как раз и попахивает изменой!
Военный замер, пытаясь сообразить, как ему реагировать на сказанное, и, резко кивнув, выдохнул:
— Простите меня, высокий сьер. — Он вышел из палатки и не заметил, как тонкие пальцы раздавили хрустальный бокал.
На тонком лице сьера ил д'Эрифа заиграли желваки: нужно срочно связаться с императором. Долго держать девчонку здесь нельзя: сегодня этого вояку удалось убедить. А завтра… завтра он ведь сможет вспомнить простую формулу «сюзерен моего сюзерена — не мой сюзерен»… А стало быть, и подчиняться должен будет не императору, а принцессе. Настоящей принцессе.
В том, что она настоящая, можно не сомневаться. Эту кровь ни с какой не перепутаешь. А пока…
— В атаку!

Врать атакующие умели не хуже, чем перемещаться. Пообещав нам дать время до завтрашнего утра на раздумье, они внезапно передумали и таки пошли на штурм. Хотя… Учитывая, что у них теперь есть принцесса, это не удивительно — у женщин мнение меняется сто раз на дню.
Перед глазами неожиданно полыхнуло — защитное заклинание, укрепленное сегодняшней ночью, попыталось отразить вражеское заклятье. Маргул его знает, на что уж там оно было рассчитано — на обрушение самих стен или на уничтожение воинов?..
Как бы то ни было, то ли из-за дедушкиного появления, то ли из-за качества самого заклинания, но сработало оно частично. По нервам огненной волной ударил остаток атаки… Больше половины защитников стен сползли на землю. Э-э… не понял? Новая школа? По идее охранка должна отражать все заклинания, направленные против стен, и подпитываться их мощью, а тут…
Или я что-то не так сделал, или… Нет, точно дедушка виноват со своими высказываниями! Знать бы только, где он сейчас и был ли вообще…
Удар коснулся меня вскользь, зато остальные ощутили его в полной мере. Кажется, на своем участке я остался единственным полностью боеспособным. Остальные в той или иной степени чувствовали себя не очень хорошо. Это самое «не очень» варьировалось от обморока до просто зеленоватого оттенка лица. В общем, приходите, дорогие противники, и берите нас голыми лапками. Если сможете.
Хм, ну что, пора отрабатывать оказанное доверие?..
Я вышел из-под защиты стены и вспрыгнул на парапет. Сейчас мне всяческие барьеры будут только мешать. Подвесить перед собой один из отражающих активных щитов и…
В темной магии есть довольно интересное плетение заклинаний. «По количеству объектов воздействия» называется. Так вот, по этому принципу выделяют точечные и площадные. Именно последние я сейчас и стал использовать, наплевав на маскировку. Вниз полетели два «Крыла Тьмы», за ними последовали «Полотно молчания» и «Драконье дыхание». Картинка внизу получилась ну очень неприглядная. Настолько, что обед настоятельно запросился наружу.
Вообще-то эти заклинания предназначены для войны, точнее — для уничтожения живой силы противника. Но больше всего меня напрягало, что атакующие бездумно лезли вперед, хотя гибли десятками. Ведь «Крылья» представляют собой просто секущие поверхности, для которых даже полный доспех все равно что бумага — толку никакого. Это заклинание вообще на щит принимать не рекомендуется. Лучше увернуться. При возможности.
Одну шеренгу наступающих просто выкосило. Почти. Двое или трое воинов, идущих в последних рядах, отделались только увечьями, хотя и довольно тяжелыми.
«Полотно молчания» относится к разряду заклинаний-вампиров. Оно высасывает магическую и жизненную энергию, расширяясь за счет этого. Некоторые даже делают это заклинание возвратным, чтобы подпитываться за счет противника. Но подобная вариация очень редкая. Во-первых, из-за того, что собранная заклинанием энергия очень плохо «усваивается» и чаще всего затраты превышают выгоды. Ну и во-вторых, к этому заклинанию очень легко прицепить какой-нибудь неприятный «подарочек», который без особых усилий будет доставлен по месту назначения. Щиты и прочие охранные контуры его даже не заметят. Слишком много посторонней энергии будет. Каплей больше, каплей меньше…
«Дыхание дракона»… ну тут все совсем просто. Сильный поток неимоверно горячего воздуха. Пламя, да зачем оно? В общем, над полем вскоре разнесся не очень аппетитный запах горелого. Металлические части сплавились в комки, а от всего остального остался только пепел.
Впрочем, зря я только о себе да о себе. Призрачных Стражей и Хранителей пока никто не отменял. Конечно, от Хранителя сейчас пользы мало — он только защищает. А вот Стражи… О да, эт-то, надо сказать, очень хорошо применимая вещица… Если так можно выразиться о странных сущностях, создаваемых темной магией.
Следующие колонны атакующих не спешили приближаться к моему участку, так что я смог помочь соседям. Пара множественных «Стрел Тьмы», «Россыпь звезд» со смещенной наводкой, когда сам не знаешь, кому достанется. Не своим — так уж точно, а вот в стане врага кому как повезет. Дальше все слилось в какой-то странный полусон. Они лезут — я магичу. Чуть появляется свободная минутка и заполняется резерв — тут же делаю «зачистку» по сторонам.
Впрочем, я оказался не совсем уж единственным, кто смог сражаться: видимо, на темных и нелюдей заклятие не подействовало. Или подействовало, но не до конца. В какой-то миг мимо скользнули две массивные фигуры: господа «подполковник» и «рядовой» тоже не стояли на месте: «Ночным Хлыстом» и «Поцелуем Царицы» я уж точно не пользовался. Кажется, на мгновение я увидел меняющую облик Элиа… Рядом стоял Рин. С ладоней эльфа одна за другой срывались белесые молнии.
Правда, эльфы «площадей» не любят, да и в лесу ими особо не покидаешься. Поэтому боевые маги из них не очень хорошие. Особенно когда слишком много целей. Зато от эльфийской магии помогают только щиты темной школы. В общем, у каждого свои достоинства и недостатки.
Постепенно стали приходить в себя и валяющиеся в отключке люди. А я плавно приближался к тому состоянию, когда окружающая реальность не воспринимается вообще. Правда и активность врага уменьшилась. Кажется, подобного отпора от нас не ожидали. Противник отступил. Но второго такого напряжения я могу уже не выдержать. Мне сейчас хочется только поесть да поспать. Больше ничего.
Во вражеском лагере протрубили какой-то сигнал, и довольно жидкие атакующие колонны стали оттягиваться назад. Кажется, делали они это весьма и весьма охотно. Вяло шевелящихся солдат шустро стаскивали вниз, а на их место заступали другие. Все, на что меня хватило, это устало спрыгнуть с парапета на стену и сползти на пол, опершись спиною о твердый камень прикрытия. Потом. Все потом.
…Вот только идущие на штурм и выжившие в той мясорубке в один голос утверждали, будто рядом с одной темной фигурой, направо и налево швырявшейся страшными заклятиями, замерла вторая.

Как настоящая принцесса могла попасть на другой материк, сьер ил д'Эриф мог только догадываться. Впрочем, приказ императора был более чем недвусмыслен: немедленно отправить ее высочество домой. И очень тщательно проследить, чтобы принцесса ни с кем до отправки не разговаривала.
— Я ведь могу на вас положиться, сьер?
— Разумеется, ваше величество. Каждое ваше слово — закон. — Хорошо, что передается лишь голос: император не увидит, что адепт не склонился перед ним в поклоне.
А вот задуматься над словами повелителя стоит. О чем может рассказать принцесса?
Впрочем, размышлять можно будет потом, а сейчас. Пора отправить принцессу.
Вдруг мелькнула сумасшедшая идея: оставить ее высочество здесь, выведать обо всем, а в Благоземье отослать подделку. Впрочем, глупо — император легко определит обман.
А раз так… Пора. Если только после этого идиотского штурма хватит сил.

Дико кружилась голова. Не знаю, как там Рин с Элиа и прочие, но мне было настолько отвратно… Я с трудом поднялся на ноги, оперся рукою о каменный парапет…
Этот штурм удалось отбить. А что будет при следующем? Сомневаюсь, что сил нескольких темных да одного светлого хватит, чтобы удерживать город. Краем глаза я увидел какое-то розоватое мерцание. Покосился в сторону вражеского лагеря… Да нет, показалось.
— Когда кажется, молиться надо. Желательно в храме.
Интересно, дедушку только я слышу? Хотя нет, наверное, и другие тоже. Не зря же прошлой ночью охрана так шарахалась. Хорошо хоть сейчас рядом никого нет. И полупрозрачную фигуру, сидящую на полу подле одного из зубцов, никто не увидит.
— Так там что-то происходит?
Дариэн только плечами пожал:
— Слетай посмотри.
Нет, я удивляюсь. Тут лежишь, чуть ли не помираешь, а тебе — слетай! И вообще где его благоразумие? Раньше, куда ни шагни, было «Диран, то не так, Диран, се не так». А сейчас… Что в мире происходит?
В ответ на мой недоумевающий взгляд дед только плечами пожал:
— Тебе тренироваться надо.
Угу. И никто в этом всеми богами забытом городке не удивится, увидев парящего над Миллингом Властелина.
— Сам ты забытый! Сейчас как кадуцеем по голове дам!
Ну вот… Галлюцинации продолжают множиться.
А Дар как-то странно ухмыльнулся… Медленно встал на ноги и… от души заехал мне ладонью меж лопаток.
Когда земля приближается очень быстро, тут поневоле вспомнишь каково это — летать…
Поменять облик и выровняться я успел чудом, у самой земли. Вот спасибо, дедушка, вот удружил! Накатившаяся упругой волной злость мгновенно вымыла из мышц остатки усталости. Я заложил пируэт, с трудом сгруппировавшись в полете…
В конце концов, сказали «слетать проверить», так почему бы и нет? А чтобы никто ни с той, ни с той стороны не решился подбить слишком уж крупную птичку, надо бы поставить какой-нибудь щит. «Надо» — здесь ключевое слово. Сил на то, чтобы этот самый щит соорудить, у меня просто не хватит. Вот, дедушка, удружил… Главное, тут в обморок не рухнуть при полете. На радость врагам.

Отправлять на родину нежданно-негаданно появившуюся принцессу было решено с небольшой площадки между лагерем и циркумвалационной линией. В этом случае меньше риска: и лагерь полностью прикроет от действий осажденных противников, и рядовые представители армии Благоземья не увидят, что ее высочество конвоируется на место отправки связанной по рукам. Хорошо хоть ноги оставили свободными, на руках ее не придется нести.
Создавать стационарную пентаграмму было слишком долго, да и где столько крови адептов найдешь?
Тем более эта драгоценная жидкость еще пригодится. Оставалось воспользоваться способом более длительным, но менее затратным.
Руки у принцессы связаны, сопротивляться она не будет, а раз так…
Небольшой надрез на запястье сьера ил д'Эрифа, слегка царапнуть ножом кожу на тонкой ручке принцессы — и капли крови уже стекают, перемешиваясь, в заблаговременно приготовленную чашу, наполненную вином. Слова заклинания прошелестели, подобно легкому ветру, и на поверхности багровой жидкости медленно начал формироваться розоватый пушистый шарик… Он взмыл в воздух и, разбрасывая розовые искры, закружился вокруг головы ее высочества Ориетты эл д'Ар.
Вскоре к одному шарику присоединился второй, за ним третий…
Правда, принцесса почему-то не захотела чересчур уж долго стоять на месте. Рванулась в сторону, резко проведя связанными руками по лезвию ножа, который продолжал удерживать один из адептов. Веревки лохмотьями опали на землю, а у самой девушки в руках блеснул нож.
— А вот теперь поговорим на равных, — хищно усмехнулась она, лезвием рассекая настырные шарики и, не раздумывая, проводя клинком по пустой ладони.
Капли крови, скатившиеся по ее коже, обратились в огненные шары, рванувшиеся к адептам. А те безбоязненно шагнули вперед, и молнии рассеялись, словно и не было их.
Девушка побледнела, отступила на шаг… и осела на землю, хватая ртом воздух, когда адепты разом шагнули вперед и в один голос выдохнули слова старинного заклинания.

Не знаю, на что дедушка рассчитывал, выталкивая меня со стен Миллинга, но выровняться я все-таки смог. Ладно, как и решил, попробую глянуть, что происходит во вражеском лагере.
Меня заметили. И даже выпустили в мою сторону несколько стрел. К счастью, те не долетели. А между тем я наконец разглядел, что за розовые вспышки виднелись вдали. Как и предполагалось, причиной их была Тэ. Когда очередной шарик, сорвавшийся с чаши, которую держал дядечка в балахоне, закружился вокруг нее, бывшая заколдованная зверушка шарахнулась в сторону, потом в ее руке блеснул нож…
Впрочем, появление оружия не особенно помогло, девушка практически мгновенно оказалась на земле, а главарь капюшонников затянул какой-то речитатив, постепенно поднимая отобранный у нее нож все выше и выше. Кажется, я уже знаю, что за этим последует. Только не хочу этого видеть. Ритуал уж больно похож на те, что практиковали адепты Хаоса.
Я рванулся вперед, и распахнувшиеся крылья поймали ветер. Три взмаха, и я завис над этой неприятной компанией.
На формирование заклинания времени уже не было, а потому я просто бросил вниз «Кольцо Силы». Стоявших вокруг недорезанной принцессы разметало по сторонам, а я рванулся вперед и подхватил девушку с земли. Сматываться пришлось в ускоренном темпе.
Я сам летать толком не научился, а тут еще и груз на руках. Над ухом неприятно вжикнули стрелы. Резкий зигзаг и усиленное хлопанье крыльями. Я же сейчас даже щит поставить не мог! Даже дышу с трудом. Да еще и Тэ вцепилась в меня, как утопающая. Еще немного, и она бы меня просто задушила!
Острая боль в плече едва не стоила нам жизни. Полет я выровнял буквально в считаных сантиметрах от стены. Уф, едва не врезались. Два тяжелых взмаха, и я обессиленно упал на пол. Из левого плеча торчал тяжелый наконечник болта. Мерзко, больно, но не смертельно.
Тихо ругнувшись, выдернул стрелу. Интересно, моих способностей к регенерации сейчас хватит, чтоб в обморок не сползти? Хорошо хоть наконечник болта без зазубрин был. А то доказывай потом, что ты не мург.
Крылья уже исчезли, опав на спину простым плащом. Точнее — это так кажется со стороны. Надо мне еще объяснять, что и откуда растет. Привалившись спиной к парапету, я жадно хватал ртом воздух.
— Ты… ты… — слова давались с трудом. Чтобы я еще раз кого-нибудь таскал!
— Ч-ч-что? — Тэ ощутимо трясло.
Сейчас она, мгновенно забыв про свою давешнюю попытку побега, сидела рядом со мной, глядя перепуганными глазами и вцепившись в собственные плечи.
И на кой я ее только спасал, перебежчицу-то?
— Похудей… тяжелая, — наконец смог внятно сформировать я свою мысль.
Девушка на мгновение замерла, затем, кажется, осознала сказанное, и ужас сменился гневом:
— Да ты! Да как ты…
Я, чуть прищурившись, уставился на нее:
— А что я? Я, в отличие от некоторых, не сбегал из осажденного города. И не рассказывал осаждающим о том, какие здесь условия жизни.
— Да ты… Да что ты понимаешь?!
— А что я должен понимать?! — Кажется, тон получался холодноватым. И маргул с ним. Я с ней миндальничать не собираюсь. Спас, и пусть этому радуется. — Что ты — предательница?!
— Да что ты понимаешь?! Что ты вообще можешь понимать в этой жизни?! Я не сбегала из вашего всеми богами проклятого города! Я надеялась найти помощь! Ил д'Ис обязан был мне помочь! Понимаешь, обязан! Он мой вассал! Понимаешь, мой, а не отца! Он должен был мне помочь, а вместо этого… — Она запнулась на полуслове… и разревелась в полный голос, пряча лицо в ладонях.
Нет, я никогда не научусь понимать этих женщин… Так и не разгоревшийся скандал прервал голос коменданта, прогремевший над нами как гром:
— В мой кабинет! Живо!
М-да, кажется, на спокойной жизни можно поставить жирный крест и принести цветочки на могилку. С одной стороны, меня это не особо огорчает, а с другой… Приключения хороши, когда они скорее исключение, нежели правило. Кто вообще в здравом уме и твердой памяти любит неприятности на свою голову?!
Сразу до комендантского кабинета мы не дошли. За очередным поворотом выяснилось, что нас встречает добрый десяток солдат. Один из них, подчиняясь короткому жесту коменданта, шагнул к Тэ:
— Вы арестованы. Сдайте все оружие.
Девушка поджала губы, шагнула вперед и саркастично поинтересовалась:
— Я хотя бы могу рассчитывать на камеру на солнечной стороне?
Руки ей связывать не стали. Впрочем, учитывая, что вместо камеры ей досталась всего-навсего комната, это неудивительно.

Допрашивал спасенную лично подполковник Мираг эн'Ниур — в Миллинге он руководил еще и контрразведкой. Кроме него на допросе присутствовал лишь секретарь, записывающий беседу.
— Почему вы сбежали? — голос военного был ровен и деловит.
— Я не сбегала! — Тэ, сидевшая в мягком удобном кресле, гордо вскинула голову, так что у мужчины невольно создалось впечатление, что все роли поменялись: это она допрашивает его, а не наоборот. — Я надеялась получить помощь.
— Помощь против кого?
— Не «против кого», а «в чем».
Да уж наглости ей не занимать.
— И в чем же?
— Мое имя — Ориетта эл д'Ар. Я наследная принцесса Благоземья. — Короткие фразы чеканны и скупы. — Я была заколдована и, когда заклинание было разрушено, оказалась в этих землях. Увидев стяги под городом, надеялась, что Эрваль ил д'Ис поможет мне вернуться домой и получить то, что принадлежит мне по праву, я направилась к нему.
В комнате повисло напряженное молчание. Девушка буквально слышала мысли подполковника, подсчитывающего, можно ли будет воспользоваться в этой войне внезапно попавшей в руки козырной картой.
Впрочем, на ее лице не промелькнуло даже тени страха.
— Если вы рассчитываете воспользоваться мною для прекращения войны, то не советую даже пытаться начинать переговоры с моим отцом. Именно он и заколдовал меня.
Куда девалась перепуганная девчонка, которую та крылатая тварь вытащила из вражеского лагеря?
— И что же это было за заклятие?
Тэ на миг прищурилась, размышляя, а потом лишь хмыкнула:
— Спросите у того, кто меня спас.

ГЛАВА 6
Если тебе трудно, если тебе плохо…

Заседание в большом зале комендатуры началось совсем недавно, но уже вызывало острые приступы зевоты. Переливание из пустого в порожнее, предположения, догадки и прочее гадание на кофейной гуще никогда меня не занимали. Конкретных действий или действительно новых предложений не поступало. Все в принципе знали, чем им заниматься, но некоторая страсть военных ко всякого рода обсуждениям настоятельно требовала подобных сборищ.
Меня же больше всего занимало странное колдовство пришельцев. Ведь будь я хоть трижды Властелином, но удержать город, когда на стороне его защитников сражаются всего трое или четверо, никому не под силу. Но вышло так, что только на темных их заклинания не подействовали… Почему? Нет, я, конечно, помню и Рина, и можно, разумеется, предположить, что эльфы тоже подпадают под исключение из правил, но что-то я сомневаюсь, будто в этом городе нашелся всего один эльф. А я во время боя никого кроме кузена не видел на стенах. Раз так, дело в другом…
Да, наш вид изначально создавался с высокой степенью защиты от чего угодно, да и остальные темные тоже, но хотелось бы узнать поточнее, что же именно дает подобный эффект и нельзя ли его как-то приспособить ко всем остальным. Желательно без создания такого количества Властелинов. Иначе мир подобного нашествия «родственничков» просто не выдержит.
Итак, что мы имеем? Если вспомнить разговор с родителем, то не так уж и много. Только определение. Магия Крови. А как она работает, что лежит в ее основе и каким образом составляются заклинания — непонятно. Конечно, можно пообщаться с Тэ. Но она сейчас занята. Разговаривает с местным представителем внутренней разведки, или как оно тут у них называется.
Да, представление перед стенами никого не оставило равнодушным. То, что эта девушка явно знакома с нападающими, работает против нее, а вот если вспомнить, чем все закончилось, то появляются варианты.
Мало ли, вдруг это специально разыграли, чтобы купились такие наивные и доверчивые?..
Ох, чует мой хвост, что и мне не миновать милого кабинета и задушевного разговора на тему подозрительных знакомств. Чего бы хотелось избежать всеми силами. Но бегать тоже не буду. Лишние неприятности мне ни к чему. Ладно, вернемся к магии. Новоявленная принцесса и те неприятные личности, что топчутся под стенами, явно принадлежат к одному народу. Не думаю, будто они так уж различаются.
Далее — маленькие фактики из недавнего прошлого. Тэ для того, чтобы попасть в «горячие объятия» своих родственников, порезала себе руку. Значит, ей нужно было отворить кровь? Тогда напрашивается первый вывод: для того чтобы активизировать или просто использовать свою магию, им нужен исходный материал. То есть без него они ни на что не способны? Так, зарубка в памяти — проверить данное высказывание.
В любом случае получаем второй вывод: враги воздействуют непосредственно на кровь защищающих. И, судя по действию, в качестве «образца» они просто направили свою атаку прямо по курсу. Говорить о том, что воспользовались чисто людской, глупо — их бы самих долбануло. Значит, различие идет не по принципу люди-нелюди, а скорее, сзади-спереди от колдующего. Вот только… Почему кроме Рина на поле боя был только один эльф? Я ведь видел пару-тройку его сородичей в городе. Ладно, возьмем пока за основу версию, что тут проблема в нашем отдаленном с ним родстве. Нет, я понимаю, что родство не по темной линии, но другого логичного объяснения придумать просто не могу.
Ладно, с чем бороться — разобрались. Теперь еще понять бы каким образом… Самый радикальный — переливание крови — отвергаем как маловыполнимый. Точнее — совсем невыполнимый. Где я столько крови на замену возьму?!
Да, не забыть связаться с отцом и рассказать о своих выводах. А также разработать защиту в расчете на темных. Вот же неприятности на мою голову! Самое противное, что никуда от этого не денешься.
В общем, хватит разглагольствований. Думаем дальше. Капнуть каждому по капле своей крови? Во-первых, меня не хватит на весь город, а во-вторых, ничего это не даст. Толку с той капли…
Тем более что идея все же посетила мою пухнущую от размышлений голову. Зачем мне что-то защищать или отражать? Проще сделать так, чтобы оно вообще не подействовало. Перекосить все параметры так, чтобы у врага не было ни единого шанса достать кого-либо своими негигиеничными ритуалами. И пусть колдуют хоть до Второго Пришествия!
— Есть! — Возбужденно скомкав исчерканный в попытке осмысления лист, я ринулся в свою комнату.
Сейчас нужно сделать расчеты и приблизительные наброски. Посмотреть, какой материал больше всего подходит для амулета, и составить заклинание.
Останавливать меня никто не стал. По всей видимости, или Рин объяснил, или Рон. Кажется, господину подполковнику не привыкать к вывертам мозгов Властелинов. Или привыкать? В любом случае меня сейчас лучше всего не трогать. Сперва пошлю, а потом заклинанием направление укажу. Впрочем, думаю, они могли меня не останавливать еще и из-за того, что я тут как маг приписан, а с их системой субординации маргран ногу сломит.
Закусив от усердия нижнюю губу, я черкал уже третий лист, рассчитывая вектора, комбинации и направления. Кажется, силы потребуется не так уж и много. А в качестве основы придется брать все же металл. Дерево не подойдет. Тут нужен жесткий каркас. Можно даже сказать — излишне жесткий. Правда придется повозиться с гравировкой, но это мелочи по сравнению с тем же переливанием крови.
Уф, вроде бы закончил. За основу взял магический отголосок собственной крови — не звать же, в самом деле, Тэ или Рона, чтоб установить правильность векторов.
Почти два часа провозился, чтобы записать все. Уже со счета сбился, сколько раз приходилось пересчитывать, потому как вспоминал или придумывал (что не столь важно) новые и новые параметры. Ну да ладно, больше — это не меньше. Ну а если что и забыл, то всегда можно дописать. Внешние узлы открытые, ничто не мешает прибавлять и прибавлять. Правда, придется расширять площадь амулета, но опять же — это не самое страшное.
Откинувшись на стуле, удовлетворенно полюбовался немного кривоватым наброском. Прямоугольная пластина с округленными углами и причудливым вензелем в середине. А на другой стороне амулета стоял другой знак — «Прекращение». Как только защитный талисман снимался с носителя, то заклинание тут же переставало действовать и сворачивалось. После чего пластина просто становилась обыкновенной подвеской. До тех пор, пока его снова не надевали на того же самого хозяина.
Ну а перед активацией надо было капнуть на поверхность каплю собственной крови, чтобы амулет настроился на владельца. Это на случай, если хозяин подобной безделушки попадет в плен. Не хотелось бы, чтобы моя работа пошла прахом. Так что даже если эти «засланцы» и получат подобную висюльку, то понять ничего не смогут. Ну и славно!
Теперь остался последний штрих, прежде чем показать свою работу остальным. Перстень Хранителя я не снимал с самой школы. Мало ли, вдруг для чего понадобится, так что тут же потянулся по «ниточке» к отцу.
Пусть телепорты и перекрыты, но я ведь не сам перемещаюсь, а только сознание разделяю, — плевать мне на их защиту…
О! Кстати, эта самая связь очень уж напоминает использование магии Крови. Ведь Хранители связывают только представителей нашей семьи. Не забыть расспросить отца по этому поводу.
Родитель отозвался несколько раздраженно и неохотно.
— Ди, ты знаешь который час? — немного невнятно спросил он.
— Пап, вы уже с этими захватчиками сталкивались? — не дал ему уйти от темы я.
— А что? — тут же насторожился он.
— Да так… Мы уже с ними столкнулись. Кажется, я понял, как они используют свою магию и как от нее защититься.
— Вы… Что?!! — Кажется, отец теперь полностью проснулся. — Но ведь по расчетам…
— В Хаос расчеты! — не выдержал я. — Эти гады, судя по картинке порталов, пользуются червоточинами!
На мгновение повисла пауза… Впрочем, всего лишь на мгновение.
— Так что там с защитой?
Не вдаваясь особенно в подробности и рассуждения, я скинул ему свои расчеты и наработки. Отец что-то невнятно буркнул и отключился. Однако перед этим все же пообещал связаться, когда все перепроверит. Ну что же, остается только ждать и надеяться, что затея удастся. Тогда завтра утром наших противников ждет неприятный сюрприз. А пока пойду, поговорю с комендантом. Расскажу ему свои наработки и извинюсь за поведение на Совете. Все же просто уходить с подобных сборищ не стоит. Могут не так понять.
В просторном кабинете уже никого не было, кроме самого хозяина города. Тот сидел за столом, гипнотизируя чистый лист бумаги. Кажется, ничего хорошего никто предложить так и не смог. А судя по залегшей между бровей складке, комендант надеялся на более благоприятный исход совещания. Ну что же, попробуем развеять его мрачное настроение.
— О чем задумались? — Так, кажется, я ляпнул несколько не то.
Потому как посмотрел он на меня несколько… недоуменно. Нет, спасение Тэ точно на меня как-то странно подействовало.
— Может, принять предложение парламентера, если не поздно? — В голосе мужчины звучала печальная усмешка.
Теперь пришла моя очередь ловить ртом воздух. Всего один штурм, к тому же отбитый, — а он уже готов сдаться? Это как понимать?!
— Только попробуйте! — невольно вырвалось у меня.
Вот уж чего никак не ожидал. Мне казалось, что этот вояка был всерьез намерен защищать свой город, и вот нате вам, кушайте.
— Даже так? — Насмешка в его голосе звучала все сильнее. Причем, кажется, смеялся он не надо мной. — Думаешь, в одиночку справишься? Особенно если штурмов будет два, три, четыре?.. Причем — подряд? Ты выдержишь? Справишься?
— Вряд ли, — спокойно согласился я, присаживаясь с другой стороны стола. — Вы правы, без солдат на стенах делать нечего. Маги скорее вспомогательная сила, чем основная. В нашу задачу входит защита и поддержка.
— Молодец, сам все понимаешь. — Взгляд коменданта снова уперся в чистый лист бумаги.
И непонятно, что прозвучало в его голосе: то ли усмешка, то ли тоска.
— Понимаю, — спокойно согласился я. — Именно поэтому хочу рассказать вам, как защитить солдат от этих странных атак.
— Что? — Кажется, с первого раза моя мысль до него не дошла. По всей видимости, увлекшись переживаниями и тяжкими думами, военный даже подумать о защите не мог. — Но маги сказали…
— Вот-вот, я говорю, что мы можем защититься. Правда, мне потребуется помощь. Как магов, так и мастеровых. А точнее, кузнецов.
— Подожди, я сейчас… — Потерев лицо, комендант встал из-за стола и вышел за дверь.
Словно подгадав момент, пришел вызов по Хранителю. Отец подтверждал мои расчеты и…
Я уже приготовился услышать что-то вроде классического: «Диран, будь осторожней, Диран, не влезай в драки, Диран, мама волнуется», когда прозвучало:
— Диран, удачи!
Честно говоря, я малость ошалел. И это после того, что было в школе? К счастью, через пару мгновений все выяснилось. Отец как-то странно закашлялся и обронил, обращаясь явно не ко мне:
— Крис, да сказал я ему, что скоро заберу, сказал! — и отключился.
По крайней мере, хоть папа начал понимать, что я взрослый. А самое главное, даже не спросил, как я оказался в районе боевых действий.
Отвлекая от размышлений, хлопнула входная дверь. Вздрогнув, я оглянулся: как ни странно, комендант привел не только старшину кузнечного цеха (довольно солидного гнома с широкой окладистой бородой) и всех приписанных к городу магов (в том числе и новоприбывших), но и трех полковников, включая мое официальное начальство (в смысле, Мирага эн Ниура), ну и… Рона. А его-то зачем?! Он же вроде подполковник! Привели б тогда и остальных. Может, из-за того, что он темный? Так Элиа вон тоже не особо светлая.
В любом случае, пора было начинать рассказывать. Сперва, конечно, следовало сообщить о своих догадках относительно того, какова «стихия» применяемого колдовства. После чего пришлось немного подождать, пока более опытные маги перестанут орать, что подобное невозможно, потому как давно забыто и уже не практикуется, а сами навыки утеряны и восстановлению не подлежат.
Ор стоял такой, что у меня аж голова разболелась, а в раненом плече острой иголочкой задергала боль. Ну вот что за наказание, а?
— Существует такая магия. И действует, — внезапно очень тихо обронил эн'Ниур. Все мгновенно заткнулись и уставились на полковника. А тот вздохнул и продолжил: — Действует. Допросил я девчонку… И она говорит то же самое, что и он. Даже термины те же.
В комнате наступила гробовая тишина. И я наконец смог продолжить рассказ.
Теперь меня слушали гораздо внимательней. Основные плетения, расчетные коэффициенты и вектора пришлось чертить непосредственно в воздухе. Только набросок амулета и его, так сказать, внешнее оформление начертил на бумаге.
За остальным дело не стало: в Миллинг прислали не последних магов, так что решить вопрос с созданием амулетов можно было быстро. Правда, возникла проблема с основой. Цеховой старшина внимательно изучил рисунок и пообещал прислать первую партию к ужину. До рассвета обещал наделать «висюлек» на все население города. Правда, для этого всей гильдии придется работать до этого же самого рассвета. Как, впрочем, и магам, которым предстояло заколдовывать амулеты.
В первую очередь решили снабдить такими полезными вещицами тех, кто будет непосредственно стоять на стене. Затем просто всех воинов. И уже в последнюю очередь — мирное население. Причем сделать это за счет города: гномы за свою работу не собирались брать денег. Как они сказали: пусть это будет их вкладом в защиту города.
Короче, совещание закончилось тем, что в кабинете остались только маги — именно сюда должны были принести первые заготовки для амулетов. Выдавать готовые талисманы решено было сразу же, по мере их создания. Да еще и под расписку. Чтобы потом не было инцидентов, типа проспал, пропустил, не хватило и всего прочего.
Через час, когда принесли первую партию, я был полон энтузиазма. Через полтора — тихо ворчал, а через два с половиной проклинал себя последними словами за инициативу. Нет, работа не была сложной или тяжелой. Но доставала монотонностью и объемом. Да еще каждому объясни, покажи да расскажи, что и как. Пока не рявкнул, не дал по шее, так и норовили разные глупые вопросы задавать.
В общем, через четыре часа подобной деятельности подходить ко мне надо было с исключительной осторожностью, так как имелась реальная возможность нарваться на проклятие.
Остальные, впрочем, были не в лучшей форме. К ним с расспросами приставали не меньше.
Нет, эти вопросители меня точно добьют! Я уже не могу каждому объяснять, можно ли нарисовать рядом фигу, окропить в храме, повесить рядом любимую куриную лапку от сглаза и прочую чухню.
Боги, а с утра снова на стену идти. На замену же никого нет. И опять эти самоубийцы полезут… м-да, что-то мне разонравилась война. Дома гораздо лучше. Хотя там сейчас тоже неспокойно. Зато всегда знаешь, что семья, она рядом. Что тебе помогут и поддержат. Нет, это совсем не значит, что я готов все бросить и рвануть в империю. Нет уж, сперва закончу все свои дела здесь, а уж потом посмотрим, куда ляжет дорога.
Еду и бодрящее зелье нам приносили сюда же, в зал. Изредка то один, то другой маг уходили пополнить резерв. Хорошо, что в пределах города оказалось как минимум три «магических» точки, иначе нам бы пришлось куда как хуже. Правда, одними зельями сыт не будешь, поэтому мы также позволили себе по часу сна. Только после него чувствуешь себя еще хуже, чем до. Во всяком случае, мне этот «отдых» ну совсем не помог.
Зато на рассвете все, кто стоял на стенах, обзавелись новыми украшениями. Командиры лично проверили каждого и дали по шее тем, которые понадеялись, что авось пронесет. Неприятностей нам не надо. Вдруг эти шаманы не только обессиливать могут, а еще и управлять человеком? Вот всадит такой «авосьник» ножичек в бок своему соседу, тогда и поймет, что магов слушать надо. Да поздно уже будет. В общем, лучше перебдеть, чем недобдеть.

…Разговор с императором сьер ил д'Эриф оттягивал до последнего. Нет, конечно, можно сказать, что сразу телепортация не удалась, решили направить принцессу утром, но, когда уже было поздно что-либо скрывать, адепт решился.
Рассказывая, что произошло, мужчина буквально чувствовал, как у него на шее стягивается удавка…
Отзвучали последние слова. Сердце колотится как безумное…
— Вы ведь понимаете, что в произошедшем виноваты только вы?
— Да, ваше величество…
Еще мгновение, и… Сейчас, когда ил д'Эриф разговаривает с императором, гнев повелителя Благоземья сможет достать его даже на другом континенте.
— Сегодня утром будет новый штурм этого города, — медленно начал император, — и, насколько мне известно, во время этого штурма город был взят, а в нем был найден труп моей дочери… Вы ведь понимаете меня, сьер?
— Да, ваше величество…
Когда ставятся такие условия, понятно, что в противном случае труп будет принадлежать самому адепту.

… Впрочем, если я надеялся, что на этом все хорошее закончилось, то глубоко просчитался. На рассвете все и началось. С высокой городской стены рассвет смотрелся просто изумительно. Солнце еще не показалось из-за края горизонта, а небо уже радовало глаз всеми оттенками голубого и синего. Длинные размытые облака, висящие над горизонтом, казались расплавленным золотом, разлитым каким-то неосторожным богом по небосклону.
Светило словно нарочно задерживалось за краем. Как робкая девица, которая хочет произвести впечатление на своего кавалера. Наконец сияющий диск чуть выглянул из-за горизонта, рассыпав вокруг сотни, тысячи лучей и мгновенно вызолотив зубцы стены. Пришлось невольно прищуриться, чтобы защитить глаза от этого ослепительного великолепия.
На самой стене, кроме караульных, расположившихся через каждые пять футов, никого еще пока не было. В долине, под стеной, еще стояли сумерки, а наползающий с болота туман скрывал передвижения противника. Но он уже начал рассеиваться, обнажая ровные ряды палаток, небрежно опершихся на копья часовых и… алтарь в самом центре военного лагеря. Откуда он у них взялся? Принести еще умудрились, а он небось тяжелый. То-то в той части лагеря наблюдалось какое-то шевеление…
Под заунывное пение к нему вели два десятка человек. Хотя на таком расстоянии точно поручиться за расовую принадлежность пленных даже я не могу.
Интересно, что это они там затеяли? Возле самой каменной глыбы подпрыгивает какая-то фигура в балахоне, размахивая руками. Из-за чего кажется, будто человек, или кто он там, вот-вот взлетит. Правда, без крыльев или магии это у него вряд ли получится. Это я заявляю со всей ответственностью. Сам пробовал и не раз.
Пока я предавался ленивым раздумьям, пленных подвели к алтарю и выстроили в два круга. Причем первый оказался несколько неровным, так как одного человека тут же уложили на плиту. При этом пение не смолкало ни на секунду, а приведенные даже покачивались в такт заунывному напеву. Балахонистый прекратил подпрыгивать, достал из одного широкого рукава длинный черный нож и…
Мне захотелось закрыть глаза и выругаться. Длинно, грязно, заковыристо и громко! Это же жертвоприношение! Самое настоящее, как у адептов Хаоса и иже с ними! А я… а я ничего не могу сделать, только наблюдать расширившимися от ужаса глазами, как кровь очередной жертвы стекает по каменной плите, рисуя на земле замысловатый узор. Да перекинься я сейчас — это ни к чему не приведет. Всех я не вытащу! Даже если сейчас откуда-то нарисуется дедушка…
На смену гневу и бессилию пришло какое-то странное холодное и настороженное равнодушие. Словно часть меня мгновенно покрылась льдом и теперь отстраненно наблюдала за происходящим, не испытывая никаких эмоций. Другая, живая, стала прикидывать, какие заклинания нужно использовать в этом штурме, а также строить планы уничтожения жертвоприносителей.
И все это спокойно, рассудительно, с подсчетом жертв, прикидками, как увеличить радиус поражения заклинаний или сделать их наиболее… эффективными. Кажется, я начинаю понимать, какое состояние Властелина самое страшное. Нет, это не бешеная ярость и не гнев. А вот такая отстраненная наблюдательность. Когда эмоции просто исчезают и разум холодно решает поставленную перед ним задачу.
Похоже остальные, стоявшие на стенах караульные, тоже впали в легкую прострацию…
— Диран, — окликнули меня из-за спины.
О, Рина принесло на кой-то маргул. Тоже заинтересовался песенками и решил полюбоваться? Опоздал, однако… «Представление» в неприятельском лагере как раз закончилось. Теперь стоявшие по углам нарисованной кровью фигуры завели другой речитатив. По всей видимости, это уже было заклинание, которым планировалось угостить нас или сегодня на рассвете, или чуть позже. Ну что же, посмотрим, что у вас получится.
— Да? Что ты хотел? — Неужели этот голос принадлежит мне?
Видимо, родственничек тоже впечатлился, поскольку даже отшатнулся.
Пришлось поспешно стирать с лица улыбку и прикрывать глаза. Не хочу знать, как я сейчас выгляжу. И еще меньше хочу, чтобы друзья видели меня таким.
— Э… я лучше потом подойду, это не срочно… — Кузен развернулся на каблуках и прошагал в сторону своей стены.
Может, он просто решил, что с невыспавшимся и уставшим мной лучше не разговаривать? Так другое время ничем не лучше этого. Все равно отдохнуть сейчас не получится. Интуиция подсказывает, что впереди нас всех ждет очень длинный день. И не менее длинная ночь. Очень длинная.

…Тар-керранг был в бешенстве. Глава пятерки Крови обещал ему, что город они получат, не прилагая особых усилий. Мол, у него уже все готово, чтобы «показать этим отступникам истинную силу Благоземья». Да и сам военачальник ощутил, как заклинание ушло в сторону крепости.
Но… где-то эти балахонники явно просчитались. Поскольку вражеские маги не пали замертво, а положили у ворот столько воинов, что Эрваль ил д'Ис только за голову схватился и приказал немедленно отступать. Да и то, пока приказ передали, пока войска откатились назад…
Потери под одним этим городом превысили все имевшиеся до этого в три раза! И это только первый штурм. Правда, глава пятерки во всем винил странного крылатого парня, который спас принцессу… нет, предательницу… или все-таки принцессу? Почему-то после неудачного штурма тар-керранг уже не так безоговорочно верил словам балахонников.
Ведь не могут всего несколько человек устроить такое? Да и адепты вроде обещали, что ни одна живая душа не окажет доблестной армии сопротивления. В результате целый день пришлось потратить на приведение атакующих остатков в порядок и на поднятие боевого духа. То, что творилось под стенами, впечатлило «героическую армию» до самых печенок.
Некоторых, особо отчаявшихся и не верящих в торжество императора, даже пришлось отдать адептам. Их глава скрипел зубами и зыркал из-под балахона. Как же, получить такой щелчок по носу. Многие офицеры, из тех, кто не ходил на штурм, даже радовались. Тайком, незаметно, высказывая при этом в голос недовольство коварством врага.
Эрваль тоже был не против посмотреть на неудачи заносчивых колдунов, если бы за них не пришлось платить такую цену. Но на это утро им пообещали, что все пройдет как надо. Два десятка пленных, захваченных в предыдущих укреплениях, должны были послужить делу Благоземья, пролив кровь на алтарь адептов.
Впрочем, эта кампания с самого начала была несколько странной. По всем законам военной науки следовало неторопливо (ну или быстро, если требуется быстрая победа) двигаться по территории врага, захватывая (сжигая) города и лишая противника живой силы.
В самом начале так и происходило. Отправленные мощным телепортом на территорию врага армии двигались скорым походным маршем. Теперь же Ведущий адептов Крови лепечет уж совсем несусветную чушь. Правда, ил д'Ис вслух подобного не высказал, всерьез опасаясь за свою жизнь.
Так вот о предложении. Мол, адепты, денно и нощно заботясь об интересах императора, которые выражаются в скорейшем захвате вражеских земель, нашли некие природные образования — червоточины в местном пространстве, которые могут существенно сократить и облегчить продвижение. Вот только перед этим надо будет заслать в них разведчиков, чтобы те выяснили, куда ведет тот или иной ход. Мало ли, посылать армию наобум, рискуя вывалиться в каком-нибудь диком болоте, не хотелось. Разведчиков заслали и по червоточинам прошли — благо, можно было не опасаться, что кто-то проделает то же самое и ударит им в спину: те несколько городов, что были-таки захвачены, уже снесены под корень.
Впрочем, в этой кампании все было не так…
Тар-керранга впервые посетила мысль, что что-то они делают неправильно. Какой-то важный момент упущен. Казалось бы, немного подумать, и ускользающую мысль поймаешь за верткий хвост, но она так и не давалась.
Положить под этими высокими стенами треть армии, только начав наступление, командующему не хотелось. Во-первых, это все-таки были его солдаты, а во-вторых, вряд ли император обрадуется такому повороту событий. И виноватым сделают именно его, а не тех же адептов, чья магия оказалась неспособной выполнить поставленные перед ней задачи. Или это у обороняющихся гораздо больше сил, чем они рассчитывали?..
Ладно, необходимо ехать на наблюдательный пункт и следить за ходом боя. Надеяться, что удача сегодня улыбнется именно им.

…Враг наступал ровными колоннами по всем правилам осадного искусства. Правда, если не учитывать магическую составляющую — она в этом построении отсутствовала напрочь. Обычно рядом с каждой атакующей колонной шли маги-защитники. Или сперва проходила артиллерийская подготовка, которой предшествовало магическое противостояние. Если же магов не было у какой-то одной стороны, то другая обычно в противостояние не встревала. Хотя смотря какие маги и сколько их: если один уровня «знахарь деревенский», то можно и потягаться.
Впрочем, только солдатами атакующие не ограничились. Когда я увидел столько осадной техники, мне невольно поплохело.
Но вот колонны дошли до зоны поражения. Пока что магической, в крайнем случае — дальними баллистами. Остановились и… алтарь в центре лагеря засветился багровым светом, полыхнул, и в нашу сторону покатился вал силы. Он с разгону налетел на стену, защитные заклинания заискрили, но устояли. Только не следует надеяться, что они выдержат более трех таких попаданий. Сегодня вечером придется латать и подпитывать. Ну надо же, не думал, что эти балахонистые парни способны на такое. Кажется, придется их убирать. И чем быстрее, тем лучше.
Однако как же там защитники? Покачнулись, амулеты засветились, но вроде бы все остались на своих местах. Никто не упал, не выронил оружия. Да и ауры вроде такие же, как и были. Никакого постороннего вмешательства не видно. Ну что, тогда поиграем?
Предвкушающе заурчав, я встал поудобнее и начал концентрировать между ладоней силу. Надо показать этим недоумкам, что значит встретиться с Властелином. Наша семья недаром имеет подобную репутацию, и далеко не все из того, что говорят о нас — вымысел и досужие россказни. Например, наша злопамятность и способность испортить другим жизнь до полного ее прекращения.
Вот и сейчас. Мне не потребовалось особых усилий, чтобы вспомнить раздел книги, посвященной магическим войнам. Да, после этого я мало на что сгожусь, но и атаковать нас тоже будет некому. Ну или почти. Все-таки я идеально выбрал себе участок. Здесь собралось больше всего народу, так что развернуться было где. И на ком.
Однако никто не спешил лезть на стены. Воины замерли в отдалении, с каким-то нездоровым интересом разглядывая ощерившуюся копьями и стрелами стену. По всей видимости, ждали начала действия заклинания, однако над полем слышался только скрип взводимых настенных баллист. Во вражеской ставке наметилось странное оживление. Кажется, их военачальник был недоволен реакцией на все те приготовления, которые балахонники делали утром.
Только я не понял, штурм все же будет или нет?
Оказалось, что все-таки будет…
Если для господ атакующих и стал неожиданностью сам факт, что со стороны города не было никакой реакции на магическую атаку, то с удивлением они справились довольно быстро. Уже через несколько минут в ставке противника взвыли трубы, и воины ринулись на штурм… Кто-то нес приставные лестницы, кто-то просто мчался вперед. Ехали тараны и осадные башни. Выстрелы требушетов по количеству спорили с выстрелами онагров. Кажется, я заметил и парочку палинтонов.
Впрочем, в отличие от осаждающих, на нашей стороне была еще и магия. А раз так…
— Я бы не был столь счастлив, — печально вздохнул рядом со мною знакомый голос.
Оборачиваться и радостно верещать «дедушка, опять ты?» у меня не было ни времени ни настроения.
— Почему?
Последовал новый вздох:
— Если то, что я помню о магии Крови, правда, скоро узнаешь.
Увы, он оказался прав…
Первым заклинанием, ударившим по нашей стене, были «Крылья Тьмы». «Полотно молчания», переплетенное с «Драконьим дыханием», я сразу и не узнал, но…
Это не было ни бредом больного сознания, ни каким-то ложным видением. Против нас действительно использовались мои заклинания! Те самые, с помощью которых я отражал штурм!
Мое защитное поле чудом выдержало первые атаки, но если они повторятся…
— Что происходит?! — рявкнул я, обращаясь к замершему неподалеку от меня родственнику.
— Маги Крови способны впитывать и использовать заклинания, направленные против них! — заорал в ответ Дариэн, перекрикивая вой огненных шаров, врезающихся в стены Миллинга.
Чудненько! Вот только этого мне для полного счастья не хватало!
— Главное — переждать! Самое большее — пять заклятий!
Четыре уже было, значит, пятое…
На миг над полем боя повисла гробовая тишина, а в следующий миг весь город содрогнулся. Казалось, где-то в центре Миллинга зародилось небольшое землетрясение, пробежавшее по всем улочкам, всем домам…
Великий Доргий, пусть стены выдержат… Выдержали. Устояли. А раз так… Я ошпаренным зайцем мчался по стене с криком:
— Не использовать заклинания! Прекратить колдовать!
Замер удивленный Тир — на кончиках его пальцев пляшет голубое сияние «Речной стихии». Элиа удивленно поворачивается ко мне — в ладонях бережно баюкается «Ночная пелена». Прищурившись, смотрит на меня темный, знакомый Рона: с запястья свисает хлыст «Сияющей Тьмы»…
Пронзительно завыли трубы: там, внизу, у подножия Миллинга.
Начался новый штурм. На этот раз — без магии.
Хищное полотно Ал'Дзаура вновь и вновь рассекало податливую плоть. Крики, стоны, кровь…
Пение труб, отзывающих врагов, показалось мне музыкой из чертогов Доргия. Я проводил взглядом отступающих, хватанул ртом холодный вечерний воздух и обессиленно опустился на землю. Эту битву мы выдержали. Какими усилиями, пусть останется тайной.

…Сьер ил д'Эриф понимал: все кончено. Бессмысленно пытаться объяснить императору, что ты ни в чем не виноват. Можно сколько угодно сваливать все свои проблемы на тупого солдафона, отдавшего приказ отступать, но… Повелитель Благоземья попросту не поверит, что ты сделал все, что мог.
Самоубийца никогда не попадет в чертоги великой Лаа'Тхэн. А представить, какое наказание будет ждать адепта поутру, когда император узнает, что его приказ не выполнен, очень тяжело. Остается лишь мечтать о том, что этой ночью получится умереть во сне. Это будет наименьшей бедою…

…Ночь приняла мир в свои ласковые объятия. Легкий ветерок дарил блаженную прохладу, такую нужную и долгожданную. Бесконечный, неправдоподобно бездонный купол неба расцвечивали пока еще редкие искры звезд. Но с каждым мгновением их загоралось все больше и больше. Внизу светили уличные фонари. Их теплый желтый свет пытался рассеять ночную тьму, но быстро сдавал свои позиции. Словно гигантские светляки, по городу ходили патрули, каждый в своем шаре света. После того как в Миллинг попытались пробраться шпионы, начальник гарнизона принял дополнительные меры.
Последний штурм оказался на редкость выматывающим из-за невозможности применять магию. Кто бы знал, что она занимает такое важное место? Однако защитные чары никто не отменял. По всей видимости, эти поклонники крови могли использовать только атакующие заклинания. Ну и маргран с ними. Защита стены тоже неплохо справлялась, ослабляя противников и подлечивая мелкие ранения прямо на месте.
В лазарете же, устроенном в здании «каминдотуры», оказалось не так много пациентов. Точнее, не так много, как могло бы быть. Без потерь не обошлось. Зато все раненые уже на следующий день смогут стать в строй. И, надеюсь, не повторят тех ошибок, которые привели к ранению.
Кстати, заодно узнал историю столь странной таблички. Оказывается, те статуи, которые привлекли нас у входа, — подарок одного из подгорных кланов. А у тамошних мастеров оказались проблемы либо с подмастерьями, писавшими текст, либо с грамотностью. В общем, дарители сделали вид, будто так и было, а получатели — что так и надо.
А потом, перед ужином, поймали лазутчиков. Точнее, крестьян, у которых не было амулетов. Все в городе уже с утра носили их наравне с храмовыми оберегами — если не ревностней. Не знаю, что наговорили местным жителям, но попытка просто поближе рассмотреть украшение может повлечь серьезные последствия. Вплоть до мордобития.
Так вот, появились эти крестьяне на базаре и давай народ расспрашивать, мол, что было, да как отбились, да кто отличился, ну и остальное прочее. Кажется, о подпольной деятельности эти «кровники» знают очень мало. Крестьяне были самые натуральные, местные. Правда, обработанные. Небольшие порезы на запястьях явно указывали на источник подобного любопытства.
Что самое интересное — после того как на шпионов надели по амулету, эти товарищи словно проснулись. Во всяком случае, не помнили, что с ними происходило последние два дня. Только то, как их схватили, куда-то привели — и все. Так что мы их посадили в тюрьму для профилактики, поскольку все равно деть их было некуда. Ну да ладно, это уже прошлое.
Теперь я лежал на крыше нашей казармы, распластав крылья по черепице, и глядел в небо. Такое манящее. Только наслаждаться им мне сегодня не придется. Как только заснут мои друзья и спутники, надо будет отдавать долг. Сегодня вечером я уже четко знал, чего именно от меня хотят и как это должно быть. Госпожа Ночь желала крови этих существ, посмевших оскорбить и ее, и ее любимых детей. Не важно, где именно это произошло, но адептам больше не жить. Во всяком случае, не здесь.
Мы не мстительные, у нас просто память абсолютная. На врагов.
Поэтому и звать нельзя никого, и говорить об этом не стоит. Я знал, прося помощи и силы, что рано или поздно за это придется рассчитываться. Так что неожиданности не произошло. Правда, смерть этих «кровавых» во всех смыслах существ поможет нам оборонять город, но это не главное. Так захотела госпожа, и да исполнится воля ее! Даже деду говорить не буду, не моя тайна. Хочет — сам узнает, а если, наоборот, Ночь решит, что ему знать не надо, то сон моего предка будет как никогда крепок. В смысле — меньше знаешь, крепче спишь. А вы что подумали?
«Пора», — тихо шепнуло что-то внутри. Доспех Элетта сидел как влитой. Можно не беспокоиться, что что-то будет звякать или мешать. Я встал, полностью обернулся и бесшумно взмыл в небо. Меня никто не увидел. Черная тень на черном фоне… легче поймать ветер в ущелье. Или увидеть каплю в реке. Мощные взмахи крыльев в секунды донесли меня до вражеского лагеря, а чутье исправно показывало «мишени». Теперь для меня они словно меченые. Хотя почему именно «словно»? Это же так и есть. Меченые. Враги. Те, кто должен сегодня умереть.
Может, конечно, я и не самая большая жаба местного болота, но кровь пустить сумею.
Здесь не горели фонари, точнее, их роль выполняли пылающие чаши на треногах, закрепленные на высоте человеческого роста. Причем налито в них было отнюдь не чистое масло, которое дает ровный и яркий свет, а какая-то вонючая и чадящая смесь. Похоже, для них это дорогое удовольствие — освещение. Патрули тоже были довольно редки. Вероятно, добровольно никто не хотел находиться рядом с адептами. Но караул возле палатки стоял.
Не обязательно считать входом только дверь. Ведь проникнуть в помещение можно и через окно, и через… стену, например. Иногда роль входа очень хорошо исполняет потолок. Или пол. Но сегодня именно стена станет входом, а вот крыша палатки — скорее всего выходом. Поскольку лететь придется быстро и долго.
Ведь кроме этой пятерки мне надо уничтожить еще две или три. Смотря как распорядятся Ночь и судьба.
Коготь бесшумно распорол ткань. За пологом стояла тишина. По всей видимости, сегодня днем эти поработали хорошо. Спят так, что самому зевать хочется. Поэтому умрут тихо и легко. Нож, когти — какая в сущности разница? Пятерка ушла тихо, не проснувшись и не издав ни одного звука. Ночь, я исполняю свою клятву!
Вторая пятерка еще не спала. Судя по нестройному гулу голосов и невнятным разговорам — эти предпочитают расслабляться по-другому. Вино, еда, песни… точнее, полупьяные выкрики. Не хватает только гулящих девок до полного комплекта. Кажется, с этим элементом досуга здесь напряг. Хорошо. Мне не хотелось бы ввязывать в свои разборки посторонних. Хотя даже если бы они тут оказались, то отделались бы искажением памяти и забытьём на день-два.

Крылья опали, подобно черному плащу. Я мягко опустился на землю. Вот и все… Я ведь выполнил свое обещание, Госпожа?
Думаю, мы сможем удержать город: без магов осаждающие долго не протянут. Не будут же они, в самом деле, связываться с этим императором с крайне коротким титулом и просить у него прислать новых магов? Особенно если старые столь неожиданно скончались? Мне кажется, нужно быть форменным самоубийцей, чтоб решиться на такое.
Как бы то ни было, пусть сами разбираются, что там у них с этими любителями кровавых жертвоприношений произошло, а я… я отправляюсь спать! И побыстрее! А то уже на ногах не стою.
— Похвальное рвение! — Тихий смешок заставил меня дернуться в сторону. В руке блеснуло лезвие Ал'Дзаура…
Тьфу ты!
— Дед, ну вечно ты…
— А что я? — Совершенно непрозрачный Дариэн медленно отклеился от стены, о которую он опирался спиною, и направился ко мне.
— Появляешься внезапно, — мрачно буркнул я, пряча меч.
— Зато тебе внезапности учиться и учиться…
— В смысле?
Честно говоря, голова совершенно не варила. Хотелось лечь, закрыть глазки и спать, спать, спать…
— Твои превращения. Их небось почувствовали все светлые и темные на сто миль окрест.
Э-э… А об этом я даже как-то и не подумал. Хотя он сам странный. Как, значит, со стены сталкивать, так все нормально. А как превращаться… Хотя может, он имел в виду, что это могли узнать не только те, кто сейчас в городе? М-да, удивительно еще, как местные маги (те, на чьей совести лежит охрана остальных стен) не сбежались ко мне с требованием немедленно признаться, что здесь происходит.
А может, я не до конца перекидывался и никто ничего не заметил?
— Ну-ну, надейся, — хмыкнул дед и, прежде чем я успел хоть слово вставить, растаял как туман.
Нет, это что, он теперь пожизненно будет ко мне являться и воспитывать? Я на это не согласен! И вообще мне…
Что именно «мне», я додумать не успел. Назойливый легкий стук каблуков, казавшийся последнее время каким-то странным фоном, внезапно стал совершенно отчетливым, а в следующий миг на меня налетела… Тэ.
— Опять ты?! — пораженно охнула девушка и рванулась в сторону, пытаясь ускользнуть.
Не тут-то было! Хотя я и засыпаю на ходу, но уж шуструю девушку поймать успею! В запястье ей вцепился не хуже сторожевого кама.
— А ну стой!
— Да отпусти же ты меня! — Найденная принцесса задергалась, пытаясь вырваться.
Вот только делать мне больше нечего, как ее отпускать! И вообще еще неизвестно, как она здесь оказалась!
— Ты почему на свободе очутилась?
Я ведь помнил, что ее арестовали!
— Выпустили! — сердито буркнула Тэ, не прекращая попыток освободить руку.
— Угу, а потам догнали и еще раз выпустили.
Девушка замерла, прищурилась:
— Будешь издеваться, я тебя в крокозябру превращу!
Нет, ну какое милое и доброе создание!
Хотя вопрос, как выбралась, снимается. Небось точно так же, как и до Миллинга добралась. Облик поменяла, а там уже легко…
Кажется, разобрались. А раз так…
— Пошли! — Я потянул девицу в сторону «каминдотуры».
— Куда?! Зачем? — Она уперлась, как молодой корн.
— Сдаваться.
А что она ожидала услышать? Как не крути, эта девушка — предательница. Перед самым штурмом из города сбежала? Сбежала. О чем-то там врагам рассказывала? Рассказывала. Ее потом допрашивали? Допрашивали. Под арестом оставили? Оставили. И что, после всего этого я должен ее отпустить? Да не дождется!
— Пусти! — взвизгнула Тэ, — Ты же… Ты же ничего не понимаешь!
— Да? — фальшиво удивился я. — И чего же я не понимаю?
Она уже открыла рот, собираясь мне что-то сказать… Вздрогнула всем телом и опять разревелась. Как назло, сейчас рядом не было никого, кто мог бы скомандовать провести нас к себе в кабинет. И вот что мне теперь с ней делать? Упрямо тащить к коменданту, не обращая внимания на печальные хлюпанья?
Сбоку раздался знакомый смешок. Спасибо, дедушка, я тоже тебя очень люблю.
Что там Рин делал, когда Элиа утешал? Приобнять за плечи и погладить по голове? Интересно, она после такой попытки сразу кулаками махать начнет? Глубоко вздохнув и чувствуя себя магом-испытателем, пытающимся создать новое заклинание, шагнул вперед, раскрывая объятия…
Да уж. Оставайся я в доспехах, те бы мгновенно проржавели от такого количества слез. А так — всего лишь рубашка промокла. Беспомощно вздохнул, оглянулся по сторонам. Увы, но спасать меня от столь эмоциональной девицы никто не спешил.
Осторожно приподнял руку, коснулся ее головы…
Рыдания только усилились. Подождите, а что она там бормочет? Прислушался… И честное слово, мне захотелось ругаться.

ГЛАВА 7
Все могут короли, все могут короли…

Скажи мне кто полчаса назад, что я буду как идиот ползать по крепостной стене, выискивая показанный дедушкой потайной ход, плюнул бы тому негодяю в морду. И вот сейчас…
Как назло, Дариэн появляться и сообщать, где что находится, не собирался. Приходилось искать самому. На пару с Тэ. Вытерев слезки, девица развила бурную деятельность. Впрочем, и я от нее не отставал. А что поделаешь? Когда тебе такое рассказали.
Она действительно была принцессой. Самой что ни на есть настоящей. Не хуже Марики. И самое смешное, что давешняя склеротичная невеста Тери была ее сестрой. Кто и как ее заколдовал, мне так и не поведали. Зато вместо этого рассказали нечто очень и очень интересное.
В Благоземье до сих пор действовал принцип «вассал моего вассала — не мой вассал». Или «сюзерен моего сюзерена — не мой сюзерен». С какой стороны ни посмотри — смысл один. У нас эта аксиома была отменена при Дариэне Первом, а то, знаете ли, ничего хорошего не может из этого получиться. При первой же гражданской войне какой-нибудь захудалый граф может заявить, что он служит не Властелину, а исключительно своему герцогу… Это же раскол полнейший!
Но все равно факт остается фактом: ныне покойных адептов Тэ тоже очень не любила, а глава армии пришедшей под стены Миллинга был вассалом именно ее высочества Ориетты. Значит, когда адептов нет…
В любом случае, потайной ход мы нашли. И даже вышли за стены города, почти к самому вражескому лагерю. Некоторое время, правда, поплутали по переходам, пытаясь найти тот самый, ведущий наружу… Короче, к моменту, как мы оказались с той стороны, уже рассветало.
Я уже говорил, что мне это все очень не нравится?
Еще больше мне не понравилось, когда охранявшие бивуак солдаты крайне недвусмысленно потребовали остановиться и сдать оружие. У меня ведь даже не было сил на то, чтобы перевоплотиться…
Тэ, как всегда, была в своем репертуаре:
— И вы смеете что-то приказывать своей повелительнице? — гордо обронила она, шагнув вперед.
Мне осталось только промолчать.

…За прошедшие несколько минут тар-керранг Эрваль ил д'Ис успел вспомнить все известные ему ругательства. Сперва выясняется, что все приписанные к армии адепты покинули сей жестокий мир и души их навечно поселились в чертогах пресветлой Лаа'Тхэн, а теперь… опять появляется принцесса.
Эрваль был уверен, что ее, какой бы она ни была, настоящей или фальшивой, отправили в Благоземье. И вот сейчас оказывается, что она осталась в этой проклятой Нуут Аларии. И как такое вообще может быть? В любом случае пора было вывести эту девицу на чистую воду! Выяснить, действительно ли он та, за кого себя выдает, а способ выяснить это у ил д'Иса был.
Для прибывшей поставили удобное кресло в центре лагеря, неподалеку от палатки адептов. И сейчас принцесса независимо сидела на этом импровизированном троне, откинувшись на спинку. В глазах девушки застыла какая-то странная тоска. Эрваль даже с шага сбился. А потом мотнул головой и подошел к сидящей, опустился на одно колено, прикоснулся губами к тонкому запястью… И лишь встав, заметил, что за креслом стоит, не отрывая мрачного взгляда от тар-керранга, черноволосый парень, смутно напоминающий то чудовище, что помогало осажденным отразить первый штурм.
Впрочем, отступать уже было поздно. Первой заговорила принцесса. Или та, что ею прикидывалась.
— Да будет Нуут благосклонна к вам, тар-керранг.
По крайней мере, основы этикета она знала. Но это еще ничего не значит.
— Само появление миледи — проявление благосклонности великой Нуут…
Фраза требовала продолжения, ведь сказать только о Нуут можно было, обращаясь к равному себе, а что касается сюзерена… Тут тар-керранг балансировал на грани оскорбления. Правда, это только лишь в том случае, если принцесса не фальшивая.
— Лишь ее, тар-керранг?
— Разве вы не позволили мне два года назад не упоминать о милости Шии, миледи?
Настоящая или нет? Поймет ли, о каком разрешении идет речь?
Девушка медленно прикрыла глаза, соглашаясь:
— Позволила, тар-керранг. Так же, как за день до этого разрешила не упоминать о милости Таа… — Ее губы тронула легкая улыбка. И именно это и решило все.
Принцесса — настоящая.

Честно говоря, стоя за спиной Тэ, я чувствовал себя круглым идиотом. А из ее беседы с военным понимал хорошо если половину. Все эти Таа, Шии, Нуут — мне эти имена не говорили абсолютно ничего.
— Историю надо было учить! — фыркнул знакомый голос у меня над ухом.
Нет, честное слово, я скоро с такими внезапными дедушкиными появлениями заикой стану! Осторожно покосился в сторону, откуда раздались слова. Правильно. Никого нет, как и не было. Чего и следовало ожидать. Ладно, ладно, обещаю. Вернусь, засяду за книги. Выучу, кто такие все эти Нуут, Таа и иже с ними. Хотя без подобных знаний мне тоже неплохо жилось.
— Зарекался корн не бодаться…
Будем считать, что раз я никого не вижу, то никого и не слышу. Так? Наилучший, кстати, вариант.
К слову, а Тэ умеет вести переговоры: уже через несколько минут было решено, что с Миллинга снимается осада. Конечно, я не знаю, что там дальше армия будет делать, но начало уже хорошее, не так ли?
А теперь, пожалуй, пора вернуться в город.
Следующие несколько часов все осажденные могли полюбоваться на чудесное зрелище разбора циркумвалационной и контрвалационной линий. Прямо душа радовалась!

…Капля чернил скатилась по перу и расплылась по бумаге неопрятным пятном. Теренс несколько мгновений тупо изучал кляксу, а затем попросту скомкал лист и зашвырнул в дальний угол, где уже высилась целая гора подобных неудавшихся документов.
Настроение у принца было хуже некуда. Мало того, что Гилберт уехал из Кардмора, а Первому Всаднику Ночи пришлось остаться дома, так и Рени… Ох, лучше об этом и не вспоминать.
На голубоватое сияние, разлившееся по комнате, он вначале даже не обратил внимания — голова была занята совсем другим. А вот когда заметил…
— Рени?! Ты?!

Принцесса и сама не могла бы рассказать, как ей удалось попасть в комнату перемещений: отец, словно что-то заподозрив, выставил такую охрану, что хоть вешайся. За Рениной следили постоянно, не удавалось даже перемолвиться хотя бы парой слов с этим странным парнем — Кеем. Лишь сейчас посчастливилось сбежать и добраться до комнаты перемещений…
Девушка, не раздумывая, полоснула тяжелым ножом по ладони, рванулась вперед, к тому, кого любила, и… поняла, что спешила не зря. Темная империя находилась в состоянии войны. Войны, которую не она объявила. Войны, о которой Ренина до этого слышала лишь краем уха.
Девушке было больно осознавать, что во всем виноват лишь ее отец, но спорить она не могла. Все факты были против него.
И лишь когда принцесса, поцеловав Теренса в щеку, растаяла в воздухе, до герцога Дорийского дошло, что он так и не выяснил, что же было с его невестой и кто намекнул ей, что в Аларии проблемы.

…В Объединенном штабе Светлых сил царило что-то невообразимое. Адъютанты и курьеры носились как угорелые, роняя листы и сталкиваясь в узких местах. Как же, утвержденный, проверенный и перепроверенный план шел… летел… в общем, не исполнялся. Причем не из-за ошибок самих светлых, а из-за отсутствия врага.
Предполагалось, что вторгшиеся войска быстренько захватят все населенные пункты на своем пути и дойдут до специальной линии, протянувшейся между небольшими городками Торкиа, Дайгоном и невесть как попавшей в этот список Риатой. Последняя была настолько заброшенной деревушкой, что казалось, все ее население, если не вымерло, так готовилось к этому. На данной вымышленной линии и планировалось разбить противника. Вместо этого враг застрял под каким-то городком и совсем не желал оттуда уходить. Связаться с осажденными не было никакой возможности. Да и торопить атакующих, посылая им письма типа: «Идите сюда, мы вас тут бить будем», как-то нелепо.
Нет, сперва все очень даже обрадовались задержке, так как она давала возможность подтянуть недостающие силы, но когда эта «возможность» так безобразно затянулась…
— Никром им там намазано, что ли?! — стучал по столу кулаком один из генералов. — Чего они там стоят?
— Потому что Миллинг не сдается и отбивает штурм за штурмом, — спокойно ответил ему начальник разведки. — Заговоренный он, что ли?
— Может, им помочь? — робко спросил начальник штаба.
— Уточните, кому? Врагам или Миллингу? — Главный картограф был желчен как всегда.
Он вообще не любил военных и иже с ними, раздражаясь, когда его вытаскивали из любимой библиотеки.
— Прекратите балаган, а лучше расскажите… — прервал пустые разговоры герцог и попытался повернуть обсуждение в другое русло.
Но все так или иначе скатывалось вновь на ту же тему. Предполагать и строить планы в условиях, когда ничего нельзя знать точно, было самым настоящим мучением для штабных стратегов.
Светлый же князь Дубравы откровенно скучал. Иногда ему очень хотелось бросить здесь все и рвануть к Аргалу. У того наверняка гораздо веселей. Особенно, если учесть непоседливый и «дружелюбный» нрав темных. Наверное, они уже и подраться успели…
Была, впрочем, и еще одна проблема: вышеупомянутое вражеское войско, застрявшее под Миллингом, очень «удачно» перекрыло пути снабжения светлых. Так что теперь у армий союзников — Дубравы, Ниравиэне, Тиилансы и прочих — начались проблемы с фуражом и провиантом. С этим нужно было что-то срочно делать. Вот только почему-то никто не рвался решать подобную задачку. Единственное, чего добился князь: общее собрание, объявление о начале войны — и все! Тишина! А то, что в ближайшее время солдаты будут погибать от голода, начнется падеж лошадей — никого не волнует?!
О том, чтобы бросить все и пойти навстречу врагу, даже речи не шло: позиция на линии Торкиа — Дайгон — Риата была столь удобна, что разбить пришедшего врага можно было силами одной армии, не говоря уже об Объединенном войске Светлых земель.
Приходилось ждать и надеяться на чудо.
Проскользнувший в штабную палатку эльф склонился в поклоне и торопливо пробормотал на ухо князю всего два слова:
— Поймали лазутчика.
Правитель Дубравы, как раз выслушивающий особенно долгую тираду главного картографа, удивленно глянул на пришедшего:
— И? По законам военного времени…
— Странный он какой-то…
Такая мелочь, как решение судьбы пойманного соглядатая, совершенно не требовала личного участия князя, тем более что шпионы уже начали появляться в Светлых землях и их дальнейшая участь была понятна даже младенцу. Так какого маргула?
Князь покосился на склонившихся над картой военных и, решив, что ничего интересного или важного он не пропустит, вышел вслед за вестовым.
Пойманный оказался мускулистым детиной с нахальными карими глазами и размахом плеч, как у небольшого дракона. Не дожидаясь, пока князь зайдет в палатку, мужчина вскочил с небольшого, криво сбитого стула и радостно протянул ладонь для рукопожатия:
— Вмелен Юристи!
Идущий за князем эльф, не ожидавший подобного нарушения этикета, поперхнулся воздухом.
— Мирит, — не остался в долгу князь.
Вестовой схватился за сердце. Но, похоже, имя собеседника ничего не сказало странному шпиону. Тот плюхнулся обратно на стул с радостным вздохом:
— Ну хоть один нормальный человек… И тот эльф. А то говорю, говорю, никто же не слышит! Только и твердят — шпион да шпион! Даже слушать никто моих предложений не хочет!
— Предложений? — Миритиль недоуменно поморщился и, прежде чем ему ответили, бросил через плечо: — Приведи Дину.
— Она рядом… — чуть слышно обронил вестовой, и князь вновь повернулся к мужчине:
— Так что за предложения?
— Я из Харнора! — зачастил Вмелен. — Южного. Там сейчас захватчики бесятся, все громят… Вот мне и пришлось сбежать. Прихожу сюда, а тут говорят, с фуражом и продовольствием проблемы. Я и туда, и сюда… Все гонят к маргуловой матери! А у меня предложение серьезное!
— Так что за предложение?! — наконец смог вклиниться в бойкую речь «лазутчика» князь.
— Деловое! Но только на договорной основе!
Миритиль помотал головой. Пока он мало что понимал:
— А конкретнее?
Детинушка благостно сложил ручки на груди (ну прям посланник Тирелены, приносящий святую весть) и, наивно хлопая ресницами, начал:
— Провизии — нет, фуража — нет, ничего, короче, нет. Вы, я вижу, умный чело… эльф, в отличие от этих, — пренебрежительный кивок в сторону нервно дернувшегося вестового, — понимаете, что к чему. Да и явно место занимаете не из последних. Ко двору, верно, приближены. Короче, я обеспечиваю провиант — договоримся, так он сегодня вечером будет здесь, а вы, когда война закончится, обеспечиваете мне звание личного поставщика… Не знаю я ваших титулов, ну в общем, кто вы там… граф, виконт… вашего личного поставщика!
— Поставщика чего? — осторожно уточнил князь. Бледный как смерть вестовой уже давно сполз по стеночке.
— Вина, фруктов, коньяка, огненной воды… да чего угодно! Хотите — будет хмель из Кардмора. Хотите — жареные хвыйты из Таркских гор. Все достану!
— Я подумаю…
— Вы думайте быстрее! Тут же скоро от недостатка воды мор начнется!
Попытавшийся было встать вестовой нервно икнул и вновь свалился в обморок.
Вмелена вывели из палатки, бесчувственного эльфа оттащили подальше, а князь откинул тяжелый полог:
— Дина!
Через мгновение в шатер проскользнула стройная эльфийка в мужском платье. Золотые волосы заплетены в тугую косу. На плече — пристегнутый под эполетом аксельбант:
— Да, милорд?
— Что скажешь? — Мужчина опустился в кресло.
Девушка задумчиво закусила губу:
— У меня не было лютни, но… В его душе не было лжи. Жажда наживы, насмешка, надежда на то, что ему поверят… Это все есть. Но обмана — нет.
Князь медленно кивнул:
— Благодарю вас, Диниль ли'Алиристиаль.
Девушка опустилась на одно колено:
— Я делаю, что должна, милорд. И надеюсь, моя верная служба сможет искупить вину моего брата и вернуть честное имя нашему роду… — На миг склонила голову и, встав, выскользнула из палатки, оставив князя наедине со своими размышлениями.
Темные могут сколько угодно говорить, что женщинам не место на войне. И это вполне объяснимо. Но есть одна проблема — мужчины не могут быть Стражами. А кто лучше Стража расскажет, что задумал враг? Кто почувствует подкоп под городской стеной? Кто поведает о расположении вражеских войск лучше любого лазутчика?
Женщинам не место на войне. Но в любом правиле есть исключения.
Вопрос о том, можно ли доверять Дине, даже не стоял. Да, Влариэль — предатель, но эльфы не темные. Предавать анафеме весь род за предательство одного — безумство. В Дубраве на счету каждый. И Диниль ли'Алиристиаль можно доверять.
А проверить, не протравлен ли фураж и провиант, можно будет легко.
В конце концов, Стражи могут если не все, так очень и очень многое. Да и характер у них, не дай боги каждому. К примеру, после беседы с герцогом Ниравиэне князь совершенно случайно встретился не с кем иным, как с Пресветлым Стражем чертогов великой Лиим, чьи границы находятся везде и всюду… Произносить полный титул можно еще полчаса. Проще назвать по имени. Князь встретился с Аэлиниэль Элиштас ли'Тайренкиль, находившейся там вместе с супругом. А вы пробовали когда-нибудь убедить молодую, полную сил женщину, что ее муж может отправиться на войну сам, без нее?
Попробуйте, попробуйте… Князь никогда не считал себя героем. Поэтому милостиво разрешил новобрачным присутствовать в ставке. В конце концов, Страж и оборотень никогда не будут лишними.
Поздно ночью, когда князь уже решил, что его все-таки обманули, как по волшебству появились первые подводы с едой. Какими путями они прошли сквозь вражеский заслон, осталось тайной. Кажется, Вмелен Юристи добился-таки звания «поставщик двора его княжеского величества». Что именно он будет поставлять, можно уточнить позже.

…Император Благоземья нервно крутил в руках гусиное перо.
Пятый корпус ил д'Арми просил разрешения действовать. Каждый день приходили просьбы позволить двигаться вперед, атаковать врага… Действовать хоть как-то, в конце концов! Можно даже подпалить пару деревень. Все лучше, чем стоять на месте.
А сегодня пришло новое известие от адептов. Пора, пора действовать. Ведь еще день-два спокойного расположения в бивуаках, и солдаты начнут бунтовать. Да, подавить попытки мятежей можно будет быстро. Но оно надо?
Император выслушал доклад адепта и кивнул.
Вперед, значит, вперед. Только надо еще связаться с ил д'Аву. Движение столь узким флангом не принесет никаких успехов. Надо приказать расширить фронт, глядишь, при выделении пары батальонов продвижение вперед станет более успешным. Солдатам нужны битвы. Марши попросту их выматывают, не принося никакой пользы.
А раз нужны битвы, значит, они будут.

— Нет, и не проси!
— Ну Диран…
— Нет, я тебе сказал!
Тэ обиженно надулась и стала показно шмыгать носом. Но на меня это уже не подействовало. Если учесть, что еще с полковником общаться придется на тему злостного нарушения обязательств — то совесть засыпает очень крепко. Ведь как ни крути — помощь потенциальному врагу, да еще и в военное время… Отец за такое точно бы в темнице запер, недельки на две. А мама уши предварительно начесала.
Ну дурак я, дурак, кто ж спорит? Повелся, как маленький на слезы. Взрослеть еще и взрослеть. Радует только то, что осада вроде как снята. Правда, только до тех пор, пока с побережья не подойдет корпус поддержки с новыми адептами Крови. Тар-керранг (ну что за глупый титул?) прямо сказал, что тогда за свою верность не ручается. А пойдет против — просто заставят. И будет он сам резать свою госпожу, коли захотят.
С другой стороны, можно снабдить их моими амулетами, но, если честно, мне трудно вот так вот перестать воспринимать их как врагов. Слишком воспоминания свежи и ярки. Поэтому просто опасаюсь. В общем, ладно, пусть принцесса (если она не врет) сама договаривается с комендантом. Он мужик умный и опытный. Думаю, не откажется от подобного пополнения. Хотя для гарантии надо бы еще и магическую клятву верности с них взять. Чтобы не смогли предать, даже если захотят. Не говоря уже про всякие «заставить». Только сперва надо разобраться со своими проблемами.
— Ну Диран… — Вот, одна из этих самых «проблем».
Тэ почему-то решила, что я должен обязательно помочь ей. С чего бы это? Лично мне плевать, кто будет править там за морем. Интересов империи я в этом не вижу. Мы не торгуем, посольствами не обмениваемся. Мы вообще никак не общаемся! Если, конечно, не брать в расчет сердечные привязанности Тери. Но он пусть там сам разбирается.
— Я же сказал тебе, это не мое дело. Мне еще надо помочь уничтожить тех, кто высадился на нашей территории.
— Но это же тоже мои подданные! — Угу, аппетит приходит во время еды.
Мало ей одной армии, хочет и вторую заиметь. Только вряд ли это получится. Не думаю, что второй тар-керранг тоже является персональным вассалом девушки. Да и присутствовавший при разговоре военачальник поморщился при словах своей госпожи. По всей видимости, тоже не разделяет радужных планов по поводу второй порции захватчиков.
— Это мои враги!!! — уже не сдерживаясь, прорычал я. — Мне плевать, к какому государству они принадлежат. Любой, кто попытается захватить нашу страну, — останется в ней навсегда! Под землей. А если хочешь, чтобы они остались живы, сию же секунду убери их с территории империи!
— Ты… Ты… — снова зашмыгала носом Тэ.
Только продолжать перепалку я не собирался. Молча развернулся и вышел из палатки. Сейчас надо вернуться в город и поговорить с комендантом. Бегать от собственных ошибок я не собирался. Вляпался — отвечай. В конце концов, это не просто детская проказа, да и место действия не песочница.
Разговор с комендантом выдался не из легких. Сперва меня просто сверлили тяжелым взглядом. Затем настал черед неодобрительного сопения. После чего задали вопрос:
— Ты вообще понимаешь, что сделал?
— Да. — Голову пришлось опустить, изображая раскаяние.
Иногда мне кажется, что отец был прав, не отпуская меня в самостоятельное путешествие. Особенно сейчас. И наказание приму как должное. Раз уж назвал себя взрослым, то и ответственность должна быть соответствующей.
— Ты можешь объяснить, почему?
Кажется, я оказал коменданту нехорошую услугу своей выходкой. Вроде бы и наказать меня надо, но в то же время… Во-первых, амулеты; во-вторых, доблестная защита стены (слышал рассказы) при первом штурме; в-третьих, моя магическая «специализация». Хотя может, и еще что-то есть, но остальное мне не известно.
— Ведение дальнейшей осады нежелательно, поскольку мы хоть и сократили численность вражеской армии, но она по-прежнему превышает количество боеспособного населения Миллинга, — встав навытяжку, стал рапортовать я. Может, и неправильно, но как слышал, так и пою. — Даже уничтожение магической поддержки в лице адептов Крови хоть и существенно помогает, но не исключает возможности наличия…
— Слушай, а если нормально?
Или у коменданта болит голова, или у меня все же не получилось нормального отчета.
— Ну если просто — к этим идет подкрепление. Численность почти такая же, как у стоявших под стенами до штурмов, да еще и адепты эти. Источник надежный, не врал. Двух армий мы точно не выдержим. Даже с амулетами.
— И это все?
Ладно уж, если признаваться, то во всем и сразу.
Пусть знают, какой я дурак. Зато и мне напоминание будет, что глупость вообще-то наказуема.
— Она плакала, а я не знал, что надо делать…
В комнате повисла напряженная тишина. Мне оставалось только пристально изучать пол, пока решение по данному вопросу не будет вынесено. О чем думал комендант — даже не хочу представлять. Наверное, ругал меня на все лады.
— Эх, поговорить бы с тем «умником», который придумал посылать на передовую детей! — неожиданно рявкнул начальник, грохнув кулаком по столу. — Пусть даже и умных.
Вопить «Я не ребенок!» после сегодняшней выходки было уже невозможно. Ребенок. Избалованный. Мама будет просто в восхищении. Нет, раньше надо было сбегать. Делать подобные ляпы в почти восемнадцать лет как-то уже странно, не правда ли?
— Я сам напросился, — пробурчал я вполголоса и себе под нос.
Но меня все же услышали. Грозно сверкнули в мою сторону глазами и велели идти… заниматься своими делами. Стена все еще находится под моей защитой, так что надо проверить, уточнить, подлатать. В общем, заняться непосредственными обязанностями военного мага. А с неожиданными то ли союзниками, то ли непонятно кем и без меня разберутся. Надеюсь.
И вообще. Я всю ночь занят был. Надо хоть поспать пойти. Хотя бы полчасика.

Айнар эн'Риони хмуро посмотрел на закрывшуюся за темным дверь. Честно говоря, сейчас коменданту было уже все равно, какого «цвета» его магия. Хоть серо-буро-малинового. Главное, что благодаря этому парню, город сможет продержаться. Пусть хотя бы день-два, но выстоит. И это самое важное. Хотя если подумать…
Надо же, до чего дошло — сопливых пацанов на стены посылают! Сам он напросился, как же! Хотя с другой стороны, слишком уж непонятный попался маг. Знает много, оружием и боевой магией владеет так, что не каждому магистру приснится. Но при этом слишком много странного во внешности.
Да, комендант знал, что темные иногда бывают с двумя ликами. В сражении меняют свою обычную внешность на боевую. Однако он никогда не слышал о частичном перевоплощении. Обычно либо то, либо другое. Хотя про представителей Старшей знати, как у них говорят, еще много неизвестно.
Вот только что такому знатному парню делать в их захолустье? Хотя если вспомнить, кто в Миллинге командует ополчением, удивляться уже как-то не приходится. Наоборот, надо бы сходить в храм Доргия и вознести хвалу за то, что направил пути этих существ в Миллинг. Кажется, благодаря им появился шанс выжить. Сдаваться в плен после того, что ему рассказал подполковник Мираг эн'Ниур, расхотелось вообще. Жить до тех пор, пока адептам не понадобится очередная жертва? Нет, это не для него.
Кстати, надо все же что-то решать с солдатами под стенами. Оставлять подобный «подарок» наступающим не хотелось бы. Поэтому следует поговорить с этой принцессой и выяснить, что она собирается делать дальше. Если все же попросит защиты у него, то надо настоять на ношении амулетов и магической клятве. Только пусть ее проводит кто-нибудь из темных. Насколько Айнар помнил, подобный ритуал в империи куда как жестче, чем в Светлых землях, да и наказание не в пример тяжелее. Так что лучше перестраховаться. Мало ли что может произойти в будущем?

…Тар-керранг Шариф ил д'Аву был в ярости. Он продвинулся по вражеской территории, но не дал еще ни одного боя. Его отряды находили только брошенные деревни и поселки, ни одного крупного города. Но при всем при этом он уже умудрился понести потери! И не десяток-другой человек, а почти две тысячи за сегодняшний день.
Нет, с одной стороны, в масштабах всего корпуса это мелочи, а с другой — ведь не было ни одной стычки. Его солдат резали, как скот на мясо! Стоило только кому-нибудь отлучиться от основной массы войск, как больше живым его не видели. Да и тела находили редко.
Еще одна «безумно радостная» новость поступила дня три назад. Император Благоземья, да хранит его великая Шеафиа, передал через адептов новый приказ и требовал его немедленного исполнения. Решив, что продвижение узким фронтом нерационально, его величество, чтоб ему… спалось хорошо да приятно, приказал выделить пару батальонов, один под предводительством ил д'Илиша, второй под командованием ил д'Ариста, и расширить линию фронта. А то, что отделившиеся от основной армии войска наверняка будут вырезаны местными мстителями, его императорское величество совершенно не волнует. Ну что ты будешь с этим делать?
Только выполнять…
А если при этом учесть, что один раз ночью вырезали целое звено адептов… Старший кровавых был в ярости, но ничего поделать не смог. И так на каждом посту дежурило по два десятка часовых. Назначить кого-то в одиночку означало просто подписать ему смертный приговор. Да и пять солдат на посту тоже вырезали без единого звука.
Шариф проклинал и эту страну, и ее жителей самыми последними словами. Он просто не понимал, как так можно сражаться? Почему его не встречают в чистом поле, не дают проявить весь свой воинский талант (как он считал), а трусливо режут из-за угла. Нет, понятно, что углов в чистом поле шихра с два найдешь, но суть от этого не меняется.
В армии нарастала паника. Кто-то говорил о злых духах, которые ловят неосторожных и съедают. Другие вспоминали о ручных монстрах местного правителя, выпущенных специально на захватчика. Третьи твердили о странной болезни, которые выкосила целые поселения (не зря же они брошены), и духи погибших жителей теперь жаждут крови здоровых.
В общем, версии звучали одна другой страшнее. Но всех их роднило одно: утверждение, что солдатам здесь не место и надо как можно быстрее вернуться домой. Адептам приходилось постоянно проводить свои ритуалы, иначе половина войска точно бы взбунтовалась.
Кстати, сами адепты ничего о враге не говорили. Хотя и плевались от слышанных версий, разумно предполагая, что за всем этим стоит местный правитель. Хотя найденные трупы иногда несли следы звериных зубов, но иногда встречались и с резаными ранами. Но найти врагов адептам не удавалось. Шариф не понимал, как такое вообще может быть! Чтобы кровники не нашли того, кого ищут…
Или… догадка, мелькнувшая в голове тар-керранга, заставила того поежиться. Ведь единственным ответом на вопрос, почему адепты не могут никого найти, означало, что враги не имеют крови! Какие кошмарные порождения могут соответствовать подобному утверждению, командующий даже представить не мог. А также того, на что способны подобные монстры и как от них защищаться.
Оставалось одно — никуда не ходить поодиночке. Усилить патрули в десять-двадцать раз, останавливаться на ночлег всегда в широком поле, окружая стоянку кольцом костров. И ни за что не входить в местные поселения. Кто его знает, может, действительно болезнь какая-то, и если одна половина корпуса вдруг взбесится и нападет на другую, то это будет вообще кошмар из кошмаров!
Когда же Шариф получил донесение, что к нему движется подкрепление, то невольно вздрогнул. На кой шхен нужно такое разбазаривание войск, мужчина понимал с трудом. Одних убирают, других добавляют? А может, просто выводят неблагонадежных? Кто поймет… С одной стороны, лишних солдат не бывает, а с другой — сколько их доберется до него? Другой командующий все-таки не знает правил передвижения по этой территории, а предупредить его не получится. Его адепты выжаты поддержанием порядка, а гонец просто не доедет. Разве что отрядить ему в качестве сопровождения половину корпуса. А самому со второй половиной окопаться где-нибудь в поле и со страхом и нетерпением ждать прихода подкрепления.
Вообще-то он не должен нести за них ответственность, так что пусть учатся на собственных ошибках. Может, им повезет больше, и здешние монстры уже насытились его солдатами. Хотя самому мало верилось в подобный исход дела. Эта земля воистину ненасытна. Кажется, они сделали ошибку, что сунулись сюда.
Очень большую ошибку.

…Проснулся я ближе к полудню и, честное слово, словно не спал вовсе. Усталость была, конечно, дикая…
— Еще бы пару раз перекинулся, вообще все хорошо было бы!
Я сказал уже, что не буду обращать внимание на всякие голоса, раздающиеся из пустоты? Сказал? Сказал. Значит, не буду. Особенно, если учесть, что обладатель этого самого голоса совсем недавно отправил меня в свободный полет. Нет, понятно, что в Темной империи всегда обучали по принципу: «Брось в воду. Жить захочет — поплывет», но сути это не меняло!
— Спасибо, дедушка, этого я тебе вовек не забуду.
— Пожалуйста, малыш, всегда пожалуйста.
Ненавижу!
В любом случае сидеть и тупо созерцать стены отведенной мне как штатному магу комнаты — глупо. А раз так… Пройдусь по вверенному участку, посмотрю, что изменилось со вчерашней ночи. Кстати, надо не забыть подлатать накопительные линии и поставить заклинание на закачку. Кто его знает, когда это пресловутое подкрепление подойдет. Не хотелось бы снова лезть в долги к Ночи. И так еще не расплатился.
Мне кажется, что с последней просьбой тянуть тоже не будут. Госпожа… Почему-то адепты магии Крови ей очень не нравятся. Особенно их ритуалы. Они очень напоминают хаоситов. Только пользуются не выделяемой в процессе жертвоприношения силой, а собираемой кровью. В способах хранения столь ценной жидкости эти ребята достигли впечатляющих успехов.
Кстати, не забыть разобраться с теми самыми возвратными заклинаниями. Я слишком привык к собственной силе, чтобы из-за каких-то айро каш'шерх отказываться от нее. С одной стороны, хорошо, что эти люди не жили на Аларии, а с другой — приходится очень быстро изобретать способы защиты. Нет, чтобы все спокойно просчитать, опробовать, найти способы улучшения и составить заклинание — лепим на скорую руку что попало, лишь бы только работало и защищало.
Пока шел до своего места, задумался еще над одним моментом. В длину стена города составляет не одну милю, и бегать по ней туда-сюда, выискивая повреждения, довольно утомительно. Надо составить контролирующее заклинание и работать непосредственно с ним, а не со всей этой громадной гномьей конструкцией. Только делать это придется на стене (хорошо что канцелярские принадлежности захватил, так, на всякий случай), поскольку в городе сейчас творится маргран знает что!
Похоже, после того как осада была снята, местные жители начали волноваться еще больше. По крайней мере, мельтешили они по улицам так, что у меня, честное слово, чуть голова не закружилась. Все куда-то спешили, куда-то бежали… Тащили с собой оружие, размахивали какими-то чертежами, гнали животных…
На одной из улиц я столкнулся с Аридом. Стихийник, чуть слышно бормоча себе под нос какие-то слова, осторожно нес на вытянутых руках огромный, размером с пару голов дракона, водяной шар. Удерживаемая силой магии сфера подрагивала и пульсировала, каждый миг угрожая просочиться сквозь пальцы и рухнуть на землю.
— Осторожно! — рявкнул маг, даже не пытаясь посмотреть на того, кто осмелился толкнуть его.
— Сам смотри, куда идешь! — не остался в долгу я. И так я не выспался, а тут еще… Парень на мгновение перевел замутненный взгляд со своего детища на меня:
— А, это ты…
— Чем занимаешься?
— Не мешай, — нервно дернул плечом стихийник. — Хочешь помочь, обратись к коменданту, он тебе расскажет, что сейчас нужно.
И, не дожидаясь моего ответа, Арид прошествовал мимо, чудом не выронив свой водяной шар. М-да… конечно, резервуары заполнить стоит, но не таким же примитивным методом! Так он воду до вечера таскать будет. Нет, чтобы реквизировать бочки, загрузить на телеги и возить столько, сколько надо. Что я ему, впрочем, и высказал.
Старшекурсник только скривился:
— Угу, на телеги. И в бочки, это самое главное. А что все лошади реквизированы, не догадался? Их попробуй сейчас из конюшен забрать, самого заставят таскать всю эту воду. Не хочешь попробовать?
А о существовании других тягловых животных он что, даже не слышал? Засевшие в городе селяне наверняка притащили с собой и скот. Можно было бы запрячь парочку лейн или корнов.
Ну да ладно, хочет он искать лишнюю работу — пусть. Поэтому я просто промолчал, а парень направился своей дорогой. Я же опять двинулся к стене, по пути прикидывая, где же можно разжиться информацией по возврату заклинаний адептами Крови. Их самих не спросишь, некромантией не владею. Точнее, владею, но души данных конкретных индивидов вызвать не смогу. Они — собственность Ночи. Поэтому даже от зомби будет мало толку.
Спрашивать у солдат — бесполезно. Они ничего не знают, только боятся своих магов до потери пульса. М-да, каламбурчик получился. Может, спросить у их командующего? Но опять же, почему-то кажется, что он мне тоже не помощник. Разве что принцесса… только вот встречаться с ней нет никакого желания. Если вспомнить, то от наших встреч у меня бывают одни неприятности. Иногда в особо крупных размерах.
Ну дураком меня, так уж точно, выставляют каждый раз.

…В Благоземье царила ночь. Луна уже давно вскарабкалась в зенит, звезды рассыпались по небосводу, припорошив темно-синий бархат ночи блестками горящих искр. Свежий ветерок перебирал листву…
Впрочем, его величеству Гэлерму эл д'Ару было совсем не до того. Его величество находился в комнате с пентаграммой. Линии пентакля светились ровным бордовым светом. В нескольких дюймах от пола плясали странные зеленоватые символы. Казалось, приглядись, вчитайся, и ты поймешь, что там сказано, но… Каждый раз чего-то не хватало.
Кроме императора в помещении был еще один человек. Его дочь, Ренина эл д'Ар. Честно говоря, у девушки складывалось впечатление, что она оказалась здесь совершенно напрасно. Понять, зачем отец приказал ей прийти в эту залу, принцесса пока не могла и сейчас, отчаянно зевая, боролась со сном.
Император меж тем был занят делом. Подчиняясь его коротким жестам, письмена сгрудились в центре пентакля, на миг застыли без движения… Затем вдруг сжались в один плотный крошечный шар… А когда он начал расширяться, в глубине его показались далекие земли… И где-то там, на другом континенте, две армии готовились к бою.
Батальон ил д'Илиша встретился с вражеским войском дня через два после отделения от основных сил. Впрочем, особо горевать по этому поводу тар-криас ил д'Илиш не собирался. Четыреста солдат против жалкой горсточки… Пусть даже враги — тяжело вооруженные рыцари… Конечно, несколько пугал огромный черный дракон, возвышающийся на левом фланге. Ну да ладно, адепты Крови не зря едят свой хлеб. 
— Рени, подойди сюда, — голос императора был сух и деловит.
Девушка осторожно шагнула вперед, старательно обогнув линии пентаграммы.
— Смотри…
Первые удары адептов были слабы и практически не задели врагов… 
Император взвесил на ладони широкий кинжал и медленно провел матовым лезвием по своему запястью. Капли темной венозной крови упали на линии пентаграммы… И тут же все изменилось.
Сила здесь! Император, да продлятся дни его, поддерживает своих слуг! Магия бьет и уничтожает врагов, удары адептов следуют один за другим. 
— А теперь самое интересное, — хмыкнул Гэлерм. Короткий пасс, и из стены выступила детская фигурка в белоснежных одеяниях.
В ладонь Ренине лег кинжал. Ребенок — худенькая большеглазая девочка — медленно шагнула к принцессе, зачарованно вскинула голову, подставляя горло под удар.
— Давай, — голос императора был спокоен. — Детская кровь — лучшее средство. Один удар — и наши солдаты победят.
Силы уходят. Помощь императора была столь кратковременна! Нужно больше энергии, больше… Мы проигрываем! 
И черный дракон изрыгает пламя… 
Кинжал, чуть слышно звякнув, упал на разрисованный пол…
— Я… я… я не могу! Ты что?!
Голова Ренины дернулась от хлесткой пощечины.
— Ты такая же идиотка, как и твоя сестра! Убирайся отсюда!
Всхлипнув, девушка стрелой выскочила из комнаты. Гэлерм поднял упавший кинжал, повернулся ко все еще неподвижно стоящей девочке… И обреченно уронил клинок на пол: драгоценные мгновения были упущены — батальон ил д'Илиша разбит. Все, что успел услышать император, прежде чем шар, зависший над пентаграммой, растворился в воздухе, это был обрывок разговора:
— Вы неплохо сражаетесь, мой принц.
— Благодарю вас, Великий магистр, но, клянусь честью, до рыцаря Ордена мне далеко…
В углах комнаты притаилась такая непроглядная тьма, что там мог спрятаться кто угодно. И никто не заметил, что за всем происходящим внимательно наблюдала огромная пантера.

…М-да, не знал, что я такой популярный. Радоваться этому или огорчаться — еще не решил. Но неуютно становится — это точно. И одно бы дело — популярность в Темных землях. Там точно знаешь, чего ждать и как это будет проявляться. Но совсем другое — Светлые. У них здесь все с ног на голову перевернуто. Так что определить, чем мне аукнется такое пристальное внимание, не могу. Хоть чешую выращивай для спокойствия.
А что, хорошая идея! Под одеждой все равно никто ничего не увидит. Ну да, фонить темной силой буду чуть больше, но специалистов в этом вопросе здесь мало. Да и нахожусь сейчас на службе, так что все возникшие вопросы — к коменданту. Может, это и паранойя, но лучше быть живым параноиком, чем мертвым темным. Ну и пусть глаза стали темнее, когти длиннее и уши сильней заострились, зато чувствовать себя стал спокойнее.
Ладно, хватит лелеять свою манию, пора делом заниматься. Эх, и почему идея наняться на военную службу уже не кажется мне такой хорошей? Хотя… где бы еще я мог опробовать боевые заклинания? Не в Кардморе же? Тем более что до многих дело так и не дошло. Жаль, конечно. Очень уж интересно посмотреть на их действие. А то формулы дали, векторы указали — и все. Как именно должно грохнуть и где — непонятно.
Нет, надо как можно скорее разбираться с этими возвратами заклинаний и спокойно пользоваться магией. Махание мечом не доставляет мне такого удовольствия. Тем более в строю и на стене. Властелины же жуткие индивидуалисты, загнать их в строй довольно проблематично. Да и опасно. Если войдем во вкус и втянемся, то можем и своих покалечить.
Папа это прекрасно знает, потому не лезет в первые ряды. Да и вообще — не лезет. Командует себе сражением с холмика или спины трона, и все счастливы. Тем более что военачальник из него просто замечательный. А вот мне, увы, не повезло. Хотя может, надо было внимательней слушать учителей? Просто сейчас в голове от воспоминаний о стратегии и тактике практически ничего не осталось. Ну да ладно, будем действовать в той области, где знаний у меня побольше.
И в первую очередь разберемся-таки со стеной.
Контролирующее заклинание оказалось не таким громоздким и сложным, как мне представлялось. Сперва я действительно решил построить что-то вроде отражения местной защитной сети, но когда представил, сколько сил и времени на это понадобится, — плюнул. Так я тут до Второго Пришествия просижу и ничего не сделаю.
Поэтому пришлось идти другим путем. Идея явилась очень быстро. И состояла она в том, что по каналам силы, встроенным в стену, запускается эдакий «бегунок», а то и несколько. Они пробегают по всем линиям, возвращаются к творящему, неся информацию обо всех разрывах, искажениях, смещениях и прочем. Правда, запускать их можно только там, где линии выведены из стены, но это такие мелочи по сравнению с построением «отражения», что даже вспоминать не хочется.
Все оказалось не так уж и плохо. Ожидалось, что будет хуже. Во всяком случае, особо крупных разрывов не было, заряжать заклинание тоже не требовалось. Его накопители оказались основанными на принципе поглощения. В смысле, чем сильнее ты лупишь магией по стене, тем больше энергии поставляешь защитникам для поддержания заклинания.
А если вспомнить, сколько здесь не видели войн, то можно понять, почему оно почти исчерпалось, когда мы приехали. Конечно, подзаряжать его никто не брался, а враг как-то обходил город стороной, зажимая лишнюю силу, В общем, здесь я не понадобился. А мелкие разрывы можно было исправить, перенастроив те же самые «бегунки». Только силы вложить пришлось побольше. Ведь надо было сделать их столько, сколько поломок. И отправить каждый к своему месту. В общем, проконтролировать каждый шарик. Муторно, скучно… А кто сказал, что будет легко?
В общем, справился я только к обеду. Поесть решил в своей комнате и направился к казарме. Где меня ждал довольно неприятный сюрприз. И назывался он «глобальное переселение». Комендант решил все же допустить бывших врагов в город и согласиться на их помощь. Взамен принцесса поклялась всеми своими богами, что будет оказывать содействие в обороне города.
Кроме этого, пришлось провести церемонию клятвы. Ведь я здесь оказался единственным военным темным магом. Нет, чтобы Рона припахать! Впрочем, как выяснилось, рыцаря послали куда-то далеко и надолго выполнять какое-то важное и ответственное поручение. Я так толком и не понял какое: то ли за гномами следить, то ли молодняк гонять, — кто тут, в этом Миллинге, поймет.
В общем, построенные на плацу солдаты торжественно повторяли за мной слова, ужасно коверкая старотемное наречие. Другое дело, что на исход это не влияет. Хоть задом наперед прочти — результат будет один.
Короче, главный военачальник города подстраховался от удара в спину. А для того чтобы они все могли исполнить свои обещания, солдаты получили амулеты. Их командир долго вертел металлическую пластину в руках, явно не понимая, как этот предмет может противостоять магии Крови. Объяснять никто не брался. Работает — и ладно.
Но волновало меня отнюдь не это. А то, что новоявленное пополнение решили поселить в «магической» казарме! А нас, соответственно, выселить. Точнее — временно переселить в комендатуру до завершения боевых действий. Ага-ага, так я и поверил!
Конечно, комендант и каптернамус жутко ругались, когда увидели архитектурные «новшества». И потребовали восстановить снесенные перегородки. Хорошо, что у меня удалено всего две. Так что мучиться особо не пришлось. А вот Рин и Элиа… м-да, их лица надо было только видеть! А жалостливые взгляды казались способными растопить самое жестокое сердце.
Хорошо, что я не показывался на глаза этой парочке, а то знаю, кто бы восстанавливал снесенные стены. Кстати, теперь в комнатах обитало бы как минимум по четыре человека. Да и то не все поместились. Пришлось потеснить солдат из других казарм, благо, что некоторые жили в собственных домах в городе.
В общем, народу было чем заняться и без меня. Так что я похватал книги, быстро упаковал все в безразмерную сумку и направился в комендатуру. Как мне казалось, найти спокойное место для размышлений будет очень трудно. И точно — единственным помещением, где я смог устроиться более или менее нормально, оказалась… тюремная камера. Причем, похоже, для особо опасных. Даже самого маленького оконца не было. Зато сухо, тихо и относительно просторно. Кровать, стол и небольшой шкаф пришлось позаимствовать наверху. Повесить пару магических светильников и выкинуть цепи. Подобный антураж мне был не нужен. Место только занимал, а пользы никакой. На стены лучше гобелены приспособить или еще как украсить.
Что еще понадобилось, так это заклинание от сырости и грызунов. Понятно, что сейчас ни того ни другого видно не было, но кто знает, вдруг появятся? Мне не нужно, чтобы какие-то крысы погрызли ценные фолианты. Или сумку артефактную попортили. Ну еще и дверь замагичил, а то изнутри не закрывается, только снаружи. Вот теперь можно не просто жить, а с неким комфортом. Остальные приятные мелочи я решил достать позже, когда разберусь с первоочередными проблемами. К которым, кстати, относится возможность отражать наши же заклинания, направленные на нас.
Такая постановка вопроса меня никоим образом не устраивала, значит, будем думать!

…Искать королевский дворец не пришлось: Торм прекрасно помнил дорогу к нему и заблудиться в тоннелях и коридорах Подгорных городов не мог бы даже при всем желании. Намного труднее оказалось найти собственно Моркинского короля. Нет, самого Торма а'тор-Нагара и пустили в тронную залу, и провели по всем кабинетам, где король мог находиться, но… не было его нигде. Ну что тут будешь делать?
Гном уже отчаялся, когда… из приоткрытой двери оружейной раздался звон упавшей секиры, а вслед за этим доброе и ласковое:
— А-а-а!!! Маргул мать твою за ногу и три раза через крамхурт в придачу!
Торм осторожно приоткрыл дверь…
В оружейной, как всегда, царил хаос: стены увешаны мачете, фалками и лабрисами. В дальнем углу были свалены кучей секиры, а в центре комнаты стояли двое гномов. И если один, судя по внешнему виду — ученик мастера, был Торму совершенно не знаком, то кем был второй, потирающий ушибленную ногу, вопросов совершенно не возникало.
— Привет, Влас.
На несколько мгновений в комнате повисла мертвая тишина, а через несколько ударов сердца молодой гном, сопровождающий Торма, подбежал к давешнему ученику и потянул его за руку прочь из помещения:
— Крисп, пошли, дело есть!
— Понимаешь, Торм, тут такое дело… — Собеседники вышагивали по коридорам королевского замка. И если представитель команды светлых героев был спокоен как никогда, то Влас заметно нервничал. — У нас вчера был Совет старейшин…
— Только не говори, что тебя туда не позвали! Короля, и не пригласили? Не поверю ни в жизнь!
— Позвали, — вздохнул Влас. — Тут дело в другом. Короче, Совет решил, что… Что помощи наверх не будет.
— А война?!
— Война наверху. Мы к ней готовимся. Я, конечно, против, но… Совет считает, что вступить в нее мы сможем, только если враг сам нападет. Но даже если так и будет — по нашим коридорам вооруженный человек не пройдет, роста не хватит. В наших землях война закончится очень быстро. Так что если ты пришел за этим…
— А если я скажу, что пришел навестить брата?
— После стольких лет отсутствия? Перед войной… Я тебя, братишка, конечно, очень люблю, но, честное слово, не поверю.
— Хорошо. Тогда еще вопрос… — Любой, кто наблюдал бы сейчас за разговором, заметил бы, что эти гномы похожи. Очень похожи. Как две капли воды. — Ты говоришь, что Подгорные города ввяжутся в войну, лишь если враги сами придут сюда. А об их передвижениях что-нибудь известно?
Влас пожал плечами.
— Вряд ли больше, чем наверху…
Вновь наступила тишина…
У гномов редко рождаются близнецы. И надо ж было такому случиться, что много лет назад эта «редкость» все-таки случилась в королевском роду Моркинии. Единственное, что радовало, проблем с выбором правителя в Подгорных городах никогда не было: обряд с топором Тшеннта всегда точно указывал, кто же будет достойным.
Достойным оказался Влас. Взявший, как и полагается, родовое имя отца тор-Кармир. Торму досталось имя материнского рода — тор-Нагар. И не придумал юный Мастер ничего лучше, как отправиться в путешествие с командой… И, честно говоря, до сих пор не считал, что поступил так зря. Тем более теперь, когда Подгорные города (точнее, та их часть, что не входит в Темную империю) заявили о нейтралитете.
Торм резко остановился, протянул брату руку:
— Был рад тебя видеть, Влас. До встречи еще через столько же.
Он уже развернулся, собираясь уходить, когда в спину ему полетело короткое:
— Торм, подожди!
— Ну? — не оглядываясь, поинтересовался гном.
— Ты ж по-прежнему мой… наследник… — слова давались с трудом.
— И что? Стоп, я не понял, что значит «по-прежнему»?! Ты до сих пор не женат?!
— С Майей как-то не сложилось. Тут дело в другом, слушай дальше. Ты ж мой наследник. Возможно, будущий Моркинский король…
— И что?
— Ну… Я ж не могу отпустить наследника Моркинской короны без поддержки… Короче, — выпалил он, — Миринового хирда тебе хватит?!
Торм поперхнулся воздухом. Эта дружина уже более пяти веков считалась элитной…
— Влас, я…
— Не благодари меня! — вскинул руки гном. — Мне и так перед Советом отчитываться. Говори — берешь?
— И ты еще спрашиваешь?
— Вот и чудненько! Вот и договорились! — радостно выпалил король.
Братья пожали друг другу руки…
Откуда-то издалека раздался топот детских ножек… А в следующее мгновение в руку Власу вцепилась девочка-гномка:
— Папа, папа, а…
— Папа?! — потрясенно уставился на брата Торм.
— Ага, — счастливо улыбнулся Моркинский король. — Уже пять лет как. Больше шастай.
— Да ты… ты… — Торм не мог поверить, что его обманули!
Заставили взять с собой с таким трудом оставленный дома Мириновый хирд, который небось теперь с него пылинки сдувать будет.
— Я не соврал! — правитель примиряюще вскинул руки. — С Майей действительно не сложилось! Мою жену зовут Тина… И сына у меня пока нет!
— Скотина ты, Влас, — тоскливо вздохнул гном.
— А ты сомневался? Положение обязывает…

ГЛАВА 8
И сердцу тревожно в груди…

Прошел день. Второй. Третий…
Первыми странную процессию заметили солдаты ил д'Иса. Вначале, увидев на горизонте облако пыли, воины решили, что к ним добралось обещанное подкрепление, и нельзя сказать, что эта мысль очень уж их обрадовала. Пусть вассалитет никто не отменял, все равно их поступок может быть расценен как измена. Если не сюзерену, то государству.
А потому надо ли говорить, что у очень многих воинов буквально камень с души свалился, когда выяснилось, что идущие совсем не похожи на корпус Галлита.
Первым бежал… бежала… бежало странное существо, напоминающее одновременно коня и дракона. Черное как смоль, с рогами, расположенными на голове, подобно короне, и небольшим зеленоватым пятном на лбу. Весьма странное существо. В Благоземье таких не увидишь.
На некотором отдалении от него несся, изредка замирая на месте, полупрозрачный вихрь размером с человека. Изредка из центра этого странного ураганчика проглядывало размытое человеческое лицо. Существо замирало, склонялось к самой земле, принюхивалось, словно ища чей-то след, а затем спешило дальше — вслед за полуконем-полудраконом.
А уже за этими непонятными созданиями следовала группа людей в свободно ниспадающих одеяниях, которые оседлали еще пару непонятных полупрозрачных существ.
Так как политическая ситуация со времени прибытия ил д'Иса к Миллингу несколько изменилась, вся эта компания смогла беспрепятственно приблизиться к городу. И уже у самых городских ворот каждый повел себя по-своему.
Монстр вскинул голову к небесам и то ли завыл, то ли заржал. Вихрь, подчиняясь короткому пассу одного из путешественников, растворился в воздухе, а сами странные путники развеяли своих «скакунов», неспешно сели в кружок и, кажется, совершенно потеряли всякий интерес к окружающему миру.

…Я шагал по улице с целью найти Тэ. Обращение к полковнику, как и предполагалось, ничего не дало. Он посоветовал узнать у коменданта, которого тоже надо сперва найти. Определение «где-то в городе» мало помогает в поисках. Но без какой-либо информации сделать работающую защиту просто невозможно!
Хотя через два часа поисков кажется, что лучше уж так, чем никак. В конце концов, можно просто подождать его в кабинете. Туда-то он точно наведается. Или сходить во «вражеский» лагерь. Может, Тэ там?
Вялые размышления прервал резкий звук. В первый момент я даже не поверил своим ушам. Но когда призывный крик грона повторился снова, то протолкался через толпу, взбежал на городскую стену и замер, ошарашенно уставившись вниз: перед воротами плясал, щеря острые зубы, Трим…
Боги, Трим! Пока его не увидел, то не подозревал, что так по нему соскучился!
Неподалеку от грона расположилась странная компания, но они сейчас сидели, оружием не махали… Так что внимания на них решил не обращать.
Впрочем, если я думал, что от моей невнимательности еще что-то зависит, то глубоко ошибался. Стоило приоткрыть ворота, как (молчу уже о том, что ворвавшийся в город грон первым делом облизал меня с ног до головы!) странные пришельцы быстренько подбежали ко мне и… резво бухнулись на колени.
— О огненнорукий Шарки! Мы вновь нашли тебя!
Э-э-э… сейчас, подождите… Шарки? Огненнорукий? Только не надо мне ничего подсказывать, я и сам все вспомню.
— Стальная пустыня, — вкрадчиво протянул над моим ухом дедушкин голос.
Я же просил не подсказывать!
Правда, вот только этих пустынников и не хватало для полного счастья! Зачем, спрашивается, они за мной поперлись? Шли бы за Шамитом с Аэлиниэль… Мне одной головной болью было бы меньше!
Тем более что странное поведение этих самых жителей пустыни уже начало привлекать нездоровое внимание. Мало того что солдаты удивленно косились, так еще и вездесущий Рон, замерший подле ворот, насмешливо кривился, явно готовясь сказать что-то… не совсем приятное.
Так, всё! Все дружно идут к этому неуловимому коменданту, и пусть он что хочет, то с ними и делает! Все, кроме Трима. Своего грона я больше не отпущу. Правда, он и сам уходить не хочет. И никого к нам не подпускает, роет лапой землю, щерит зубы и грозит рогами. А особо непонятливые рискуют получить хвостом. Пусть у него глаз на затылке нет, зато боковое зрение развито просто великолепно! Как и слух, впрочем.
Комендант нашелся на удивление быстро и разобрался, что здесь происходит. Как оказалось, уходя за Грань, дедушка, по доброте душевной, заглянул в пустыню и отвел демоненка домой. Так что теперь, потеряв своего юного идола, пустынники поперлись через все Светлые земли, дабы спросить у меня, что же им делать дальше.
Можно подумать, что я знаю. Вот всю жизнь сидел и составлял план проживания этим пустынникам. Других дел как будто нет. Господам путешественникам быстро рассказали, что тут им делать нечего, надвигается война, и я уже обрадовался, что на этом все закончится, как…
— Война? — радостно вскинула голову давешняя девица, обзывавшая меня луноликим. — О друг великого Шарки, — оригинальное они, конечно, имя главе Миллинга придумали, — мы можем помочь в твоей войне. Боги пустыни отзываются на наши просьбы. Неверные поклоняются кросту, но наша вера свята и чиста! Позволь, мы покажем силу наших богов?!
Однако…

…Объединенный штаб Светлых сил мог ликовать и радоваться. Враги, перегородившие дорогу поставкам еды и фуража, решили, что хватит стоять на месте, и сейчас резво направлялись как раз к ставке светлых. Сообщение о передвижениях противника принес Шамит.
Князь не знал, горевать ему или радоваться, когда пришло первое известие от темных. Отойдя в свою палатку, эльф активизировал канал связи и ворчливо поинтересовался:
— Ну и зачем я тебе так срочно понадобился?
Его императорское величество Темный Властелин Аргал ас'Даргат гар'Тарркхан был явно чем-то озабочен, поскольку нервно выстукивал когтями по каменной столешнице. «Интересно, он не замучился ее менять? Следы ведь остаются», — подумал эльф.
— Слушай, Мирт, у меня к тебе два дела, — с ходу начал собеседник.
Князю это всегда в темных нравилось — сперва дело, а потом уже плетение словесных кружев. А не наоборот, как привыкли в Светлых землях. Пока до сути доберутся, уже и спать пора.
— Давай, выкладывай. — Светлый поудобнее устроился в кресле и принялся слушать.
У его царственного собрата и просто родственника иногда бывали очень интересные идеи.
— Во-первых, лови, — сквозь мини-портал на стол шлепнулся стальной амулет на цепочке.
— Это что? — заинтересовался эльф.
— Младшенький балуется, — хмыкнул Властелин. — Амулет вот от кровной магии придумал.
— Я тебе говорил, что у тебя просто удивительные дети? — задумчиво произнес князь, пристально изучая присланный предмет.
— Нет, ты постоянно про это забываешь, — хмыкнул в ответ друг. И неожиданно пожаловался: — Правда, за их «удивительность» расплачиваться приходится мне. Что ж вы, эльфы, такие драчливые? И собственники, каких поискать!
— Это ты о Кристе? — ухмыльнулся в ответ вопрошаемый. — Ну тут сам виноват, эльфийки просто помешаны на своих детях. Ладно, что там у тебя еще?
Властелин задумчиво закатил глаза, словно размышляя, стоит ли отвечать на вопрос. А потом широко улыбнулся:
— Диран сейчас в Миллинге, так что вы там поаккуратней, хорошо? И побыстрее. Ладно, мне пора, бывай!
Канал разорвался, оставив эльфа сидеть и переваривать полученную информацию.
— Тарк мархар! — Это было все, что светлый мог сказать по поводу присутствия темного принца в осажденном городе.
Теперь, по крайней мере, понятно, почему город до сих пор стоит. Упрямству темной императорской семейки могут позавидовать все ослы скопом. И если младшенький отказался сдаваться, то заставить его невозможно. Они все там хоть до второго пришествия сидеть будут и с места не сдвинутся, пока одна темная упрямая мелочь не передумает.
Вот ведь… достойный представитель обоих семейств. Упорный, талантливый, сильный, настырный, вредный и… умный. Во всяком случае, защитный амулет достоин если не восхищения, то уважительной оценки. Надо отдать его светлым магам, пусть клепают для солдат. А то будет очень неприятно испробовать на собственной шкуре эту магию Крови. Насколько он помнит летописи — ничего хорошего для эльфов и Дубравы она не несла.
Князь поднялся с кресла, оправил камзол и направился к выходу. Уже перед самым пологом его догнала запоздавшая мысль: «Если Диран в Миллинге, то и Рин там?» Из палатки эльф вышел куда как быстрее, чем входил в нее. Ожидавшие вестовые мигом разлетелись по лагерю, созывая к князю Мастеров Меча.
Хорошо все-таки, что враги решили наконец активизироваться. Можно будет объяснить, чем вызвано движение Светлых войск в сторону Миллинга. Просто так ведь союзников не оставишь, после войны заключенные союзы рухнут, к маргуловой матери, а так… Все дружно идут к Миллингу. И инициатором этого выступает вовсе не Светлый князь.

…Войска встретились быстро. Благо воины с обеих сторон были отдохнувшими. Несколько стычек обошлись малой кровью. Выматывали они, конечно, кошмарно… После короткой драки подле крохотной деревушки Фейлы наступило временное перемирие. Обе армии отдыхали, готовились к новой битве. Светлой коалиции повезло несколько больше, чем захватчикам. Войска союза находились, как ни крути, на своих землях и могли позволить себе расположиться лагерем все в той же Фейле.
Вмелен, уже выяснивший, с кем он заключил столь успешное соглашение, за тот день, пока войска располагались в деревне, нашел заброшенный двухэтажный дом, навел на первом этаже порядок (до второго еще руки не дошли) и развернул торговлю…
Стены, правда, еще кое-где покрывали пятна плесени, по углам бегали пауки, но… жизнь начинала налаживаться.
А когда военные уйдут, можно будет найти человека поухватистей, рассказать ему, что да как, и за небольшой процент от грядущих доходов поручить вести торговлю. А самому отправиться с обозом: в конце концов, звание княжеского поставщика на дороге не валяется.
Но это все потом, сейчас же…
Дверь распахнулась от мощного удара, и в комнату легко впорхнула рыжеволосая девица в мужской одежде. По-хозяйски оглядевшись по сторонам, Микоши привычно плюхнулась на свободную лавку:
— Привет, Вмелен! У тебя, я вижу, все по-старому? — Путешествуя по Южному Харнору девушка довольно часто останавливалась в безымянном трактире на пересечении торговых трактов, а потому с хозяином у нее давно установились приятельские отношения.
— Угу, — согласно хмыкнул трактирщик, выходя из-за импровизированной стойки, сложенной из ящиков. — Только место поменял. Тебя-то сюда какими ветрами занесло? Война все-таки, здесь женщине не место.
— Ой, только не начинай! — недовольно скривилась ведьмочка. — Я знаю столько атакующих заклинаний, что на войне мне как раз самое и место.
— Замуж тебе надо, девочка, — вздохнул трактирщик, смахивая со столика несуществующие крошки.
Девушка только насмешливо хмыкнула:
— За кого? Уж не за тебя ли?
— Да хоть бы и за меня, — легко согласился трактирщик.
Микоши смерила его долгим скептическим взглядом… и замотала головой:
— Не, за тебя не хочу!
— А за кого хочешь? — Трактирщик задал вопрос скорее для того, чтобы поддержать разговор. И был очень удивлен, когда последовал ответ:
— За принца хочу, эльфийского, — хмыкнула девушка, решив свести весь разговор к шутке. — Ушастого. — Микоши не призналась бы в этом даже себе, но образ случайного знакомого все не шел у нее из головы. А впрочем… Что между ними может быть общего? Он небось какой-нибудь виконт, граф или еще кто. А она? Простая горожанка. Да еще и темная. — …И патлатого, — добавила она. — Чтоб было за что дергать!
Дверь оглушительно скрипнула, и на пороге появился князь. Вмелен сдавленно булькнул и быстренько исчез за стойкой. У ведьмочки тут же пропал всякий запал. Она покраснела как шкертов цвет и сдавленно выдохнула:
— Здрасьте…
— Здравствуйте, — улыбнулся Миритиль, подхватывая тонкое запястье девушки и вскользь прикасаясь к нему губами. — Вы, как всегда, неотразимы, Микоши…
Для ведьмы так и осталось секретом, слышал ли эльф ее разговор с Вмеленом или нет.

…Демонстрацию вызова пустынных богов решили проводить на тренировочном поле, неподалеку от казарм. Честно говоря, я немного опасался: мало мне Михшула и Воконра, так еще кто-нибудь надзирать и хранить будет. Опять мне их разнимать, судить и дежурства устанавливать. Или все-таки послать… за Хребет, чтобы не мешали мне своими разборками нормально жить?
А если эти, пустынные, вдруг решат сообщить, что я никакой не Шарки? Нет, понятно, что я на эту должность никогда не напрашивался, но кто их знает?
Пустынники расположились небольшим, футов шесть в диаметре, кольцом, вскинули руки к небесам и запели-заговорили. Странный речитатив клонил в сон…
Кроме меня на этом диком представлении присутствовали комендант, около двух десятков солдат, Рин с Элиа, Тир (Арид до сих пор разбирался с системой водоснабжения) и Рон со своими спутниками (все время вылетает из головы, как их зовут).
Повторяющиеся слова лились рекой. Кажется, еще пара минут, и я точно усну. Неожиданно в центре круга полыхнуло багровое пламя, а в следующий миг в окружении пустынников появилось странное существо, напоминающее ураган с человеческим лицом.
— Мирхаа, великий Мирхаа явил свой лик! — пронесся восторженный шепот пустынников.
— И что умеет ваш… Мирхаа? — мрачно поинтересовался комендант.
— Он… — начала выступившая из толпы девушка.
— Обыкновенный дэйвн, — перебил ее Рон.
На подполковника потрясенно уставились во все глаза.
— В смысле? — осторожно уточнил Тир.
— Это… — воин осторожно покосился на пустынников, — хищник из Стальной пустыни. Не особо опасный. Достаточно одного удара «Плетью Тьмы», и он рассыплется.
Так, подождите. Если боги пустынников — звери, то… Они могут вызвать ту симпатичную змейку, которую я победил, да?
Увы, нет, не могли. Песчаным кростам поклонялось другое племя. Хотя довольно странно поклонялось, скорее, подкармливало. И вызвать по своему желанию этих зверюшек их шаманы не могли. Ну будем пользоваться тем, что есть.
После трех часов «вызывания богов» был наконец выбран подходящий: Макши, которого некультурный гар'Тшхен обозвал обыкновенным фриском. По мне, так этот фриск напоминал разжиревшую до размера небольшого дракона бабочку, покрытую толстыми костяными пластинами. Как выяснилось, умела эта «бабочка» плеваться кислотой и издавать звуки, нагоняющие панический страх. По крайней мере, это существо Рон не забраковал, как десяток предыдущих. Пару раз до этого воин колебался, размышляя, не стоит ли остановиться на том, что есть, но каждый раз была против Нира: то квира, по ее мнению, была чересчур слаба, то мхарт слишком мелок…
Ну, надеюсь, этот фриск нам поможет.
А пока пустынники его быстренько распылили, клятвенно пообещав, что смогут его вызвать, когда понадобится.
Что радует.

…Конечно, Марика и ее подружки решили действовать. Но вот как, до сих пор не придумали. И надо ж было такому случиться, что ранним-ранним утром, когда солнце только начало вставать… Принцесса лицом к лицу столкнулась в коридорах Кардмора с собственным братом:
— Тери? Ты почему так рано встал?
— Да так, — неопределенно повел рукою юноша. — Решил прогуляться… подышать свежим воздухом. А ты?
— Э-э-э… — Сообщать, что ее совершенно не прельщает сидеть сложа руки, девушка не хотела. — Да так… Тоже вот… Воздухом дышу…
— Ну и как? — хмыкнул принц. — Успешно?
— Более чем! А…
Задать Теренсу новый вопрос она не успела — принц взял инициативу в свои руки:
— Марик, я тебя не понимаю. Последние дни ты сама не своя. Что происходит?
Девушка на миг поджала губы… А затем решительно выпалила:
— Все то же! Диран воюет, Гил воюет… Папа говорил, что он уже успел в нескольких боях побывать, даже ты без дела не сидишь. А я? Что, я должна…
— Опять Лура со Стией все уши прожужжали? — понятливо кивнул принц. — Ну конечно, все заняты, а ты, Марика, бедняжка…
— Хватит издеваться! — вспыхнула девушка.
Парень примирительно вскинул руки:
— И в мыслях не было. Кстати, о деле… Хочешь, идею подкину?
— Ну?
— Не желаешь порыться в библиотеке? Вдруг найдешь там что-нибудь нужное?
Принцесса смерила его долгим взглядом и резко кивнула:
— Пожалуй, мы с девочками так и поступим.
И уже вечером, когда были переворошены кучи свитков, пролистаны сотни книг, Кира, сидевшая на самой верхушке деревянной стремянки, звонко чихнула, провела ладонью по лицу, стирая книжную пыль, и изрекла:
— А вам не кажется, что Теренс перекинул на нас задание, данное ему отцом?..

…Я сидел за столом в своей комнате и с тоской глядел на чистый лист. Тэ я так и не нашел (точнее, поиски пришлось свернуть, слишком много народа захотело со мной пообщаться), пришлось возвращаться назад. Только где же достать эту маргранову информацию?! Эх, был бы я в замковой библиотеке… Точно! Библиотека!
Интересно, кто же сейчас дома? Гил? Нет, этот точно где-то машет мечом, закатывая от восторга глаза. Как же, дорвался до настоящей драки. Думаю, он единственный из всей нашей семейки рад развязанной войне. Его же никром не корми — дай с кем-нибудь подраться. А в последнее время драться с империей дураков нет.
Теренс?.. Мм, сомневаюсь. Скорее отец погнал его по всем землям собирать подкрепление, принимать послов от соседних держав, инспектировать границу с орками. Ведь получить удар в спину во время войны было бы просто божественной глупостью. В общем, загрузил делами, чтобы в драку не полез. Тери хоть и не такой маньяк меча, как Гил, но мало ли…
И вообще драчливая у нас семейка, если подумать. Только старшие (отец, мама и Тери) умеют это скрывать. Правда, меня больше на приключения тянет, а не драки, но эту наклонность тоже можно считать одной из разновидностей драчливости.
Отец тоже вряд ли сидит дома. Он сейчас с войсками. Поддерживает их боевой дух и следит, чтобы не порвали врага на лоскуты раньше, чем он решит погнать его назад с нашей земли. Царица… она создавала темных в первую очередь как своих солдат, так что боевые качества у нас чаще всего на первом месте. Это потом мы научились пользоваться разумом.
В общем, выбор стоит между мамой и Марикой. Нет, я люблю свою мамочку, но общаться с ней сейчас выше моих сил. Это же опять будет разговор на тему: «Где же ты, дитятко, бродишь? А не пора бы тебе вернуться домой?» В общем, толку от этого не будет. Под конец я вообще забуду, зачем с ней связывался.
Все понятно, остается Марика. Хотя этот вариант тоже не радует. Понять логику своей сестры я все еще не в состоянии.
Лег на кровать и закрыл глаза. Конечно, связаться по Хранителю можно и сидя, но если вдруг накатит слабость — падать будет больно. Кто его знает, сколько мне потребуется времени? Так что лучше перестраховаться. Лишних синяков мне совсем не хочется.
Я мысленно потянулся к своему Хранителю и представил Марику. Образ сестры дрогнул, и из кольца словно вытянулась тонкая, огненно-красная нить, вдоль которой я скользнул. Дай Доргий, чтобы сестренка носила перстень на себе.
Повезло. Она была как раз в библиотеке, что-то усиленно искала в пыльной россыпи книг. Меня она пока не заметила.
— Марика? — окликнул ее.
— А? Что? — Сестра вскинула голову, пару секунд недоумевающе смотрела на меня и лишь потом узнала. — Диран?! Ты здесь откуда?!
— Я не здесь, я в Миллинге, — на всякий случай уточнил я. — Слушай, ты не можешь найти мне информацию по возвратным структурам? Или по использованию магами Крови чужих заклинаний?
— А маргула из болота тебе не достать? — возмутилась она, с шумом захлопывая книгу.
Ну и зря. Многолетняя пыль, потревоженная таким непочтительным обращением с бумажным раритетом, поднялась в воздух. В общем, минуту или две сестренка пыталась прочихаться.
— Тебе не кажется, что нашего библиотекаря прибить мало? — вытирая слезящиеся глаза, обратилась она ко мне.
— А он разве в природе существует? — удивился я. — Ни разу не встречал!
— Иди ты, — отмахнулась Марика.
— Так что, поищешь? — состроил я просительную физиономию.
— С тебя причитается, — фыркнула сестра.
— Рассчитаемся, — спокойно кивнул я. — До вечера управитесь?
— Издеваешься?! — взвилась она. — Тут книг столько, что дом построить можно!
— Мари, мне срочно нужно, нас, может быть, завтра атаковать будут, а магией пользоваться нельзя! Пожалуйста!
Да знаю я, что прошу невозможного, но что еще делать? Деда напрягать не буду, сам справлюсь. Надоел, в конце-то концов! Как ввязывать меня в неприятность — так вот он, гномским топором не отмашешься, а как помогать, так: «Сам, малыш, сам!»
За это его «малыш» я точно найду изгоняющее заклинание и упокою дедулю, к марграновой бабушке. Чего ему за Гранью не сидится? Вроде бы по нашему миру намотался столько, что аллергию заработать можно, а вот смотри ж ты, не уходит. Или… не может?! Ой, мама… Так, все потом, все потом.
— Ладно, постараюсь, — буркнула сестра. — Как найду — сама с тобой свяжусь, не отвлекай меня, хорошо?
— Договорились, — радостно кивнул я и отключился.
М-да, не зря все-таки лег, голова кружится как с похмелья. Ну да, болтать через весь материк это сколько энергии надо? Кроме того, желудок настоятельно потребовал уделить ему внимание. Удивительно, как я раньше этого за собой не замечал. Хотя… все естественно. Энергия, она же не только из воздуха берется. В общем я направился в ближайший трактир. Тащиться через полгорода для того, чтобы поесть в столовой… смахивает на легкий приступ идиотизма.
Кормили в ближайшем к комендатуре заведении неплохо. Точнее, очень даже хорошо. Без изысков, конечно, но сытно и обильно. Это правильно, ибо голодный Властелин перестает обращать внимание на то, как называлось мясо ранее. Да и вообще оценивает окружающую обстановку с позиции съедобно-несъедобно. Ну и перед предстоящим большим умственным усилием надо как следует подкрепиться. Чтобы думать по теме, а не над тем, где бы чего перехватить.
О! Надо и с собой еды взять, кто его знает, сколько времени мне потребуется, чтобы вывести эту клятую формулу защиты. То, что у меня получится, — не подлежит сомнению. Если наши предки как-то умудрились выгнать этих «кровников» с континента, то почему у меня не получится? Неужели я дурнее своих родственников?
К тому же если даже и не выйдет вообще убрать этот эффект «возврата», то можно соорудить стационарный рассеиватель. Вот только делать его долго, да и наши заклинания он тоже будет искажать. Нет, пользоваться ими по-прежнему будет можно, но энергии на них будет уходить в два-три раза больше. Если резерв большой, то и не страшно, а вот если с резервом напряженка?..
— Диран! — гневный вопль со стороны входа заставил отвлечься от бездумного рисования ручкой ложки.
В дверях стоял грозно хмуривший брови Рин.
— Что случилось? — немного отстраненно поинтересовался я.
Ну да, полный желудок вызывает на редкость благодушное состояние. И немного сонное.
— Ты где пропадал? Мы тебя целый день ищем!
Родственничек плюхнулся напротив меня, стараясь просверлить взглядом дырку. Но, взглянув в мои несколько остекленело-осоловелые глаза, решил бросить это дело. Кроме того, совесть и темные — понятия несовместимые.
— Да так… то переселялся, то занят был… — Спорить и ругаться не было никакой охоты.
Сейчас получу свою провизию и отправлюсь караулить информацию от сестры.
— Ну и куда заселился? — К нашему столу неслышно подошла Элиа.
— В комендатуру на подземный этаж.
В зале появился трактирщик, несущий мой мешок с заказанной едой.
— Подземный? — удивленно переспросил эльф. — Но там же…
— Угу, камеры, — пожал плечами я, поднимаясь из-за стола. — Зато спокойно, тихо и никто не мешает.
— Покажешь?
Ну что за нездоровый интерес у этой темной? Вон пусть на апартаменты Рина любуется. Говорят, что эльфы всегда устраиваются лучше всех остальных. Не знаю, лично мне кажется, что лучше всех устраиваются адепты пространственной магии. Эти товарищи всегда могут значительно расширить свою жилплощадь.
— Да пожалуйста, — пожал плечами я, забрасывая на спину сумку и направляясь в комнату. — Только ничего не трогать и не мешать!
Угу, иначе потом окажется, что часть защитной схемы утащили, чтобы сплести браслет. Мол, очень уж узор понравился. А то, что потом вокруг хозяина подобного «украшения» все заклинания будут работать как попало, это никого не волнует.
— Ди, а чем ты там занимаешься?
Нет, ну что за вечер вопросов? Или это хваленое эльфийское любопытство в братце заиграло? Чем занимаюсь, чем занимаюсь… мурга брею!
— Пытаюсь убрать эффект возврата заклинаний магами Крови. — Кажется, сейчас тот случай, когда легче объяснить, чем сказать, почему «нет».
— И ты думаешь, у тебя получится? — М-да, знакомые все лица.
Чего, спрашивается, этого подполковника недоделанного сюда принесло. Да еще и со «свитой». Такое впечатление, что здесь собрались все, дабы лицезреть мое темнейшество.
— По крайней мере буду знать, что пытался. — Когда я сытый, то спокойный и добрый. Так что попытку выставить меня идиотом тактично не замечу.
Нет, ну чего это все так ко мне пристали? Да, занялся разработкой защиты, не слоняться же по городу. Тем более что тревоги нет, и на стене мне находиться не надо. Хватит и дежурных магов на воротах. Можно подумать, что без меня — ну прямо никуда.
Нет, конечно, я признаю свои заслуги, но не считаю их чем-то из ряда вон. Хотя с другой стороны, все же не стоило пропадать на целый день. Но у меня есть объяснение, точнее, занятие. Почему-то все «изобретения» получаются только в одиночестве и в тишине. Знаю, что надо избавляться от столь вредной привычки, но пока не могу. Ладно, хватит умствований, тем более что мы пришли.
Друзья с удивлением обследовали бывшую камеру, покосившись на плавающие под потолком шарики. Ну да, таким и в противника запустить можно, заодно и средство самообороны. В смысле против нежданных визитеров или воров. Сунется такой в дверь, а в него тут же шарик и полетит.
Вообще этот шарик мне когда-то Гил показал: он их первое время вокруг Пиньки расставлял, чтоб я к нему не лазил. Правда, отогнать меня не получилось — я, когда такое увидел, первым же делом потребовал, чтоб меня научил делать точно так же… Брат отбивался, как только мог. Потом показал. И, конечно, мне не придумалось ничего лучше, кроме как поставить эту «вещицу» прямо перед дверью своей комнаты…
Правда, когда на нее нарвался Тери, пришлось тренироваться в беге, но ничего, обошлось. Я тогда был маленький, поэтому спрятался в одной из декоративных ниш. В общем, подпаленный братец меня не нашел. А когда нашел, то уже было поздно. В смысле, он успокоился.
— Может, тебе помочь? — Элиа с сомнением покосилась на тот бардак, который творился на столе. Вернее, на рабочий беспорядок. Почему-то только у меня получается найти нужную бумажку во всем этом… великолепии.
— На еду сохраняющее заклинание наложи, если тебе не трудно.
Мне было просто лень самому этим заниматься. Щас бы поспать немного, ночь выдалась довольно-таки бурная.
— Ладно, мы пошли, не будем тебе мешать… — Кажется, кузен заметил сцеженный в кулак зевок и проявил сообразительность. — Понадобится что — зови.
— Ага, — немного отстранение кивнул я и рухнул на кровать.
Дверь за друзьями закрылась, и в этот момент со мною попыталась связаться, кажется, Марика. По крайней мере, общение с отцом ощущается по-другому. А с Тери или с Гилом мне, например, разговаривать сейчас незачем. Как и с той странной беспамятной девицей, которой брат перстень Хранителя отдал.
— Да? — мрачно поинтересовался я. Голова вдобавок разболелась…
— Что «да»? — фыркнула старшая сестра. Конечно, кроме нее, некому. — Тебе книги еще нужны?
— Конечно!
— Тогда бери. — Марика подтолкнула ко мне стопку толстых фолиантов. — Это пока все. Если найдем что-то еще, я с тобой свяжусь!
— Ага, спасибо… — Канал оборвался.
Пять «книжиц» размером с небольшую гранитную плиту и такого же веса с громким шумом приземлились на стол. Облако пыли пришлось выгонять магически, а то бы я до утра не прокашлялся. М-да, где же сестренка отрыла эти раритеты?
Ладно, пора за работу! Кажется, это будет очень увлекательно…

О-о-о-ох… что я там говорил про увлекательность? Наивный. Скорее нудная и кропотливая работа. Книги оказались мало того что из пергамента, так еще и не защищенные заклинанием сохранения! Так что каждый лист приходилось переворачивать ну очень осторожно. И запустить еще с пяток светляков, чтобы можно было разобрать полустертые буквы на старотемном. Удивительно, как Марика смогла понять, что именно эти книги мне нужны.
И ладно бы это! А то, что чернила на схемах тоже выцвели? И догадывайся теперь, все ли линии нанесены, или чего-то не хватает. Конкретной привязки к магии Крови в них не было. Так что приходилось просчитывать как минимум три варианта. Вдруг принцип «возвратности» заклинаний школы вторженцев совсем другой?
Я догрызал уже последнее яблоко из того мешка, что собрал трактирщик, с ненавистью глядя на исписанные листы. Ничего путного из моих расчетов не выходило. Либо нам не хватало сил, чтобы построить защитные контуры, либо знаний, чтобы запускать такие заклинания, которые даже при возврате не нанесут особого вреда. Четырех-, а то и пятиступенчатые конструкции будут выплетаться по три часа! Зачем они тогда вообще нужны?
Рядом со мною раздался скучающий зевок:
— И чему тебя только учили?
О, дедушка! Вот только его сейчас не хватало! Конечно, в появлении Дариэна было много странного. Начиная с того, как он здесь возник, и заканчивая тем, кем он был сейчас: призраком, неупокоенной душой или просто мороком?
Ага, мороком, как же! Можно подумать, морок может так дать мне по спине, что я… как гордая птица да над городом… Нет, понять его, конечно, можно. Принцип «захочешь выжить, плавать научишься» применялся у нас если не всегда, то довольно часто, но сам факт появления Дара… Впрочем, мне было совсем не до того, чтобы размышлять, как он мог вернуться из-за Грани. Я ли его выдернул, или еще что случилось. Сейчас вопрос в другом: что делать с этим проклятым возвратом?
Первому Властелину, похоже, надоело мое молчание. Он шагнул вперед, провел рукою по столу, сметая ненужные книги, и на крышке стола остался лишь один, раскрытый на середине том, да мой лист с заметками.
— Смотри. — Дар вытащил из моих перемазанных чернилами пальцев перо и зачеркал по странице, набрасывая схему. — Для того чтобы вернуть заклинание, нужна его энергетическая конструкция. Тут уже два варианта. Либо они расшифровывают каждое заклятье и уже после этого его используют, либо просто берут любезно предоставленную противником конструкцию и запитывают ее уже своей силой. В любом случае…
Я так и замер с открытым ртом, переваривая услышанное. Нет, конечно, дед не сказал ничего нового, но… как это было подано!
Дариэн чуть насмешливо покосился на меня:
— Поехали дальше. Обычно маг сплетает энергетический каркас, напитывает его своей силой и отпускает. Точнее, если говорить научным языком — накладывает на объект. Ну или целую площадь, это не суть важно. Главное здесь то, что после создания заклинания маг уже почти не контролирует свое плетение. При необходимости может перехватить там, развеять, но это редко бывает. То есть… — Туг он замолчал, позволяя мне закончить мысль.
— …То есть, чтобы наши заклинания не возвращались назад неприятными «подарками», нужно просто контролировать собственное «детище» от и до. Лично разрушая затем энергокаркас! — выпалил я.
— А ты, оказывается, умеешь думать, когда хочешь, малыш, — ухмыльнулся Властелин.
— Конечно, скорость творения заклинаний заметно упадет, да и маги станут куда как уязвимее, но выигрыш будет существеннее.
Ладно, с проблемой вроде разобрались, пора и баиньки. Сколько там времени? Что?!! Четыре часа утра?! Ничего ж себе задумался… Ладно, блокируем дверь и ложимся спать. Чтобы ни одна зараза не посмела разбудить до тех пор, пока сам не встану.
Но раз уж так… — чуть не сказал «поздно» — сейчас рано, нужно решить один вопрос. С Даром. Вернее, с тем, кто он сейчас и откуда взялся.
Я оторвал взор от исчерканного листа бумаги, повернулся к стоящему рядом Дариэну… и тихо выругался. Первого Властелина и в помине не было. Можно подумать, он здесь и не появлялся. Нет, ну вот почему он так каждый раз, а?
Ладно, тогда действительно спать буду… И чтоб никто не беспокоил.
Ну, на случай тревоги это не распространяется. Тем более что у меня сигналка на стене стоит. Если враг появится — я об этом непременно узнаю. Да и маячок для телепорта не поленился навесить. Блокируют-то периметр города, а внутри — прыгай хоть бешеным зайцем, только силы бы хватило.
Кстати, надо показать свои наработки (ну ладно, не совсем свои, дедушкины), бросить мини-порталом один экземпляр Рину и один экземпляр отцу.
Ведь среди темных каждый второй — маг, так что отказываться от своей силы никому не придется. Эх, как же мы все-таки зависим от магии. С одной стороны, кажется, что это плохо: мол, отбери у нас силу — и что останется? С другой же… Ну ведь не будешь ты копать деревянной лопатой, если есть металлическая? А то и вообще наемные работники.
Ладно, что-то я расфилософствовался, спать пора. Вон с недосыпу мысли какие-то странные в голову полезли. Высплюсь, и все пройдет…

…Гилберт сам не понял, отчего он проснулся. Ладонь привычно нащупала рукоять лежащего в изголовье меча. Он медленно повернул голову, всматриваясь в полумрак палатки… И, тихо выругавшись, сел на кровати. Этого посетителя он совершенно не ждал.
За небольшим походным столом сейчас сидел, неспешно потягивая вино из отливающего алым цветом бокала, какой-то мужчина. Мускулистый, обнаженный до пояса, он, казалось, и не заметил, что хозяин палатки проснулся. На голове у странного гостя красовался шлем с личиной, а на колени себе он положил меч без ножен. По узкому черненному клинку змеилась вязь рун, сообщавших имя владельца… Энту — бог войны.
Второй Всадник Ночи вздохнул, провел ладонью по волосам и, оглянувшись по сторонам и убедившись, что, кроме них двоих, в палатке никого нет, встал с кровати.
— О! Проснулся! — радостно протянул незваный гость. — А я уж и не надеялся…
Принц хмыкнул:
— Это намек?
— Упаси я! — фыркнул посетитель и приглашающе махнул рукою в сторону стола: — Садись, поговорить надо… И к слову о намеках, если бы это был намек, сюда бы пришел не я.
— А кто?
— Да хоть бы… моя невеста.
Гилберт мрачно скривился:
— Угу, вот только мне Дарберы не хватало, особенно в счастливом тринадцатом обличье.
— А что так? Чем тебе богиня смерти не угодила?
— Извини, Энту, но я бы хотел с ней встретиться как можно позже! Мне за Грань пока рановато. Это Диран у нас… идиот, мягко говоря. Лезет куда надо и куда не очень, а я еще жениться обещал.
Бог только ухмыльнулся:
— Какие твои годы? Успеешь. Если не будешь мне под маску заглядывать.
Принц только губы поджал.
Жития богов известны и записаны. Спроси любого ребенка, и он в подробностях расскажет, сколько возлюбленных было у Кринаны, как Доргий сотворил мир и за какую кражу колесовали Воконра (а что с ним будет? Он же бог, бессмертный, как ни крути). Это касается практически почти всех богов. Кроме Энту. О нем не известно ничего. Ни как появился он в Аларии с суженой своей, ни откуда пришел… А еще никто никогда не опишет его лица, скрытого за маской. Одни говорят, что красиво оно, другие — уродливо. Известно лишь, что заглянувшего ждет смерть.
— Это намек?
Бог только расхохотался.
— Гил! Ну что ты за моими словами все время какое-то второе дно ищешь?! Давно пора привыкнуть: у меня что на уме, то и на языке! Я ж сама честность!
— Кроме меча, есть и арбалет. А яд применяется на войне так же часто, как и заклинания.
— Я не имею доступа к Книге Судеб, — покачал головой Энту. — Да и Дарбера лишь читает ее. Кто ее пишет, неизвестно даже нам…
Герцог Алентарский на миг закрыл глаза, устало провел ладонью по лицу:
— Эн, извини, сам не понимаю, что за чушь я несу… Ты зачем пришел?
Бог войны помолчал, словно подбирая слова, и медленно заговорил:
— Ты недавно участвовал в битве. Очень красивой битве… Мое благословение и так всегда с теми, кто связал свою жизнь с войною…
— Короче.
— Скучно мне, короче. Воин лишний тебе в отряд случайно не нужен?
Гилберт так и сел.

ГЛАВА 9
Идет война за наши души…

Фейла оказалась не столь надежна, как казалось с первого взгляда. Да, фактически сейчас Объединенное светлое войско полностью преграждало дорогу врагам. Да, поле подле Фейлы позволяло занять удобное положение благодаря естественным укреплениям, но в целом… В целом было понятно, что обе армии попросту застряли. Светлые ждали активных действий со стороны врага, а армия Благоземья — приказов императора. Тот же словно забыл о своих воинах. Никаких указаний не поступало очень долгое время. И что тут делать? Атаковать просто так? Смести врага с лица земли? А если не получится? Тем более что в центре поля находится Хримтурсова высота. Не получится взять ее сразу — и можно считать, что битва проиграна. А если это произойдет, лучше погибнуть на поле боя, чем выжить. Император ошибок не прощает.
Единственным вариантом действий было — взять с наскока одинокий редут, выходящий далеко за линию обороны Светлых войск. Тогда левый фланг окажется открытым. Но приказа атаковать все не поступало… Оставалось ждать.
Меж тем светлые и сами прекрасно знали свои слабые места. За редутом начали возводиться земляные укрепления — флеши.
И вот, когда тар-керранг Галлит был готов проклясть всех и вся, начиная от этой кхешховой войны и заканчивая адептами Крови, наконец пришло сообщение от императора — атаку можно было начинать. Начинать, когда враги успели укрепиться, возвести флеши и подготовиться к битве.
Первый удар нанесли адепты Крови — благо заклинаний за время войны накопилось достаточно. Над полем пронеслась, сметая все на своем пути, выжигая траву и заставляя разбегаться мелких ящериц, «Огненная Волна». Она уже почти достигла редутов и флешей, когда из-под земли ударили струи воды. Стихийные маги Светлых земель старались вовсю: до воинов дотянулись лишь отдельные, быстро гаснущие язычки пламени.
Впрочем, если местные надеялись, что на этом все закончится, они жестоко просчитались: тар-керранг Галлит давно ждал этого сражения, а потому не собирался так быстро завершать битву. Победа или смерть — так потребовал император. А значит, так и будет.
Удар пехотного корпуса Майхалиса был молниеносным и действенным. Всего несколько минут — и войска оказались в Фейле и уже оттуда смогли атаковать в спину правый фланг армии Ниравиэне.
Одновременно началось наступление на флеши. Атака шла за атакой. Первая волна, вторая, третья. Одна за другой погибли три светлые дивизии: генералов Маайша, Сермиа и Далиана. Казалось, все будет кончено… И лишь удар Мастеров Меча Дубравы отбил последнюю, самую яростную атаку.
Битва длилась долго. Несколько раз казалось, что ее исход предрешен. Удача склонялась то на сторону войск Благоземья, то на сторону светлых. В какой-то миг кавалерия тар-йена ил д'Акера почти разделила светлую армию на две половины, казалось, еще чуть-чуть… Лишь действия генерала Мирфина остановили врага. Тар-йен ил д'Акер был взят в плен.
Близился вечер. Светлыми войсками было отбито уже с десяток атак, попытки обойти флеши с флангов оказались безуспешными. Адепты Крови раз за разом били по врагу использованными ими ранее заклятьями. Приходилось экономить. Пять-шесть ударов — это самое большее, что могли себе позволить верные слуги императора, поэтому нужно было выбирать, каким именно заклинанием воспользоваться.
Последний штурм закончился, когда солнце скрылось за горизонтом. Дивизии ил д'Марфи, ил д'Кронэ и ил д'Элинга попытались взять Хримтурсову высоту, но все попытки выбить оттуда врагов оказались безрезультатными. Активные действия были прекращены.
Битва закончилась, не принеся ожидаемой победы. Фейла была взята войском Благоземья, также захвачена часть флешей, но какой же ценой?!
Погибло более шестидесяти тысяч воинов — это более шестидесяти тысяч верных слуг императора, а вражеская армия так и не была разгромлена. Да, ее потрепали, но не победили.
Войска светлых отступили к Сарминои — столице Баркинии. Тар-керрангу Галлиту оставалось лишь следовать за ними.
Впрочем, отступление длилось не так уж долго. Уже на следующий день тар-керрангу был дан новый бой. Короткий, кровопролитный, он уменьшил армию Благоземья еще на пару дивизий. Галлит был готов проклясть все и всех: кхиноровы адепты словно забыли о своих обязанностях. Со стороны врагов заклятья шли одни за другими, а кровники не отвечали ничем!
К счастью, эта битва закончилась так же внезапно, как и началась. Тар-керранг и понять ничего не успел, как враги снова начали отступать.

…В штабе светлых шел очередной спор.
— А я говорю, если мы уж начали отступать, то нужно продолжать двигаться к Сарминои и удерживать ее столько, сколько сможем!
Чуть слышно шуршал песок в часах — кто-то перевернул их в самом начале совещания, и сейчас этот назойливый звук уже раздражал всех. Впрочем, положить, например, часы набок никто так и не отважился: какое удовольствие ощутить на себе гнев богини времени Алларуты?
— Правильно! Уйдем в сторону, и город будет открыт! Столица падет! Вы это понимаете?
— А еще лучше — дать новый бой! Мы уже начали их уничтожать! Еще чуть-чуть, и враг будет повержен! Вы это понимаете?!
Герцог Ниравиэне только прищурился:
— Я понимаю, что мое предложение звучит кощунственно. Но кто-нибудь из вас, господа, может дать гарантию, что мы победим?
В палатке повисло молчание. А в следующий миг узкая ладонь решительно перевернула колбу с песком набок со словами:
— Гарантии, что победим в этой битве, нет. Впрочем, как нет и уверенности, что проиграем, если изменим направление. Но просто менять курс нет смысла: армия двинется за нами. Я предлагаю отправить небольшой отряд прежней дорогой, а самим двинуться чуть западнее. Оборона Сарминои ничего не даст, а ее взятие не будет означать поражения всех Светлых земель. В то же время, остановившись, например, здесь, мы сможем накопить силы и ударить по врагу… — тонкий палец замер на карте, расстеленной на столе.
На внезапно заговорившем князе Дубравы тут же скрестились все взоры.
Первым отважился вступить в дискуссию король Тиилансы:
— А кто помешает им накопить силы в Сарминои, чтобы ударить по нашим войскам?
Эльф только пожал плечами:
— Тактику выжженной земли никто никогда не отменял.
Пожалуй, именно это и решило все.
Через два дня армия Благоземья вошла в пустынный Сарминои. Город словно вымер. Уехали практически все. Остались лишь больные, раненые… Да еще те, кто уйти не имел права.
И уже к вечеру столица Баркинии запылала со всех сторон. Поджигателей искали, уничтожали, но увы… Ключей от города тар-керранг Галлит так и не получил.
Еще через два дня Сарминои пришлось покинуть.

Если в Темной империи существовал Свободный Поиск, то в Светлых землях все называлось намного проще — партизанская война. Причем в войне этой участвовали как местные жители, так и армейские отряды, по той или иной причине отбившиеся либо добровольно отделившиеся от основного войска.
Предводителем одного из таких отрядов и был Керим бер Турриа. Выходец из Риаты, небольшой деревушки, затерявшейся в Марийтских лесах, он служил в армии уже больше тридцати лет и к моменту начала войны с Благоземьем был майором.
В волосах цвета медвежьей шкуры уже давно поселилась первая седина, но господин бер Турриа был по-юношески боек и упорен. Он стал одним из первых, кто предложил испробовать тактику партизанской войны. Предложил и, получив согласие, ушел вместе со своим отрядом в Марийтские леса. Зная эти земли как свои пять пальцев, бер Турриа раз за разом наносил удары по разрозненным отрядам армии Благоземья. Казалось, сами деревья подсказывали ему, что делать, куда вести своих, когда притаиться средь высоких чейнов, росших по берегу реки, когда выйти на поляну, готовясь к новой атаке. Так казалось. А может, так и было?
На этот раз отряд Керина вышел к самой Риате. Там как раз остановился небольшой вражеский полк, а коли так…
Через несколько часов после того, как партизаны бер Турриа заняли подходящие позиции, наблюдая за молчаливой деревушкой, от небольших покосившихся домов отделилась худощавая фигура.
Смуглый мужчина с волосами цвета соли с перцем осторожно обогнул обручальный камень, отделяющий село от леса, шагнул под своды деревьев, принюхался к чему-то и едва слышно позвал:
— Керин?
По поляне пронесся пораженный шепоток: майор лично проследил за тем, чтобы никого не было видно, а вот сейчас какой-то селянин… Впрочем, самого бер Турриа это не удивило. Мужчина спрыгнул с ветки на землю, шагнул вперед, протянул руку:
— Приветствую, Вайн.
— Зря ты вышел. Если тебя заметят эти…
— Не заметят, — ухмыльнулся военный. — Я договорился с духами.
Житель Риаты только фыркнул:
— Я сотню раз тебе говорил: духов не существует. — Правда, уверенности в том, что он говорит правду, в голосе не было.
— Ага-ага, — закивал бер Турриа, — не существует. И многоликих тоже.
— Да откуда ж им взяться? Особенно здесь? — Вайн хохотнул, пожимая руку. — Рад видеть тебя, брат. Хотя и при таких обстоятельствах.
— Взаимно… Ладно, займемся делом. Давай отойдем подальше и расскажешь, что здесь у вас творится.
Уже через несколько минут Вайн чертил палкой на земле примерную карту Риаты.
— Смотри. Воины разместились во всех дворах. Больше всего у Фирана, Рима и Корена. В нашем доме расположились двое. У Кариты еще чет…
— У Кариты?! Они знают, что она…
— Целительница? Издеваешься? Ты еще заяви, что мы рассказали, кто такая Аниса…
— Ну что ж, тогда действуем так…
Поздно ночью, когда луна застряла среди ветвей деревьев, тишину летней ночи разрезал оглушительный волчий вой. Но раздался он не из леса, а из одного из домов…
А через несколько минут все смешалось. В комнату, где спал тар-кариош ил д'Арист, ворвалась, выбив мощным телом дверь, пантера. Стая волков невесть как проникла на сеновал, где ночевали солдаты. Разноцветная росомаха неторопливо загнала в дальний угол побелевшего от страха полкового лекаря. Вставший на дыбы медведь одним ударом лапы выбил из рук адепта Крови ритуальный нож… А все местные жители куда-то пропали…
То, что не доделали дикие звери, завершили ворвавшиеся в деревню партизаны. Полк тар-кариоша ил д'Ариста прекратил свое существование.

— Завтра снова в бой? — Вайн неторопливо отхлебнул из кружки крепкого травяного настоя.
Керин хмыкнул, катая в ладонях глиняный стакан:
— Разумеется. Как всегда говорила мама: «Нам не привыкать сражаться…»
— Боюсь только, никто этого не оценит, — чуть слышно пробормотал его брат. — Многоликие до сих пор не в чести в Светлых землях.
— И что с того? Я, конечно, не получил этого дара, но даже если бы он у меня был — ничего не стал бы изменять.
— Возможно, ты прав…
Луна горела на небосклоне, ветер гнал лохмотья облаков, а разговор в стоящем на самом отшибе деревни домике все никак не кончался.

…Расстеленная на столе карта давно обтрепалась по краям. В левом верхнем углу проступило застарелое винное пятно. Кто-то не доел яблоко, и сейчас огрызок горделиво возвышался в центре — как раз на набросанном умелой рукой картографа Соэлене.
Вангар эн'Грай недовольно скривился и смахнул на пол остатки плода. По карте растеклось темное пятно от медленно подсыхающего сока.
Герцог Ниравиэнэ решительно мерил шагами пол кабинета. В голове кружилась одна и та ж мысль: «Что дальше?!»
Благодаря совместным усилиям Светлых войск врага удалось отогнать с земель герцогства. Риона это, конечно, радовало, а вот остальных правителей, на чьих территориях началась война, не очень.
Впрочем, с таким же успехом можно сказать, что еще несколько дней назад, когда под угрозой нападения был Соэлен, подобные чувства испытывала большая часть правителей Светлых земель.
— Итак, ближайшие несколько дней столица может спать спокойно, — голос Вангара заставил Риона вздрогнуть.
Герцог только хмыкнул:
— А потом войска в очередной раз сделают новый маневр, и Соэлен постигнет судьба Сарминои.
— Не обязательно…
— У тебя есть варианты?
— Есть, — ответил воин. — Но боюсь, тебе не понравится то, что нужно делать.
— А ты предложи, вдруг все-таки соглашусь?
— Значит, слушай…
Дослушав брата, герцог выскочил из кабинета, с шумом захлопнув дверь. Прошел по коридору и остановился, сверля взглядом стену.
Разумеется, как и предполагалось, идея Вангара Риону не понравилась. А кому, скажите, пришлось бы по душе решение выделить половину армии для соединения с основными Светлыми войсками? Другая половина должна была остаться в Соэлене на случай, если бы маневры все-таки состоялись и столица вновь оказалась под угрозой.
Пусть идея не понравилась, но от этого она не становилась более глупой. Как ни крути, а старший брат был прав: если сейчас помочь объединенной армии, она в дальнейшем в случае опасности придет на выручку тебе.
Впрочем, была и еще одна причина, по которой герцог эн'Грай согласился с доводами брата. И сейчас эта «причина» появилась словно из-под земли. Вышагнула на середину коридора и остановилась перед Рионом, смущенно ковыряя длинным фиолетовым ногтем стену. Уже даже дырку умудрилась проковырять.
В зеленых волосах клирички скромненько притулилась небольшая розочка, а глаза были обильно подведены углем. Некогда серый балахон сейчас был щедро раскрашен во все цвета радуги.
Мужчина нервно икнул и осторожно поинтересовался:
— Чем обязан?
Честно говоря, выяснять, почему Амата оказалась подле двери его кабинета, герцогу совершенно не хотелось: вариант мог быть только один, и за прошедшее время он не то что надоел — опротивел.
— Я тут… Это самое… — осторожно начала девица, сверля взглядом пол, — подумала…
Честно говоря, Риону очень хотелось поинтересоваться, не ослышался ли он, и действительно ли клиричка умеет думать. Сдержался герцог только чудом.
— Я вас слушаю.
— Я тут… Ну…
Герцог попросту не мог понять, что происходит. Пришедшая вместе с братом и его женой клиричка никогда не была столь скромна и стеснительна. Может быть, не она несколько дней назад караулила под окном спальни Риона, когда же он наконец выглянет в окошко? Или кто другой сотворил из огня крошечного пегасика, наизусть повторяющего стихи знаменитого барда Э'Лионора, и заставил странного зверька неустанно следовать за герцогом. Через два часа Риону это надоело, он вызвал мага, каковой и развеял чудное создание к маргуловой бабушке. А может, это засланные враги нарисовали на стене тронного зала огромное сердце со всеми артериями, венами и клапанами и подписали: «Риончик, золотце, я тебя лю…»? Почему автор сего шедевра не закончил фразу, так и осталось неизвестно. Может, его стражники спугнули?
— Что? — не выдержал эн'Грай.
— Тайма обмолвилась, что мы скоро из Соэлена уедем. Вы против не будете?! — наконец выпалила девушка, чудом подобрав слова.
Рион так и замер. Против? С чего бы это? Наоборот, радоваться должен. Правда, сердце отчего-то сбилось с такта, замерло… Да это, наверное, действительно, от счастья.
Мужчина только плечами пожал:
— Да нет, ваше право. Если что в дорогу понадобится, скажите, все будет. Впрочем, я думаю, Вангар ведь с войском отправится, проблем с продовольствием или еще с чем не будет.
По фиолетовым ногтям клирички скользнула крошечная багровая шаровая молния. Девушка прищурилась, дернула плечиком и, неожиданно резко процедив:
— Я поняла! — развернулась и направилась прочь.
Лишь балахон взметнулся куполом, приоткрыв на миг изящные щиколотки.
А герцог так и остался стоять, провожая ее отсутствующим взором. Что-то во всем произошедшем было не так. Но вот что? Не догонять же ее в самом деле, чтобы выяснить, что да как.
Ладно, завтра она уедет из столицы, и тогда все встанет на свои места. Настолько, насколько это возможно во время войны.
Перестанут стучаться по утрам в окно раскрашенные в алые тона голуби, принесшие любовное письмо на ста листах. Прекратят расцветать в дворцовом саду серо-синие лилии с белоснежными сердечками на лепестках. Соловьи по ночам не будут выводить протяжные трели, похожие на заковыристые фразы на старотемном, — то ли ругательства, то ли признания в любви. Все вернется на свои места. Все станет обыденно, просто… И скучно.

…За прошедшие дни тар-керранг Шариф ил д'Аву проклял всех и вся. С десяток небольших вражеских атак изрядно потрепали армию Благоземья. Конечно, все они были успешно отбиты — да восславятся сила и могущество императора и слуг его, адептов! — но осадок неприятный оставался.
Самое ужасное произошло вчера. Вначале лазутчики доложили о том, что в ближайшее время они встретят идущую навстречу вражескую армию. И ладно бы рассказали, что и как, так нет, эти… эти, мягко говоря, не совсем хорошие люди так и не удосужились разведать, что же ждет впереди, какова панорама. Впрочем, Шариф и сам виноват. Купившись на обещания адептов, что все закончится благополучно, он не придумал ничего лучше, как поспешить вперед и…
Дорога, по которой предстояло пройти армии Благоземья, расположилась в узком проходе, между гористой местностью и небольшим озером, носившим, как впоследствии выяснилось, название Тагарозское. Это вызывало нехорошие ассоциации — поговаривали, что именно при Тагарозе Первом Благоземье ушло из Аларии, — но тар-керранг ил д'Аву начхал на голос благоразумия. В конце концов, у солдат так давно не было настоящих боев, а эти странные ночные нападения совершенно не поднимали боевой дух воинов. Да еще и эти адепты — пусть небо их по темечку погладит, да посильнее! — наобещали с три короба…
Короче, Шариф направил войско вперед, совершенно не проверив, что же ждет впереди.
И надо ж было такому случиться, что на узком дефиле, по которому предстояло пройти, дабы встретиться с врагами, была лишь пара расширений — там, где к проходу примыкали небольшие речные долины. И разумеется, об этих неожиданностях шпионы ничего не сообщили. О том, что именно там войско тар-керранга поджидала засада, и говорить нечего…
Солнце еще не взошло, склоны гор окутывал все еще плотный утренний туман. Чтобы было удобнее идти, тар-керранг велел удвоить колонну, дабы продвигаться более широким фронтом. И в это время враги ударили одновременно во фланг и с тыла, а сверху на беззащитных солдат накатил огненный шквал.
Если бы врагами при нападении использовалась магия, то, вполне возможно, заклинания удалось бы повернуть вспять, уничтожив напавших, но над лощиной парил лишь одинокий черный дракон.
Адепты Крови несколько раз пытались сбить маргулову тварь, но та раз за разом уходила и от заклинаний, и от стрел. Даже заряд артбалисты не смог задеть огнедышащее чудовище. Пришлось переключиться на дела более насущные — отбить войска, напиравшие с флангов и тыла.
Впрочем, на это можно было лишь надеяться. Очень быстро «непобедимых солдат Благоземья» охватила паника — и немудрено, за последнее время боевой дух войска пал ниже городских стоков. Тар-керранг, офицеры и адепты тщетно пытались сохранить хоть какой-то боевой порядок. Под вражескими ударами все смешалось: лучники и пехота, механики и маги… Битва длилась три часа, не больше, но за это время тар-керранг проклял все.
На его глазах гибла его армия, его люди. Тар-керранг не мог бы сказать, каким чудом он сумел выжить, он и еще полсотни человек. Полсотни из двадцати тысяч пришедших на эти земли. Конечно, каждый знал, на что он идет, но… Боги, как больно сознавать, что ты ничего не в силах сделать.
Остатки некогда могучей армии Благоземья медленно отступали. Шли туда, где когда-то были открыты червоточины. К счастью, один адепт выжил, и уж он-то сможет приоткрыть проход обратно домой.
Конечно, император будет в гневе. Он считает, что лучше погибнуть, чем возвратиться с поражением… Но тар-керрангу сейчас уже было все равно. Кому суждено быть повешенным, тот не утонет. И раз боги написали в Книге Судеб, что ил д'Аву погибнет до конца этого года, так какая разница, где это произойдет, на землях проклятой всеми богами Аларии от рук врагов или в Благоземье, по приказу императора? Разницы нет уже никакой.
Единственное, что радовало, разбита была только его армия. Сведений о поражении других, высадившихся на этих землях (как в Светлой, так и в Темной частях материка), пока не поступало. А раз так, можно было надеяться, что беда постигла лишь войско Шарифа.
Тар-керранг не имел никакого понятия, что по его следам движется объединенное войско Ордена Предвечной Тьмы и представителей Свободного Поиска на землях Темной империи. Впрочем, если бы и знал, это ничего бы не изменило.
Особенно если к этому добавить, что несколько дней назад армия, высадившаяся на восточных берегах Аларии, была разбита в пух и прах. Император, в отличие от Шарифа, об этом уже знал. Надежда оставалась только на западное направление, но и та таяла просто на глазах. Пятый Маркийский корпус, еще недавно подававший хоть какие-то надежды, был вырезан буквально за ночь. И кем?! Маргул его знает кем… А ведь еще месяц назад…
Эх, да что там говорить? Война с Аларией была уже практически проиграна по всем фронтам. Впрочем, возможность набора нового войска, по примеру великих полководцев прошлого, пока никто не отменял, а раз так…
Надежда остается до последнего. Или умирает последней. Перед ней умирает надеющийся.

…За проведенное в Благоземье время Кей обследовал императорский замок вдоль и поперек. Впрочем, представить себе, что в Благоземье существовали места, куда не могла проникнуть черная пантера, обладающая человеческим разумом, трудно. А в те места, что все-таки были недоступны огромной кошке, мог легко попасть человек, обладающий звериными инстинктами.
Пару раз многоликий сталкивался в коридорах с Влариэлем. Вежливо раскланивался с эльфом, улыбался, обменивался ничего не значащими фразами… А самому хотелось придушить собеседника на месте.
Впрочем, какой смысл винить кого-то в своем падении? Сам виноват, сам и расхлебывай. Прежде чем бросать кому-либо в лицо обвинения, нужно хотя бы убедиться, что они обоснованы. А раз не удосужился… Сам и виноват. Что тут еще скажешь?
Еще несколько встреч состоялось с императором Благоземья.
Однако царственный хозяин дворца практически не общался с гостем. Получил необходимую информацию, и довольно. Пусть этот «предатель» радуется, что по замку свободно гуляет. Мог бы в подвалах на цепи сидеть, а сам спокойно везде ходит.
Как бы то ни было, на данный момент не исследованной Кеем оставалась лишь одна комната. Та, что с пентаграммой. Пока многоликий был в ней всего один раз — и то, когда там проводился несколько странный обряд. Суть его оборотень уловил, но хотелось бы разузнать поподробнее. Тем более, если с помощью этой пентаграммы можно было давать энергию войскам, так следует с ней что-то сделать.
Линии пентакля горели ровным лиловым светом. Изредка в центре появлялись полупрозрачные мужские и женские фигуры, тающие прямо на глазах. Они протягивали к замершему у входа оборотню руки, что-то шептали, но даже чуткий звериный слух не позволял понять, что они говорят.
Хотелось шагнуть вперед, коснуться призрачных ладоней…
Юноша мотнул головой, отгоняя наваждение, и лишь после этого заметил, что он уже практически стоит на искусно вычерченных линиях. Пора было что-то делать. В прошлый раз, когда в этой комнате проводился столь странный обряд, проникнуть сюда удалось с трудом: такого количества охраны Кей не видел даже возле храма Тирелены во время ее ежегодного явления народу.
Многоликий медленно, по кругу, обошел пентаграмму, чутко прислушиваясь ко всему происходящему — не хватало еще попасться здесь с поличным, вовек не отбрешешься.
Шаги были едва слышны. Комната освещалась лишь блеском линий пентакля. По стенам метались странные, искаженные тени. За окном тревожно закричала ночная птица, и оборотень вздрогнул, бросив испуганный взгляд на неплотно закрытую дверь. Нет, почудилось, нет там никого. И хвала всем богам за это.
Кей присел на корточки, осторожно провел ладонью по-над линиями пентаграммы. В кончики пальцев кольнули крохотные невидимые иголочки. Эх, если бы знаний хватило понять, как действует эта… эта… Оборотень тихо ругнулся, не в силах подобрать нужное слово. Честно говоря, ругаться хотелось намного сильнее и дольше. Хотя бы потому, что было понятно, что во всем происходящем виноват ты сам. А когда вся проблема в тебе… Виноватому даже в лицо не плюнешь. Разве что в зеркало посмотреться.
Звериный слух намного тоньше человеческого. Он позволяет не только понять, что кто-то приближается, но и догадаться, чьи шаги слышатся за твоей спиной.
— Что ты здесь делаешь? — голос Ренины чуть дрогнул.
А Кей даже не обернулся:
— Не спится.
— Ага, — хмыкнула девушка, — и ты не придумал ничего лучше, как прийти сюда?
— Какая догадливость…
Судя по голосу, принцесса нахмурилась.
— А если я позову стражу?
На этот раз Кей помолчал чуть дольше.
— А твой отец знает, что ты здесь?
— Ему не надо этого знать!
— Как и страже, ты не находишь?
Молчание затянулось. Оборотень уже подумал, что он слегка перегнул палку, как за его спиною почувствовался слабый запах крови, а через мгновение в воздух взмыл крошечный световой шарик. Парень обернулся как раз в тот момент, когда принцесса, спрятав куда-то в одежду небольшой кинжал, прижала пальцем крошечную рану на ладони.
— У вас, что, вся магия на крови замешана?
— Ну и что с того? — скривилась девушка, стирая капельки крови с руки.
— Да нет, ничего… Просто… Странно. Так никакой крови не хватит.
Новая гримаса.
— Не обязательно тратить именно свою кровь. И папочка вовсю этим пользуется.
Парень задумчиво прищурился… А затем протянул руку:
— Дай-ка свой нож.
Ренина непонимающе уставилась на него:
— Тебе зачем?
— Там, откуда я родом, считается, что кровь… некоторых существ имеет очень интересные свойства…
— И что? — недоверчиво хмыкнула девушка. — Ты относишься к этим существам?
— Сразу и проверим.
О том, что кровь оборотня способна как-то повлиять на посвящение Властелина, Кей впервые услышал еще в детстве. Когда-то, когда был еще ребенком, верил в эту байку. Подрос, понял, что все это — не больше чем сказка. А недавно выяснилось, что любая сказка может оказаться былью. А насколько эта сказка-быль страшна, проверять не будем.
Тем более то, что многоликий собирался сделать сейчас, к Властелинам не имело никакого отношения.
Юноша взвесил в руке кинжал, переданный ему принцессой, и осторожно царапнул лезвием по запястью. Конечно, можно было воспользоваться собственными когтями, но оборотень решил не показывать свои способности. Во-первых, еще неизвестно, как эта пентаграмма отреагирует на проверку, а во-вторых, неясно, на чьей стороне принцесса. Нет, конечно, она не подчинилась отцу, не пролила кровь ребенка, но это еще ничего не значит.
Капля крови скатилась по коже, упала на линии пентаграммы…
Пляшущий над головой оборотня огонек на мгновение моргнул, заметался в разные стороны. Принцесса поморщилась — у нее внезапно закололо в висках.
А по линиям пентакля расползлось неопрятное черное пятно изъязвления в несколько дюймов длиной…
Конечно, это еще ничего не значило, но оборотень внезапно вздрогнул, с шумом втянул воздух ноздрями и, резко вскочив, вцепился в запястье Ренине.
— Уходим!
— Что?! — не поняла девушка.
— Сюда идут. Хочешь объясняться, что ты здесь делала?
Еще раз повторять не пришлось.
Ренина так и не поняла, по каким коридорам ее вывели из комнаты с пентаграммой. Несколько раз приходилось останавливаться, прятаться за тяжелыми бархатными шторами, пропуская спешащих слуг. Еще несколько раз мимо притаившихся в темных коридорах Ренины и Кея прошли мрачные стражники. А когда девушка уже почти успокоилась и поверила, что все закончилось, рядом с нею прошел — протяни руку и дотронешься — отец.
— Быстрее! Рядом с пентаклем кто-то есть! Пентаграмма повреждена!
Следом за Гэлермом скучающе шагал Влариэль. Несколько минут назад к нему в комнату постучались слуги, заявившие, что эльфа желает видеть император. А когда заспанный мужчина явился пред гневные очи будущего свекра, ему пришлось сперва выслушать лекцию на тему «всех возможных врагов мы уничтожим», а потом идти проверять, кто там может суетиться возле пентаграммы.
Когда император с сопровождающими скрылся за поворотом, Ренина было направилась в противоположную сторону, но Кей поймал ее за руку:
— Стой.
— Но…
— Стой, — настойчиво повторил оборотень и потянул девушку, прячась с нею в тенях. — Они сейчас вернутся.
И точно. Уже через несколько минут разъяренный император и сонный флегматичный эльф прошагали в обратную сторону. Гэлерм рвал и метал:
— В моем замке, в самом сердце Благоземья кто-то посмел…
В отличие от него Влариэль был спокоен и чуть печален. Он был уверен, что, не рассказывай ему император о том, как они легко и быстро поймают и уничтожат врага, и его действительно бы поймали и уничтожили…
Наконец они прошли мимо, шаги уже стихли, и лишь после этого Ренина решилась шепотом спросить:
— Теперь можно идти?
Многоликий кивнул, но мысли его были очень далеко…
Если с помощью этой пентаграммы направляется Энергия для помоши солдатам Благоземья… А одной капли крови оборотня хватило для того, чтобы пентакль был хоть и не сильно, но поврежден… Нужно только решиться.

…Тяжелая гномья дружина прорезала вражеское войско как раскаленный нож масло. Услышь кто-нибудь из Миринового хирда подобное сопоставление, и сравнившему пришлось бы очень туго. Сами жители Подгорных городов ценили лишь одно сравнение — с тяжелой секирой. Недаром же по самой популярной версии старинной легенды Цырлог пользуется именно топором, а не какими-то там ножичками.
Как бы то ни было, от Подземных городов до фронта Мириновый хирд добрался намного быстрее, чем Торм добирался до Подземных городов. К сожалению, к тому моменту, как гномы приблизились к основному театру боевых действий, армия Благоземья уже покинула Сорминои, но в этом были и положительные стороны.
Движущееся по дороге войско растянулось на многие мили. Голова давно покинула пределы Баркинии, а хвост только выползал из пылающей столицы.
И именно по тылам и ударил гномий хирд. Вооруженные до зубов подгорные жители попросту смели исхудавших солдат «победоносной армии Благоземья». В первый момент атакованные еще пытались сопротивляться: у кого-то из гномов оружие мгновенно покрылось ржавчиной, у кого-то носом пошла кровь…
Впрочем, единственного, невесть как задержавшегося в тылах адепта Крови уничтожили одним из первых, а потому дальнейшая битва шла не так уж и долго.
Всего несколько минут — и все было кончено. Мириновый хирд вновь оправдал свое название.
Теперь предстояло решить, что же делать дальше.
В любом случае вся ответственность лежала исключительно на Торме. Хирдман никогда бы не осмелился оспаривать его решения, а потому…
Уже через полчаса отборная гномья дружина маршировала по дороге, ведущей прочь из Сорминои. В конце концов, раз уж вышли из Подгорных городов, так не возвращаться же туда после одной-единственной битвы? Тем более что наверху война еще не закончилась, а раз так, можно еще в стольких сражениях поучаствовать!
Гномы и понятия не имели, что где-то далеко подобная дилемма стояла и перед Объединенным светлым войском: солдаты тар-керранга Галлита двигались в сторону Миллинга. Это было понятно всем и каждому.
А еще другое — врага пора атаковать. Но когда это делать? То ли сейчас, пока армия Благоземья в пути, то ли позже, когда до города останется всего ничего и оттуда, случись что, сможет подойти подкрепление. Ну и плюс партизаны помогут хорошенько потрепать армию чужаков во время перехода.
После непродолжительных споров было решено пропустить врагов до Миллинга и уже там…

Князь Дубравы считал, что это бессмысленная трата времени и сил, но в этот раз его никто не стал слушать. Выйдя из палатки, где проходило совещание, эльф тихо выругался. Даже идиоту понятно, что враги надеются закрепиться на Светлых землях, отдохнуть до весны и с новыми силами ударить по обороняющимся. Но ведь не объяснишь этого тем, кто тебя слушать не хочет!
Внезапно перед Мирителем как из-под земли возникла хрупкая фигура. Диниль ли'Алиристиаль на миг склонилась в поклоне, а затем чуть слышно поинтересовалась:
— Вы позволите кое-что вам показать, милорд?..
Задавать лишних вопросов князь не стал. Зачем, если сейчас все увидит своими глазами и поймет. Стражи не бросают слов на ветер.
Проведя правителя Дубравы практически по всему лагерю, девушка наконец остановилась перед одной из палаток и, откинув полог, скользнула внутрь, сделав приглашающий жест.
Внутри обнаружились двое. Аэлиниэль и ее супруг. И сейчас эта парочка занималась тщательным рассматриванием небольшого, удобно примостившегося на ладони у оборотня черного шара.
— И? — удивленно поинтересовался князь. Пока он не видел ничего интересного.
— Вы позволите? — Дина, похоже, до того как пришла к Миритилю, разговаривала с Аэлиниэль и Шамитом.
По крайней мере многоликий, не спрашивая, что подразумевает Страж, попросту протянул ей шар.
Девушка бережно, двумя руками, перехватила хрупкую сферу и осторожно протянула ее князю:
— Видите?
— Вижу, — не стал спорить мужчина. — Правда, не пойму, что в этом такого… особенного. Ну кроме отчетливого душка темной магии.
Шамит только вздохнул:
— Тот, кто его… изготовил, утверждал, что внутри находится страх. Очень сильный. И если его разбить, мало не покажется никому.
Зачем его сюда привела Дина, Мирит понял сразу:
— А… там конкретный страх? Именно боязнь чего-то определенного? Или страх вообще?
— Без понятия, — пожал плечами оборотень.
А Аэлин на миг прищурилась:
— Но ведь это не принципиально? Магия, конечно, темная, но я думаю, если мне кто-нибудь поможет, можно будет сделать так, чтобы страх из шара, в случае если его разбить, не подействовал на наших солдат и был у каждого свой? Правильно, Дина?
Девушка на миг задумалась… А потом уверенно кивнула:
— Думаю, можно. Но нам в любом случае необходим хозяин заклинания. Уж больно запоры… странные.
Именно в эту минуту и была решена дальнейшая судьба «непобедимой армии Благоземья».

…Дождь над Миллингом начался еще с утра. Крупные капли выстукивали незатейливую дробь по мостовой, а я откровенно скучал.
Нет, честное слово, я тут скоро со скуки с ума сойду. До этого можно было хоть потренироваться, раз врагов пока нет и не предвидится, а с этим дождем… Единственное, что радовало, быстрого наступления армии Благоземья можно было не ожидать. По такой грязи к нам не скоро дойдут. Еще бы — целый день такой ливень…
Я уже даже все книги, какие только были, перечитал, перелистал и просмотрел.
— Делом бы лучше занялся, — мрачно хмыкнул у меня над ухом знакомый голос.
Честно говоря, за прошедшее время я начал привыкать к неожиданным появлениям и исчезновениям Дара, а потому даже оборачиваться не стал.
— Интересно каким?
Легкий вздох:
— Скоро будет новая битва. Тренируйся.
Угу. Во время дождя. Или он мне предлагает здесь, в помещении, этим заняться? Запустить, например, пару-тройку «Поцелуев Царицы»? Комендант Миллинга будет просто счастлив.
Я наконец обернулся к деду. На этот раз он был совершенно непрозрачен. Так посмотришь — и от живого не отличишь. А кстати, какой он? Живой или не очень? Нет, понятно, что так он помер много лет назад, но сам факт… Да и появление его в Миллинге несколько сложновато отнести к обычному событию. И это еще мягко сказано.
Кстати, о появлении.
— Я все хотел спросить… — осторожно начал я.
— Да?
— Вот то, как ты здесь появился…
Как назло, подходящие слова попросту не получалось подобрать, а дедушка словно издевался, не собираясь мне хоть как-то помочь, подсказать…
— Ну? Что «как я здесь появился»?
— Откуда ты вообще взялся?! — наконец выпалил я. — Ты же за Грань ушел!
— А ты этим недоволен?
— Конечно, мне тут и одному тесно, а двум Властелинам вообще не развернуться! — Ну да, не один он может язвить. — Я просто не пойму, — уже спокойно попытался объяснить я, — ты же ушел. И даже вроде как радовался тому, что у тебя это наконец получилось. А тут вдруг… Ты как здесь появился? И кто ты, призрак или нет? Я просто не пойму! Я не пойму даже того, видит ли тебя кто-то, кроме меня, или я один такой… одаренный. Нет, я согласен, ты сам сказал, что я тебя выдернул, но… Неправильно все как-то! Неправильно!
Дед только хмыкнул:
— Малыш, ты столько вопросов задаешь! Вроде возраст «почемучки» давно прошел… Ты еще спроси, почему у тебя камень в короне неправильного цвета.
— А ты знаешь, почему?! — тут же уцепился за его слова я.
Дариэн закатил глаза:
— Ох… Считай это наградой за битву с демонами. И вообще не нервничай ты так… Видений у тебя нет, Властелины расстройством психики не страдают. И происходящее совсем не плод больного воображения. Просто… Ты, когда обращался к изначальной силе, позвал слишком громко, ну и потянул хорошо… Вот мне и разрешили некоторое время побыть здесь. Полюбоваться, так сказать. Как только эта война закончится, я сразу уйду.
— Эта?! — я зацепился за слово.
Новый грустный смешок:
— Сложно назвать поколение, при жизни которого не произошло бы ни одной войны.
Я мучительно пытался подобрать ответ, но, как назло, в голову ничего не приходило. А когда наконец появилась первая здравая идея, выяснилось, что Дар пропал так же внезапно, как и появился.
Ну нет в жизни счастья!
Единственное, что радовало, — боги, похоже, решили, что хорошего понемножку: дождь на улице, кажется, начал стихать. Пойти, что ли, действительно потренироваться? А что мостовая мокрая и скользкая, только лучше — тяжело в учении, легко в бою.
К тому моменту, как я дошел до тренировочной площадки, дождь закончился. Нет, честное слово, надо было раньше отправиться позаниматься. Глядишь, погода бы уже давно улучшилась. И какая разница, что под ногами хлюпает грязь, а с севера дует холодный промозглый ветер, — все-таки надвигается осень…
В том, что, кроме меня, на тренировку никто не придет, я и не сомревался: приближается враг, все заняты своими делами. Каково же было мое удивление, когда на обломках лавочки, под одиноким деревом — там, где при первой нашей тренировке сидел Ниш, — я заметил чью-то скрючившуюся фигурку. Кого это принесло?
Я шагнул вперед и подавился воздухом. Меньше всего я рассчитывал увидеть здесь Тэ…
Чахлая листва плохо защищала от капель дождя, а девушка, похоже, провела здесь довольно много времени: волосы и одежда насквозь промокли, и сейчас «принцесса» сидела, обхватив себя обеими руками за плечи и уставившись мрачным взглядом в землю. Услышав мои шаги, расколдованная крокозябра вскинула взгляд и, уныло вздохнув:
— А, это ты, — опять принялась сверлить взором булыжники, устилавшие землю.
А кого она ожидала здесь увидеть? Превеликого Доргия?
— Что случилось? Что ты здесь делаешь?
Она только отмахнулась:
— Какая тебе разница… Шел по своим делам, ну и иди дальше…
Красиво она меня послала. А главное — далеко и надолго.
Я осторожно опустился рядом с нею на мокрую скамью — кто этих женщин знает, сейчас как молнией какой-нибудь швырнется, и доказывай потом, что ты не маргул.
— А все-таки?
Тэ шмыгнула носом:
— Что «все-таки»?
— Что случилось?
Девушка отвела с лица мокрую прядь волос.
— А ты что, не видишь?! — Кажется, в ее голосе проклюнулись слезы.
Будь на ее месте та же Элиа, и можно было бы спокойно взять ее за руку, отвести в какую-нибудь комнату, напоить горячим вином, чтоб не простыла… Но с этой же неясно, что делать! Скажешь сейчас что-нибудь, верещать начнет не хуже той крокозябры. Интересно, как Рон с той торговкой умудряется общий язык найти?
— Не совсем, — осторожно сообщил я.
— Да что тут непонятного, — вот теперь слезы полились ручьем. — Все ужасно! Я неизвестно где, неизвестно с кем. Непонятно, что делать, как жить дальше. Меня заколдовали, пытались убить! Причем сделали это те, кому я доверяла! Понимаешь?! — Девушка вытирала бегущие по щекам слезы, но это не помогало: глаза покраснели, нос распух…
— Понимаю… — тихо вздохнул я.
И вот что ей сказать? Не волнуйся, все будет хорошо?
— И с каждым днем все хуже и хуже! Все просто рушится!..
— Не волнуйся, все будет в порядке…
А что я еще мог сказать?
Тэ хлюпнула носом, подняла на меня глаза:
— Правда?
— Конечно, — постарался улыбнуться я, хотя уверенности в сказанном совершенно не чувствовал.
Принцесса провела ладонью по лицу, стирая дорожки слез… А потом неожиданно чмокнула меня в щеку:
— Спасибо.
И, пока я ошалело хлопал ресницами, пытаясь понять, что же произошло, растаяла в воздухе, сказав на прощанье:
— Ты хороший…
Вот и пойми этих женщин. Что я ей такого сказал?
Хотя она тоже ничего. Симпатичная.
Ой, да о чем я думаю? Мне тренироваться надо, вот! Враги скоро придут, а я тут с какими-то девчонками болтаю. Так, начать, пожалуй, стоит с «Плети Тьмы».
Однако оказывается, что физические упражнения знатно прочищают мозги. В частности я понял, что дурак. Сколько времени уже снята осада, а мы так и не связались с остальными силами и не выяснили, как действовать дальше. Нет, что держаться — это понятно, другой вопрос, пора бы согласовать наши действия.
А то что-то непонятное выходит — правая рука не знает, что творит левая. Дело даже не в знании всех стратегических задумок и планов, просто если к нам идет подмога (ну а вдруг?), то мы должны хотя бы подготовиться. Ну по крайней мере, не будем гвоздить по своим и бегать по стенам с идиотскими воплями.
Отец рассказывал, как один раз своих так изрядно поджарили. Не хотелось бы оказаться на месте подобных… существ. Только сперва нужно выбрать метод связи. Гонцов не пошлешь — кто его знает, где сейчас находится штаб. Не бегать же им по всей Аларии с воплями «Светлый штаб, ау-у-у-у!!!». Да и перехватить их как нечего делать.
Магического вестника тоже опасно отправлять. Кто его знает, как адепты могут на него повлиять. Может, они в состоянии поменять содержание письма? И вместо того чтобы пойти на юг, армия дружно ломанется на восток или вообще будет стоять на месте до посинения. Противника.
Связаться по Хранителю я могу только с членами своей семьи. Ну или будущими, если вспомнить невесту Тери. Вот только сильно сомневаюсь, что Темный Властелин всея империи сидит в Светлом штабе и гоняет тамошних генералов. Нет, от отца всего можно ожидать, но не тогда, когда врага еще не выгнали со своей территории.
Вывод — будим Рина. Не фиг спать, когда родина в опасности! И плевать, что не своя. Я же не сплю, так что пусть и длинноухий мучается. Днем отоспится. Если получится. Вот ни за что не поверю, что у длинноухих нет своего аналога Хранителей, особенно у правящей семейки. При всей свободе Эльсирин все же принц, а потому должен иметь связь с отцом. Мало ли, вдруг срочно потребуется его присутствие на каком-нибудь мероприятии? Например — собственной свадьбе…
Ладно, хватит размышлений — пора стаскивать братца с кровати. Самое главное — его найти. Что, впрочем, не такое уж сложное задание. Особенно если учесть наше с ним пусть отдаленное, но родство. Так что скоро я уже топтался перед дверью эльфа. Совесть попыталась робко вякнуть, что рады мне не будут. Однако долг, врожденная вредность и шило в некоем месте выступили единым фронтом, и эта, несомненно, приятная дама была нагло заткнута.
После десяти минут громкой и вдумчивой долбежки дверь все же открыли. Правда, я настолько увлекся, что чуть не въехал родственничку в лоб. Но это уже мелочи. Сказать, что Рин был счастлив лицезреть мою физиономию, — это ничего не сказать. Встрепанное, заспанное, придерживающее одной рукой спадающие штаны чудо мало походило на представителя расы дивных. А уж его выражения эмоций больше подходили матерому грузчику или сержанту-инструктору.
— Я тоже очень рад тебя видеть, — кивнул я в ответ. — Но мне очень нужно с тобой переговорить.
— Посреди ночи?! — стон светлого «великомученика» удался на все сто!
— А чем тебя это время не устраивает? — немного наигранно удивился я.
— Тем, что я в этот момент обычно сплю! — Родственник едва не рычал…
— Чем быстрее переговорим, тем быстрее ляжешь, — обнадежил я страдальца. — Ты меня впустишь?
Эльф вдруг покраснел. Причем так густо, что выступающие кончики ушей стали больше походить на раскаленную стальную заготовку. Мне даже шипение остывающего металла почудилось.
— Давай лучше найдем другое место. — Рин плотно прикрыл за собой дверь, пригладил стоящие дыбом волосы и выжидательно посмотрел на меня.
— Ты обуйся хоть, что ли?
В принципе можно было телепортироваться ко мне, но вот после тренировки меня обуяла странная жадность на магическую силу. А вдруг понадобится? В общем, предполагалось, что ко мне придется идти пешком.
Братец что-то невнятно буркнул себе под нос и скрылся за дверью. Вскоре он появился не только в сапогах, но и в рубашке. Да и прическа как-то мгновенно перевоплотилась в подобающую косу.
Конечно, мне было интересно, что же такое кузен прячет в комнате, но, как говорил отец, некоторые тайны должны оставаться тайнами, как бы тебе ни хотелось их разгадать. Пусть, меня это не касается, и точка. Кажется, родственничек это понял, потому как заметно расслабился. Вот и правильно, нам еще разговаривать на довольно серьезные темы, так что озлобленность здесь явно лишняя.
У меня в комнате Рин с плохо скрываемым желанием покосился на кровать и сладко зевнул. Ну да, разбудили ребенка, сон досмотреть не дали. Кстати, прогулка оказалась не лишней, он хоть перестал тереть глаза и немного взбодрился. А у меня появился новый вопрос: почему возле комендатуры так мало патрулей?! Это стратегический объект или так, памятник культуры? Или солдаты опасаются находиться здесь, чтобы не попасть под горячую руку собственного начальства?
Ладно, потом разберемся. Пока же стоит загрузить эльфа, а то зевает он все чаще и чаще. Так уснет, буди его потом.
— Рин, ты сейчас можешь связаться с отцом? — присаживаясь за стол, начал разговор я.
— Нет, — во всю пасть зевнул Рин.
— Почему?! — Нет, эти светлые что, совсем о собственной безопасности не думают?
— Потому как он явно спит и пошлет меня в Дубраву. Грибы собирать, — ласково-ласково, как маленькому, пояснил мне Рин.
— Рин, а ничего, что сейчас война идет? — вкрадчиво поинтересовался я, всеми силами сдерживая желание то ли заорать, то ли застонать, то ли запустить в кузена чем-нибудь убойным. Да хоть одним из фолиантов, лежащих на столе. Этим «кирпичом» и грона пришибить можно.
— Э… а при чем здесь это?
Так, все, мне надоело разговаривать с полусонной личностью, у которой, по всей видимости, мозги еще не проснулись. Так что… Где тут у нас вода?
Мне даже магия не понадобилась. Взял со стола кружку… и выплеснул все ее содержимое на кузена!..
Мокрый и обиженно хлопающий ресницами эльф больше походил на облитого водой щенка. Во всяком случае выражение глаз и торчащие в стороны уши натолкнули именно на это сравнение. Что я и озвучил.
Теперь дергаться пришлось мне. Уворачиваясь от небольшой такой, компактной молнии, сорвавшейся с руки эльфа. В общем, Рин окончательно проснулся и теперь злился на меня весьма активно. Что было очень даже хорошо для дальнейшего разговора.
— Да ты пойми, — пытался втолковать ему я, — будет же чистой воды идиотизмом не согласовать наши действия с остальными вооруженными силами. Нужно ж хотя бы просто знать, куда движется армия?
— Ты… темный… — цензурные слова у эльфа, по всей видимости, закончились.
— Ну да, а ты что, не знал? — «искренне» удивился я.
— Прибью, — мрачно пообещали мне и наконец приступили к делу.
М-да, я, конечно, горжусь своими предками, но сейчас это чувство скакнуло до невообразимых высот. Особенно по отношению к тому, кто придумал Хранителей. Казалось бы, простой амулет, а такая полезная вещь! Связываться при помощи него — сплошное удовольствие. Поскольку светлые работали по старинке. В смысле накладывали на себя заклинание, достигали какого-то там «резонанса» и отправлялись в «иные пласты бытия». В общем, издевались над собой, как могли.
Теперь, по крайней мере, понятно, почему кузен так не хотел использовать этот способ. Повторять подобное часто и без крайней необходимости я бы тоже поостерегся. Так что на общественных началах стал изображать из себя недреманного стража безжизненной эльфийской тушки, валявшейся на моей кровати. В смысле, пока родственник витал где-то там и беседовал со своим отцом — сидел и «мило» улыбался всяческим сущностям, стремившимся покуситься на столь лакомый кусок.
Оказывается, представителей нашего рода боятся везде. Стоило мне только покоситься на излишне ретивую тень, чуть показать клыки и дернуть хвостом, как всех незваных гостей словно лейна языком слизывала. Так и развлекался, пока светлый не зашевелился на кровати. Ну да, пришлось пожертвовать на благое дело собственное ложе! Валяться на полу, пусть даже и на шелковом покрывале, Рин отказался напрочь. Да я особо и не настаивал…
В общем, кузен очнулся, выпил заранее приготовленный кубок вина (одно из лучших, честно стыренное из отцовского винного погреба) и, стеная, охая и витиевато проклиная неугомонных темных, принял сидячее положение. Немного побуравил стену взглядом и стал рассказывать.
В общем, отец не сильно обрадовался визиту сына в такое время. Хотя и высказал свое недовольство сдержанно и элегантно. Вот что значит — князь! Даже когда его посреди ночи будит истерический вопль сына (сам слышал, просто интересно стало, как же они друг друга находят, конкретной привязки, как в Хранителе, я не видел), он не ругается, как некоторые безответственные личности.
А как только узнал, зачем именно его разбудили, то даже похвалил. Меня. Правда, сделал это как-то странно, кузен даже признаваться не хотел, что именно сказал его вельможный отец, только мямлил что-то невнятное.
В общем, Рин пристал к нему с вопросами на тему «как дальше жить?» и что решил светлый штаб. Ой, Объединенный штаб Светлых сил, или сокращенно ОШСС, они теперь так называются. В общем, что было и какие дальнейшие планы.
Князь рассказал, что дела идут не совсем хорошо. В частности, захватчика все же бьют, но как-то слишком уж много потерь. Про дела в Темных землях он практически ничего не знал, но вроде там все в порядке. Собственно, если бы что-то пошло не так, отец мне бы уже сообщил. Ну или Марика бы побеспокоилась.
Планы… здесь все было неясно. Во-первых, мне просили передать большой привет и благодарность за то, что из-за одной темной личности первоначальная стратегия разгрома на подготовленной линии помахала всем фиолетовым хвостиком. Враг просто не дошел до того места, где его предполагалось торжественно разбить. Ну извиняюсь, я же не знал! Да и знал бы — все равно не стал сдавать город. Просто послал бы врага подальше. Мало способов, что ли?
Хотя если честно — не представляю, что бы делал. А, да ладно, что случилось — то и случилось. Не люблю сослагательного наклонения «если бы».
В общем, армии гонялись друг за дружкой и пытались вырвать победу. Нам предлагалось сидеть там, где сидим. По всей видимости, решающий бой произойдет именно здесь. Так что нам следует быть готовыми и помочь окончательному разгрому войск захватчика.
Что будет дальше — эльф либо не знал, либо не стал загадывать. Ну да, нужно же сперва выгнать врага со своей территории, а потом уже думать — стоит ли лезть на чужую. Хотя в этом случае, я полагаю, придется. Чтобы потом спать спокойно, а не ждать, когда же опять придут незваные гости и не попросят хозяев освободить жилплощадь.
Кроме того, разрозненным отрядам, которые действуют на захваченной территории Светлых земель, скажут, чтобы они подтягивались к Миллингу или к армии — что кому будет ближе. Посему мы должны быть готовы к приему гостей. Ну и патрулирование местности тоже на нас. Магическая разведка — это, конечно, хорошо, но и излишне надеяться на нее тоже не стоит.
Угу, а то мы не знаем, как эту самую магию можно обойти. Ну или исказить. Смотря что нужно.
Ладно, хватит мучить бедного родственника, а то он челюсть себе вывихнет, зеваючи. Утром надо будет обрадовать коменданта, составить приблизительный список действий и затем снова показать его начальству. Мало ли, в осаде я участвую в первый раз, так что могу что-то и пропустить. В то же время учиться никогда не поздно, вот и буду стараться. Свою-то, магическую, сторону дела знаю, а вот все остальное…

В ожидании событий время всегда тянется как резиновое, уже сколько раз замечал. Вроде бы и делом занят, а все-таки не знаешь, куда себя приткнуть. Вот и сейчас, когда выдался небольшой перерыв, я задумчиво изучал пейзаж, опершись локтями на стену между зубцами. Где-то там, далеко, к городу шли вражеские войска, а здесь народ лихорадочно готовился к продолжению осады. Ревели запряженные в телеги волы, на которых в город возили воду. Кажется, стихийник сумел вытребовать себе подмогу. Ну и правильно. А я сразу сказал, что в одиночку он много не натаскает. Сперва думать надо, а потом — действовать, а не наоборот.
Хотя на мой взгляд, это тоже глупость. Нет, запас, несомненно, важная вещь, но вообще-то стоит восстановить водоносные слои под городом, а потом уже заниматься остальным. Здесь как минимум есть три мага, способных на совместные действия. Наверное, и среди местных «старичков» тоже найдется кто-нибудь со стихией воды или земли, так что же они медлят?
Ладно, я как тот мург — прокукарекаю, а встанет солнце или нет, не мои проблемы. С самого утра меня не отпускает странное состояние, как будто нахожусь в полусне. Да и на разговоры тянет. Философские. То ли к дождю, то ли к драке. Хотя на небе ни тучки, а на горизонте безлюдно. Но погода на то и погода, чтобы пугать своим коварством. Хотя от ливня не отказался бы. Такого, сильного, мощного, как большой весенний. Только на один день, за неделю просто взвою.
Эх, как хорошо в тишине и одиночестве…
— А что ты тут делаешь? — раздалось из-за спины.
Чуть шаровой молнией не кинул с досады. Стою себе спокойно, никого не трогаю, зачем лезть?
— Природой любуюсь! — Вся моя созерцательность угрожающе затрещала, норовя рассыпаться кусками.
Ну и зачем эту принцессу принесло на стену? Разве она не должна быть со своими людьми?
— Да, у вас красиво… — Девушка стала рядом, обводя взглядом окрестности.
— У нас, — я выделил голосом последнее слово, — гораздо лучше, чем здесь.
— Я все не могу понять, вы вместе или нет?
Не понял, она вообще умеет внятно излагать свои мысли? Почему я всегда должен догадываться, что имелось в виду?
— Мы — это кто? Вместе с кем? Ты можешь нормально вопросы задавать?
Я позволил челке упасть на глаза, чтобы невозможно было разобрать их выражение. Что-то в последнее время они шалить стали. Ни с того ни с сего то зрачок вытянется, то цвет начинает меняться, как у хамелеона какого-то.
— Ну вот ты и Рин, вы вместе?
Или мне кажется, или она сама не понимает, что хочет узнать.
— Мы родственники, если тебя это так интересует.
«Вместе», надо же! Еще пусть скажет «встречаетесь».
— Но вы же вроде принадлежите к разным э-э… родам? В смысле он светлый, а ты — темный. — Определения первостихий она произносила с явной заминкой, как незнакомое, но часто слышимое слово.
— И что? — Я все не понимал сути вопроса.
Ну родственники, ну принадлежим, что дальше-то?
— Я не понимаю, что это такое — светлые и темные? Это имеется в виду цвет волос? И из-за этого вы обычно враждуете?!
Да, знаю, что это невежливо и вообще — почти откровенная грубость, но такой трактовки разделения на расы я еще не слышал. Поэтому заржал самым неподобающим Властелину образом. Нет, ну надо же было такое ляпнуть! Среди эльфов, между прочим, тоже брюнеты есть! А Тери? Он тогда что, светлый? Вот папочка обрадуется: его наследник «раскрыл душу очищающему сиянию…», как там дальше у них по священным текстам, забыл.
— И ничего здесь смешного нет, — обиженно пробормотала Тэ. — Объяснил бы, вместо того чтобы смеяться!
— Объяснить… — М-да, вот задала задачку. Как можно рассказать слепому про цвет солнца. Это же все знают. Трудно объяснять самые простые веши. — Это разделение по принадлежности к первостихиям, если говорить официальным языком. Так, светлые, как ты понимаешь, являются детьми Света. Ну а мы соответственно Тьмы. Хотя скорее всего мы почитаем Ночь, ее младшую сестру.
— Э-э… — Глубокомысленное замечание, что еще можно сказать? — То есть одни почитают Тьму или Ночь, другие — Свет, и все?
— А что ты еще хочешь? — Мне одному это напоминает разговор слепого с глухим или нет?
— Просто не понимаю. Я слышала, что темные и светлые враждуют. Долго не могла понять, почему именно. И все из-за такой малости?
Ну вот, говорил же — нужно уметь правильно задавать вопросы.
— Ну а что ты хочешь, самые жестокие войны именно что религиозные. Мы по-разному смотрим на мир. Да и назвать это враждой… когда-то, да, войной ходили друг на друга, а сейчас больше дипломаты ругаются.
— Почему? — тут же снова уцепилась за меня она. — Вы помирились?
— Нет, просто дураки перевелись с империей воевать. — Кажется, я ответил предельно честно.
— А почему тогда вы не нападаете?
Да что же это за вечер вопросов?! Пристала — не отдерешь.
— А зачем это нам надо?
Так хотелось высказаться несколько по-иному, но воспитание, понимаешь ли. Нельзя ругаться при дамах. Даже если сильно хочется.
— Ну как же, земля, деньги, подданные…
Странное место это их Благоземье. Ну как можно лезть на чужую территорию, если ты совсем ничего не знаешь ни о традициях, ни о населении, ни об армии. Или думали шапками закидать?
— Земель нам и своих хватает, даже девать некуда, денег тоже достаточно, а подданные… к нам приходят те, кто хочет. Чужих не надо. И так со своими порой столько хлопот!
Ну да, особенно когда у них верноподданнические чувства начинают играть незнамо где. Хорошо, если рядом есть кто-то из Старшей знати. Или опытный представитель Младшей. Тогда еще ничего, поймает, выслушает, побольше пеньки на уши намотает — и все довольны. А вот если не повезет, случаются иногда довольно неприятные вещи.
Конечно, мы усиленно боремся с безграмотностью, но иногда даже образованные люди почему-то начинали считать, что нам нужны жертвы. И ладно если фрукты там, овощи или домашнюю скотину забивали. А если других разумных? Пару раз уже было. Отцу пришлось казнить зачинщиков. Последние же искренне недоумевали — что они не так сделали?
Это так, самое неприятное. Иногда было и по-другому: кто-то срывался и ходил в поход на Светлые земли. Нести Тьму, так сказать. Или сносили какой-нибудь храм. Пару раз было целое паломничество с обязательным лобзанием трона Владыки. Сам видел!
— А у вас что, за это дерутся? — Надо самому вопросы задавать, а то она мне рта закрыть не дает. Теперь пусть сама говорит.
— У нас… — Она тяжело вздохнула. — У нас уже никто ни за что не дерется. Император есть единая власть, да правит он вечно. И решения его мудры и взвешенны.
— Ну да, ну да, — покивал головой я. — Знакомая песня. Мы самые чистые, и правители наши боги во плоти. А если без всей этой пропаганды?
— Если без нее, то император принимает решения, а все остальные только подчиняются. — Произнесено это было довольно зло и как-то… с обидой, что ли?
— Ну и что? — не понял я. — Мой отец тоже император, ему подчиняются, а он приказывает. Чего здесь плохого?
— Плохого? — нет, не вскричала, взвыла Тэ. — Если тебя заставят жениться на какой-то старой развалине с извращенческо-садистскими наклонностями только ради каких-то политических интересов, ты тоже скажешь «ничего плохого»?
— Э… кто меня заставит? — Я невольно отодвинулся подальше, а то эта буйная и с кулаками кинуться может.
— Отец, император, чтоб его! — едва ли не сплюнула девушка.
— Не смей оскорблять мою семью, — тихо рыкнул я, показывая клыки.
Если у нее нервы, то это не повод задевать Темного Властелина.
— Да не про тебя, — скривилась она, даже не обратив внимания на мои… скажем так, превращения.
Надо же, какая… храбрая.
Зато теперь становится понятным, почему она так не хочет возвращаться домой. Кажется, не сошлась с родителем во мнении насчет своего будущего жениха. Понятно и обыденно, в общем-то. Извечная проблема всех высокопоставленных особ — жениться по необходимости. Или на необходимости.
Только вот не могу понять, с чего она так возмущается? Разве принцессам не с самого детства говорят, что женихов они будут выбирать не сами? Тогда зачем так отчаянно сопротивляться? В общем, ясно, что ничего не ясно.
— А чем тебе так жених не угодил? Ну кроме возраста и наклонностей? — чуть успокоившись, поинтересовался я, пытаясь поддержать разговор. — Кроме того, разве в правящих семьях принято не так устраивать будущее своих детей?
— Так-то оно так, — тихо вздохнула Тэ. — Только… Понимаешь, я и раньше знала, что придется выйти за того, на кого укажет отец. И вроде бы даже смирилась с этим, но… как бы тебе это объяснить… В общем, отец хотел прямого наследника. В смысле его родного сына, а не ребенка от брака дочери с кем-то посторонним. Он буквально помешался на этой идее. Поэтому и решил выдать меня за этого… урода. А когда я буду ждать ребенка, то с помощью магии Крови изменить младенца прямо во мне.
М-да, я, конечно, многого не понял, но и малости хватило, чтобы понять — что-то здесь не чисто.
— И чем это грозило тебе? — осторожно спросил я, готовясь в любой момент прекратить подобные разговоры.
Кажется, ей эта тема тоже не особо приятна.
— Смертью, — пожала плечами она. — Долгой и мучительной смертью.
— Экк шергет! — невольно вырвалось у меня. Пусть говорят, что выражаться в присутствии дамы нельзя, но вышло вполне искренне и от души. Теперь понятно, почему ей так не хочется общаться со своим отцом. Нет, ну это же надо так относиться к собственным детям!
— А ты? — неожиданно повернулась ко мне девушка. — Уже знаешь, на ком женишься?
— Понятия не имею, — И желаю не иметь еще как минимум лет пять, а то и семь!
— Тебе не сказали или сами еще не решили? — продолжала допытываться Тэ.
М-да, кажется, у нее это явно наболевшая тема.
— Я себе невесту выберу сам и тогда, когда захочу, — спокойно пожал плечами я.
Из того, что знал по истории своего рода, у нас все браки были добровольными. Хотя если вспомнить родоначальника… Ха, там скорее его поставили перед фактом! Причем сама невеста.
— Правда? — Кажется, девушка была искренне удивлена. — А как же… политическая необходимость?
— Все, что нам необходимо, — мы берем сами!
Ну это, конечно, преувеличение, но не очень большое. Чаще всего именно так и было. Нужны земли — завоюем. Нужны деньги — возьмем, не дожидаясь, пока кто-то даст. Нужно влияние — дадим по шее и скажем, что так и было. Нужны дети… хм, в общем, понятно.
— Но это же… но нельзя же… — возмущенно запыхтела моя собеседница. Кажется, подобная «несправедливость» поразила ее в самое сердце. — Нельзя же так!
— Мы темные, и этим все сказано, — фыркнул я. Ну да, несколько династических браков были, но именно тогда, когда обе стороны были согласны. В смысле, жених и невеста понравились друг другу. Так что совмещали приятное с полезным.
— Ты… вы… — Кажется, бывший дивный зверек с непроизносимым (в приличном обществе) названием не знал, что сказать в ответ на такую вопиющую (с ее точки зрения) несправедливость.
А я впервые пристально посмотрел на нее. Симпатичное лицо, длинные, чуть вьющиеся волосы, стройная фигура. Странная она все-таки. И забавная. И симпатичная…
— Счастливый… — вздохнула Тэ, отворачиваясь и опираясь о стену.
— Не скажи, — хмыкнул я. — Мне еще три года до права выбирать. Или нет?
Интересный вопрос. С одной стороны, совершеннолетие у Властелинов наступает в двадцать один год. Тогда начинают обучать обращению и формально темный становится самостоятельным. В смысле, может жениться и все такое прочее. Но, с другой стороны, Гилу всего двадцать, но он уже вроде как почти женат! Или еще нет? Интересно, он собирается ждать год или все же попросит отца провести обряд пораньше?..
С третьей же стороны, я уже Властелин, хотя официально до совершеннолетия мне еще маргул знает сколько ждать.
Ой, не хочу я об этом думать! Не хочу и все! Хотя… как закончится война, может, пригласить эту Тэ как-нибудь прогуляться по вечернему городу?..
Но это только когда закончится война!
— Право выбирать? — Кажется, девушке надоело ждать, когда моя задумчивость закончится.
— Ну да, у нас совершеннолетие наступает в двадцать один год.
— Понятно, — протянула она. — А у нас в шестнадцать. Как же вы тогда успеваете жить?
— Хм, с нашей продолжительностью жизни три-пять лет — это такая мелочь…
Ориетта шла по стене, бездумно прикасаясь пальцами к прохладным камням и размышляя о недавнем разговоре. Странный он, этот Диран. Непонятный. Только ты решишь, что раскусила его, как сразу же появляется нечто новое. Смотришь на него — ну мальчишка мальчишкой. А затронь личные интересы — ощерится, словно дикий зверь.
Но добрый. Иногда. Если дело, опять же, не касается его страны или семьи. Правда, когда общаешься с ним дольше, начинаешь понимать, что не все так просто. Словно он носит маску, которая время от времени соскальзывает, обнажая истинную сущность. И горе тому, кто этого не поймет.
А глаза у него все равно — странные. Глубокие, завораживающие. Нечеловечьи. Да и вообще — человек ли он? Тэ припомнила все моменты, которые хранила память. И путешествие через Марграново плато, и случай в гостинице после странной грозы. Да что там далеко ходить — собственное недавнее спасение.
Оглянулась на снова впавшего в задумчивость темного и передернулась. Странный он. Хотя и притягательный…

«Во время войны взрослеют гораздо быстрее». Не помню, кто именно это сказал, но он был прав. За время осады Миллинга я использовал больше наработок, чем за всю свою жизнь! Ну почти. Скажем так, задумки обрели успешное (ну или почти успешное) воплощение. Особенно идеи насчет всевозможных боевых плетений.
В частности, около пяти дней я лазил по округе, усиленно шпигуя ее магическими и полумагическими минами. Направление движения неприятеля мне показал тар-керанг (ну у них и звания!). Точнее, мы предположили, что так называемое подкрепление воспользуется той же червоточиной, что и первоначальная армия.
Почему именно так? Да просто другие, обнаруженные мною с помощью все того же вездесущего Дариэна, вели совершенно в другое место, вот и весь ответ. Кроме того, я не обошел своим вниманием дороги. Конечно, их начальник может оказаться параноиком и погнать солдат по бездорожью, но будем надеяться на лучшее. И на армейское раздолбайство. В смысле, если народ видит ровную, гладкую и сухую дорогу, то вряд ли пойдет по грязному и коварному болоту.
Чем магическая мина отличается от полумагической? Ну это же ясно! У магической начинка — заклинание, которое разворачивается в случае срабатывания «крючка». Маленького такого, простенького и совсем незаметного заклинаньица, настроенного на одно или несколько действий. Например — наступание на мину. Или определенную ауру. Да мало ли способов?!
Правда, пришлось саму закладку немного усовершенствовать. В частности, некоторое количество магии шло на уничтожение каркаса заклинания. С одной стороны, это снижало убойную силу, а с другой — гарантировало, что нам не пихнут обратно нашу же разработку.
Полумагическая мина — это где только «крючок» является заклинанием. А все остальное — химия, алхимия и прочие милые и невинные шалости. Здесь уже возможны варианты. В смысле: прикрыть заклинанием «Мост» топь на болоте или взвести «Сторожок». А когда на это место набьется побольше врагов, считающих, будто бы они стоят на твердой земле, — ап, и заклинание развеивается.
Здесь надо брать каждый конкретный случай и думать, стоит ли оставлять «Чистилку» (заклинание для уничтожения каркаса) или знание данного конкретного заклинания нам ничем не грозит.
Ну, с моей-то больной фантазией даже из безобидного на первый взгляд заклинания можно было сделать весьма неприятный сюрприз. Так что на всякий случай я подстраховывался везде, где только можно. И где нельзя.
И пусть Рин ругается, называя меня параноиком, я предпочитал обезопасить свою спину несколько раз. Не хотелось бы в самый неподходящий момент отбиваться от своей же каверзы. Это не способствует росту авторитета. Да и самооценка тоже пострадает. Нет, ну его на фиг!
Помимо всего прочего, на меня легла обязанность проверять стекающиеся в Миллинг отряды. А вдруг враг шпионов подослал? Правда, не понимаю, при чем здесь я, но отказаться не смог. Очень уж взгляд коменданта показался многообещающим. Ну подумаешь, поднял в шесть утра. Не в три же ночи, так что пусть радуется! И вообще инициатива, конечно, вещь хорошая, но иногда о ней начинаешь жалеть. Маргран меня дернул делать все правильно и скоординировать действия, теперь начальство на меня злобно сопит и всячески нагружает работой.
Нет, а я виноват, что у меня натура такая, властелинская? И что в последнее время чье-либо (ну, кроме собственного, и то иногда) раздолбайство стало меня раздражать? В конце-то концов, даже у моей наивности есть предел, и не стоит так уж сильно его переступать. Могу и по шее нарушителю границы дать. Хвостом.
Еще с удивлением понял, что я жадина. Особенно если дело касалось воинов. На солдат чужого отряда смотрел с нескрываемым желанием припахать дармовую рабочую силу или придумать им занятие. Тот отряд, к которому меня столь неосторожно приписали, уже даже ругаться перестал. Сил не было. Пришлось пожалеть будущих защитников и отстать от них.
Своих товарищей, Рина с командой, тоже гонял по лесам да буеракам на предмет поиска удачной позиции. Да и вообще, стоит знать местность хотя бы для общего развития. Толку-то сидеть за стенами — врага пока что нет. Интуиция тоже молчит. В общем, пользуемся моментом!
Под конец эльф взвыл, послал меня на высоком эльфийском и окопался в лазарете. По его словам, он готов был самостоятельно поставить на ноги всех раненых и увечных, чем день и ночь мотаться со мной по окрестностям и болотам.
А вот трон был откровенно счастлив. Кажется, он просто застоялся. Ну а что поделать, особых передвижений не было. Тут тоже шибко не наездишься. Особенно на нем. От меня и так уже на улицах шарахаются. И ладно бы люди, а то ж волы! Когда они еще и впряжены в телеги — вообще красота. Поэтому оставались окрестности. Тем более что моему зверю было все равно, что под ногами: болото, холмы, дорога или деревья.
Да-да, серыэно, именно что деревья. Один раз я, задумавшись, послал его на дуб. Зачем-то мне на него надо было. Только, вот слезть с Трима не удосужился. А когда понял, что еду как-то странно, рывками, мы были где-то на середине дерева. Выше он не полез, там ветки хрупкие. Когда эту картину увидал Рин, он ржал часа два, а икал целый день.
Ну ладно, это мелочи, а суть была в том, что Миллинг теперь вообще превратился в нечто невообразимое. Когда я показал карту установленных ловушек и прочих радостей жизни коменданту, он схватился за голову и спросил, не желаю ли я отсюда начать захват мира. Пришлось поковырять пальцем стол и сказать, что он мне и на фиг не сдался. Сейчас. А вот когда подрасту…
Ну и зачем было в меня пепельницей кидаться, все равно ведь не попал. Странный он.
В последние дни меня охватил странный мандраж. Ну что ж, значит, враг близко! Пришлось свернуть все свои работы и стянуть все силы в город. Может, противник подойдет завтра, не хотелось бы действовать в спешке. Так что оставалось только ждать и время от времени наведываться на стену. Просто для того, чтобы чем-нибудь себя занять. А то выть начну. В голос.

В отличие от предыдущего войска, это все-таки не пользовалось ни порталами, ни червоточинами. Спокойное шествие по одной из дорог заметил кто-то из часовых. Впрочем, спокойным его можно было назвать с трудом. То ли это было вялым отступлением, то ли, наоборот, не столь активным наступлением, кто его поймет.
В любом случае к городу они подошли быстро. Встали ровными рядами, подобрались — и все для того, чтобы, как в прошлый раз, торжественно потребовать сдачи. Ага, ну вот прям сейчас, построимся в колонну по трое и побежим сдаваться. Точно так же, как и в прошлый раз. Можно подумать, мы ничего не знаем о своем противнике.
Как бы то ни было, враги начали постепенно выстраиваться перед городом, готовясь к началу штурма, когда кто-то из солдат объявил о том, что к Миллингу движется еще одно войско. Ну наконец-то! Интересно, где они сидели? Еще несколько дней назад о них не было ни слуху ни духу. Если шли всю ночь — побью генералов. Неужели они собираются уставших солдат бросать в бой?!
Интересно, а кто здесь есть? Словно в ответ на мои мысли ветер стал полоскать один из стягов приближающейся армии. Ага, ну кто бы мог сомневаться, флаг Дубравы. Впрочем, он там был не один. Среди множества знамен дружественного войска я разглядел и флаг Ниравиэне, и поднятый на длинном шесте значок элитного Миринового хирда. Неужели гномы позабыли о своем нейтралитете?
Остальные флаги, флажки и просто всяческие извращения на геральдическую тему были мне не знакомы. Ну да, каюсь, геральдику учил постольку-поскольку. Ладно, главное, что подкрепление пришло! Я уже, честно говоря, и не надеялся. Ну что ж, теперь мы развернемся по полной…
Хорошо, что расставил по всей стене эдакие «Глазки» — примитивное наблюдающее заклинание, которое и позволяло мне видеть все, что происходит вокруг. Ощущение, конечно, было не самым приятным, но чего не сделаешь для удовлетворения собственного любопытства!
В частности, я увидел, что командиры у светлых не самые дурные. Кровники в этом плане куда как хуже. Ну кто же выстраивает свой фронт вокруг осажденного вражеского города?! Ну да, понимаю, две реки на поле боя не самое приятное дополнение к вражеской армии, но все же! Не стоит так сильно растягивать свой фронт, да еще и огибать им явно недружелюбно настроенный город.
В общем, бой обещал быть интересным. Особенно если учесть один момент. Вчера ночью в мою комнату попытался кто-то вломиться. Но поскольку от нечего делать я практиковался в установлении защит, визитер и мявкнуть не успел, как оказался спеленут с ног до головы магическими путами. Хотя в его случае — гавкнуть. Лисы ведь из семейства собачьих, да? Кажется, начинаю понимать, что чувствовал Рин, когда его подняли посреди ночи.
Заодно сделал себе заметку на будущее — снизить силу звукового сигнала. Нет, за пределы моей комнаты звук не вышел, но когда тебя будит удар большого медного колокола над ухом — приятного мало.
Нежданым визитером оказался Шем. Он мрачно висел под потолком и пытался устыдить меня взглядом. Но моя совесть не рискнула вылезать на свет с того самого раза, как ее довольно жестко заткнули. Но все равно остается вопрос: откуда здесь эта рыжая личность?!
— Может, уже отпустишь? — недовольно процедил оборотень, пока я чесал тыковку, глядя на него сонными глазами.
— Ты здесь откуда? — только и смог выдать я.
— От каргуда, — рявкнул вор. — Отпусти уже!
— А не фиг лезть без приглашения! — Настроение у меня было не самое хорошее.
Ну да, как будить других — так оно зашкаливает.
— Ну и как бы я смог получить это самое приглашение, — фыркнул он. — Тем более что я ненадолго.
— Ладно, что там у тебя? — Взмахом руки я деактивировал защиту и сладко зевнул.
Оборотень, извернувшись в воздухе, мягко приземлился на ноги и сунул мне под нос какую-то фиговину.
— Вот!
— Э… — Я удивленно уставился на небольшой, переливающийся темнотой шарик на ладони у многоликого, пытаясь понять, чего от меня хотят. Ну да, я узнал, что это. Страх Шема. Но все равно не понимаю, на кой?! — Объясни на пальцах, чего тебе от меня надо?!
— Мне нужно его открыть, — огорошил меня лис. — Его просто разбить надо?
— Прямо здесь? — сдавленно уточнил я, на всякий случай готовя телепорт.
К маргулу лысому комнатку, с идиотами общаться себе дороже.
— Совсем сдурел?! — На меня глянули как на законченного психа. — Нет, просто чтобы смог открыть, когда захочу.
— А… — успокоился я.
Слава Ночи, этот псих не настолько психованный, извиняюсь за тавтологию. Да и я не особо дурной. Делать мне больше нечего, только такую хрупкую вещь создавать, что от плевка сломается! А если бы оборотень упал, ногу подвернул? Все? Пишите письма мелким почерком?
Фигушки! У нас все тут четко настроено! Открыть можно только мне. Ну и тому, кому разрешу. А зачем Шему врал? Да просто так. Захотелось.
И вообще он на всю голову больной, оборотень этот. Нет, а кем еще надо быть, чтобы среди ночи лезть в спальню Темного Властелина. Тайком. И вообще у него законная жена есть, пусть к ней и лазает!
Я сладко потянулся, вызывая у Шема зубовный скрежет, и перехватил с его ладони свое творение. Пару минуту баюкал шарик в ладонях, а вслед за тем осторожно коснулся его поверхности кончиком пальца, создавая «открывалку», привязанную к Шему. Не хватало еще, чтобы кто-то другой воспользовался столь «милой» штучкой.
— Вот, — я протянул «подарочек» обратно рыжему, — надо будет распечатать сферу — чиркаешь острым краем по оболочке. Но только сам, ни у кого другого это не сработает. Понятно?
— Не держи меня за идиота, — криво ухмыльнулся оборотень и тихо выскользнул за дверь.
Ну, слава всем богам, темным и не очень, меня наконец оставили в покое! Можно спокойно продолжать спать, только защиту восстановлю — и привет, подушка! При этом меня совершенно не интересует, зачем рыжему открывашка. Рано или поздно все сам узнаю. Можно подумать, что не почувствую действия собственного заклинания.
Самое главное, чтобы лис нормально добрался до своих. Наверное, жена ждет его за стеной. Это значит, что союзники не так уж и далеко. Как, в принципе, и оказалось.
С этими мыслями я рухнул на кровать и вырубился. Все, спать!

Битва началась быстро. Причем первыми ударили подошедшие Светлые войска.
Честное слово, до этого о «Серебристой Плети» я только краем уха слышал и не подозревал, что у нее такой эффект. А потом с нашей стороны взмыла в воздух вызванная пустынниками «гигантская бабочка», и все смешалось.
Хотя вот мне повезло — бой происходил недалеко, так что я вполне мог достать противника дальнобойными заклинаниями. Интересно, а чем займутся те, которые стоят на обратной стороне города? Им-то что делать? Облака считать? В общем так: раз комендант молчит, я решил действовать сам! Начнем с заклинаний!
М-да, зря я наговаривал на светлых. Эти «кровники» еще хуже. Ну какой идиот будет штурмовать хорошо укрепленный город, когда его фланг просто рвут на части? Ну да, с хирдом гномов этих вояк сражаться не учили.
Впрочем, мне особо по этому вопросу волноваться не стоило: на моей стене сейчас кроме меня была еще и Элиа, ушедшая со своей. Ведь со стороны болота — там находился ее пост — никакой опасности не было и не предвиделось.
Итак, впе… Вот только вперед рвануться я так и не успел. По камням в опасной близости от меня чиркнула шаровая молния. Не понял! Я резко обернулся: за моей спиной стоял, уставившись на меня пустым ненавидящим взглядом, Аридан. И на ладони его плясал «Огненный Шар»…
Восхитительно. Нет, просто великолепно!
Впрочем, особо задуматься над всем этим я не успел. Маг взмахнул рукою, и заклинание полетело в мою сторону. Я, лихорадочно создавая на бегу «Поцелуй Царицы», резко ушел в сторону. Созданное Ариданом заклятье взорвалось рядом, выбив несколько камней из стены — осколки булыжников царапнули по ставшему за прошедшее время чуть ли не родным доспеху Элетта, не причинив ему, к счастью, никакого вреда. Хорошие раньше артефакты делали, не то что сейчас.
А, м-маргул! Аридана ж нельзя убивать! Не подойдет сейчас «Поцелуй»! Непонятно вообще, с какого перепугу маг взбесился и кидаться начал. Надо что-то попроще, попроще… Такхае шеркхе! Где я сейчас что попроще возьму?!
По губам стихийника скользнула поганейшая улыбка, а между ладоней начал формироваться каркас «Гнева гор», не оставляя никаких сомнений в дальнейшем развитии событий. Мать моя эльфийка юная, где он эту форму взял?! Я рванулся вперед, желая выкинуть его вместе с собой за пределы стены, как парень шагнул вперед и… закатив глаза, рухнул мне под ноги.
Я еле успел затормозить.
Стоящая за спиною стихийника Элиа фыркнула:
— Прикрывать тылы надо… — А потом повернулась ко мне: — Диран, ты как?
— Ничего… — сдавленно прохрипел я.
Я шагнул к валяющемуся без сознания Аридану, опустился рядом с ним на колени.
— Диран, а может, не надо? — обеспокоенно спросила девушка. — Вдруг сейчас как… — Она недоговорила, но в принципе и так было понятно.
— Он ведь до этого вел себя нормально, — тихо протянул я. — Тут что-то не так…
— Может, его тоже заколдовали?
А что, идея неплохая… Тем более что бой продолжается и на стены города пока только чудом никто не залез.
Подумав, я стянул руки Аридану его поясом, а после этого принялся расстегивать воротник его куртки. Как и предполагалось, амулета у него просто-напросто не было.
Ну вот, и для кого я старался, я вас спрашиваю?! Маг зашевелился, открыл глаза и дернулся ко мне:
— Я уничтожу те…
Если бы не моя предусмотрительность, его пришлось бы снова успокаивать. А так просто отоварили кулаком по макушке. Часа три теперь можно не отвлекаться.
Битва меж тем продолжалась. Радостно оскалившись, я запустил одну из своих последних разработок. В свете возврата заклинаний она действовала как нельзя лучше, поскольку представляла собой эдакое магическое лезвие на «веревочке». Так что пусть эти «кровники» только попробуют попытаться взять структуру! Разом на все звено укорочу.
Лучники тоже отрывались на полную, осыпая врагов из-за стен тучей стрел. До основной массы, конечно, не доставали, да этого и не требовалось — вполне хватало тех, кто находился поблизости. Правда, мне приходилось быть осторожней с заклинаниями — наши бегали и тут, и там. А заморачиваться, встраивая определитель в уже готовое заклинание, надо было раньше. Ну не могу же я предусмотреть всего!
Пока это мне сложно, но я усиленно учусь. Ведь можно же было сделать неактивный блок, а в случае надобности… В общем, пока мысли были заняты одним, руки исправно сплетали замысловатую вязь, отправляя вниз одно заклинание за другим. А стены исправно поглощали чужеродную магию, являясь эдаким громадным аккумулятором. Ну и что из того, что не могу воспользоваться всем ресурсом? Того, что есть, вполне хватает.
В какой момент, а главное, из-за чего среди войска противника началась паника, я так и не понял. Но уже в следующую секунду по нервам прошлось ощутимым морозцем — «открывалка» сработала! Так вот что задумал рыжий! Умно, ничего не скажешь, правда, попадись ему не столь запутанный противник (да даже обычный отряд темных), все могло бы сложиться иначе!
Не в том дело, что у нас страха нет. Боятся все, даже Властелины. Просто мы умеем контролировать свой страх. А этих бедняг запугали до такой степени, что даже жалко становится. Ну да ладно, жалеть врага зачастую можно только после победы. Да и то не факт. О, кажется, наш маг очнулся! Аридан захлопал ресницами, попытался пошевелиться, мотнул головой и ошарашенно поинтересовался:
— Что здесь происходит?!
Обрадовать его сообщением на тему предательства или нет? Все-таки юная и неокрепшая психика такого сообщения (особенно в соответствующем оформлении) может и не выдержать.
Как бы то ни было, битва закончилась без нас…
Аридана увели со стены — ему еще предстояло пообщаться с главой местной контрразведки, или как он тут называется.
Потрепанный противник то ли отступал, то ли попросту бежал от города. Светлая армия победоносно вошла в Миллинг, а я уже собирался спуститься вниз, в город, когда Элиа вдруг вздрогнула и, хлопнув себя по лбу, шагнула вперед:
— Диран, подожди.
— Да? — оглянулся я. Что там еще?
Девушка закусила губу, глубоко вздохнула, а потом вдруг опустилась на одно колено:
— Милорд, я Элиа Аркэн. Я поклялась своим именем и честью, именем и честью своего рода, что верну вам долг. Выполнила ли я клятву, милорд?
Мне понадобилось минут пять, не меньше, чтоб понять, о чем она говорит. А потом еще столько же, чтобы вспомнить, как правильно звучит формулировка ответа на этот вопрос. Не зря меня по части этикета дрессировали, ой, не зря. Это принять клятву можно простым «согласен», а вот сказать о ее выполнении…
— Миледи, я, Диран ас'Аргал гар'Тарркхан, Третий Всадник Ночи, — одного титула за глаза хватит, — я принял вашу клятву, когда она была дана. Я видел, как вы выполнили ее. Между нами больше нет долгов.
Темная склонила голову:
— Да будет так.
— Да будет так, — тихо согласился я.
Девушка медленно встала, поклонилась и медленно спустилась со стены. Я же так и остался стоять.
Знал бы кто, как я устал за сегодня. Вот вроде бы и не делал ничего, а вымотался, как неизвестно кто…

Армия Благоземья была разбита подчистую. Войска бежали, теряя знамена и личный состав от таких «случаев», что нельзя было даже предположить. Единственный уцелевший адепт Крови был тяжело ранен, а тар-керранг Галлит не знал даже, дотянет ли он до места, где была произведена высадка на земли столь негостеприимной Аларии, и сможет ли он открыть червоточину. Оставалось лишь уповать на волю богов.
А если к этому еще добавить, что некогда непобедимую армию тар-керранга преследовали по пятам враги, а по дороге постоянно нападали партизаны, радоваться было нечему.
Вдобавок некоторое время назад пришло сообщение, что армия, направленная в Темную империю, разгромлена в пух и прах и бежит, подобно войскам самого тар-керранга. От высадившихся на восточных и западных берегах материка сведений не поступало очень давно, как, впрочем, и от ненавистного ил д'Иса, а значит, их судьба тоже была уже решена.
К месту, где адепт мог открыть червоточины, добрались жалкие остатки. И надо ж было такому случиться, что совсем неподалеку от этих земель удобно расположилось лагерем вражеское войско, пришедшее с территории Темной империи. Тяжело вооруженные рыцари удобно разместились вокруг костров, солдаты чистили мечи, по периметру были выставлены часовые, а неподалеку сладко спал, свернувшись тугим клубком, огромный черный дракон. Увидев приближение потрепанного войска, все эти недружелюбные создания как-то резво зашевелились и приготовились напасть.
Единственное, что радовало, точка, где можно было открыть червоточину, была не столь уж мала, а потому, не доходя до врагов, адепт поспешно создал необходимое заклинание, и армия Благоземья благополучно растворилась в воздухе. Те, кто не успел пройти природный портал, увы и ах, остались в Аларии. Но это было уже не важно. Тем более что Галлита по пятам преследовало Объединенное светлое войско.
Впрочем, как известно, враги наших врагов — наши друзья, а потому встреча Ордена Предвечной Тьмы с присоединившимися к нему отрядами Свободного Поиска и представителями светлой половины Аларии произошла вполне спокойно. Тем более что среди Рыцарей Ордена оказался один ненаследный принц Темной империи, а среди представителей светлых — другой.
Были, конечно, и кое-какие трения. Так, Великий магистр весьма неодобрительно косился на построившего весьма успешную карьеру в Светлых землях подполковника Рона гар'Тшхена, но ничего ему не сказал. Впрочем, как и вышеупомянутый подполковник. А уж с солдатом светлой добровольческой Ильрихом гар'Кхаеном и вовсе никто беседовать не стал.
Впрочем, сейчас Великого магистра Ордена Лиона гар'Дайхэна интересовали вопросы куда более насущные. И если с червоточинами все было более или менее понятно — ни одного адепта захватить не удалось, а значит, надо самим искать способ открывания этих природных порталов, — то был и еще один весьма занимательный вопрос. И решить его предстояло в ближайшее время.
Окинув скучающим взглядом располагающийся бивуак светлых, Великий магистр отправился на поиски. Его Высочество Гилберта ас'Аргал искать долго не пришлось. Герцог Алентарский был занят тем же, чем и всегда на отдыхе. Он тренировался. Удобно расположившийся неподалеку черный дракон задумчиво пускал в небо струйки дыма, а лохматая волчица, невесть когда приблудившаяся к полку, не отрывала какого-то странного влюбленного взгляда от фехтующего принца.
Услышав шаги, принц остановился, оглянулся и опустил меч. Чуть склонил голову — поклон равного равному — и спросил:
— Вы хотели о чем-то поговорить, Великий магистр?
Лион некоторое время помолчал, подбирая слова и медленно начал:
— Да, мой принц. Я хотел узнать о том воине… который присоединился к нам по вашей просьбе. Том, кто не снимает маску.
— А что с ним не так? Он плохо сражается? — В зеленых глазах юноши запрыгали смешинки.
— Как раз наоборот… Скажите, он темный?
— В какой-то мере, — хмыкнул Гилберт.
— Он разговаривает только с вами… Передайте ему, что, если он захочет вступить в Орден, двери всегда будут открыты.
Герцог Алентарский склонил голову, скрывая усмешку:
— Я обязательно передам, Великий магистр. Но боюсь, он не согласится.

…Пыль в Кардморской библиотеке не вытиралась очень давно. В последний раз это было лет сто назад, не меньше — к такому неутешительному выводу пришла Марика, разглядывая испачканное грязью платье.
— Так что мы ищем? — чихнула из-за стеллажа Лура.
— Маргул его знает, — мрачно отозвалась принцесса. — Я все больше убеждаюсь, что Теренс послал нас сюда, чтобы мы ни во что не вмешивались.
— И у него это успешно получилось, — хихикнула сидящая на стремянке Стия.
Черноволосая Кира, как раз потянувшаяся за тяжелым фолиантом, только хмыкнула:
— В любом случае, это интереснее, чем вышивать.
Книга выскользнула у девушки из рук и с оглушительным грохотом упала на пол, открывшись где-то посередине. Брюнетка потянулась за томом, удивленно нахмурившись, пролистала несколько страниц и осторожно поинтересовалась:
— Марик, а книги по магии Крови разве не должны быть как минимум не в общем зале?
Принцесса тут же выхватила книжку у нее из рук, вчиталась в выцветшие строчки и радостно выдохнула:
— Девочки… Это же как раз то, что нам нужно!
— Что, — хмыкнула Стия, — на сто пятнадцатой странице там подробно рассказано, как открывать червоточины? Так это и без того ясно.
— Лучше, — фыркнула Марика, — это карта всех природных порталов Аларии. С точками их выходов. И пусть теперь только попробуют не взять нас с собой.
Уже через несколько дней объединенные войска Светлых земель и Темной империи вошли в Благоземье.

ГЛАВА 10
Конец — всему делу…

Встреча с родственниками оказалась… будничной, что ли? Гил молча осмотрел меня и сжал в объятиях. Или мне кажется, или я стал выше. Во всяком случае я уже не дышал братику в подмышку. Хотя обилие металла на нем просто удручало. Одно дело — просто похлопать друг друга по плечу, и совсем другое, когда тебя металлическими перчатками размазывают по панцирю. Кажется, он это нарочно. Значит, будем принимать превентивные меры!..
Словить молнию (совсем малюсенькую, там и манны-то было всего ничего) в металлических доспехах не верх наслаждения. Но пусть он потрудится их хотя бы снять, прежде чем мять мне ребра! Ладно, хотя бы рукавицы стащил…
Ругался Гил долго, но, как ни странно, догнать меня и отомстить не попытался. Взрослеет? Нет, я, конечно, понимаю, бег в полном рыцарском облачении не самое лучшее времяпрепровождение, но все-таки, все-таки…
В общем, встреча на высоком уровне прошла в теплой и дружеской обстановке. Жаль, конечно, что догнать врага не успели, но ничего. На завтра было назначено большое совещание, в котором должны были принять участие представители как Светлых земель, так и Темных. В общем, ожидалось прибытие отца. Будем решать, что делать дальше.
Отец появился с очередной армией. Глядя на подобное скопление народа с относительно высокой скалы, начинаешь понимать, что жизнь становится значительно веселей. Например, что воинов Темных земель здесь присутствует едва ли не в три раза больше, чем Светлых. Правда, они при этом так хитро расположились, что создавалось полное ощущение равенства.
В смысле, что никто никому не уступает. Наверное, это у отца в крови — думать политически. Я бы не сразу сообразил, что надо учесть еще чувства другой договаривающейся стороны. В частности, что их вообще стоит учитывать. Мол, сперва разберемся с захватчиками, а потом будем смотреть кого и сколько.
Ну да ладно, это лирика. Проза бытия заключалась в том, что Марика (или ее подруги) таки раскопала в библиотеке описание возможности попасть на территорию врага. Ведь все рассматриваемые до этого варианты не годились. Например, флот.
Во-первых, у нас не было достаточного количества кораблей. Конечно, какие-то имелись, но соответствующих транспортников, которые в состоянии перевозить боевых драконов и прочую нашу темную живность (не говоря уже о воинах), — такого не имелось. Да и зачем оно надо, если можно сесть на того же дракона и за пару недель долететь даже до противоположного берега материка!
Теперь пора остановиться на «во-вторых», то есть на боевых рептилиях. Лететь-то на них можно, и разместить войска хватит места, но где они будут делать передышки?! Ведь до другого материка не день и не два лета, столько они в воздухе не продержатся, особенно с полной загрузкой. Конечно, у эльфов есть пегасы, они в воздухе могут маргул знает сколько продержаться. Но все-то войско на них не посадишь. Да и с самими драконами что делать?
Гил предложил план, когда впереди пойдет что-то вроде строительной эскадры, в обязанности которой будет входить подготовка ночевок для драконов, а сами наши боевые друзья вылетят следом, но… приехал отец с описанием ритуала открытия перехода, и скомканный лист полетел в стену шатра.
Кстати, одним из неприятных моментов сборов оказалось то, что у нас с Гилом был один шатер на двоих. Крутящаяся неподалеку от брата волчица с чересчур уж разумными глазами была, судя по недоброму взгляду, против этого. Да и Гил тоже…
Пришлось идти и проситься к гвардейцам на постой. Пустили, хоть и поржали. Зато на следующее утро смеялся я, когда у них сапоги к земле приклеились.
В общем, операция «Жжем Благоземье, или Воздаяние» началась.
В отличие от небольшого перехода, построенного полуживым адептом чего-то там, отец подошел к решению проблемы с поистине властелиновским размахом. И трезвым расчетом.
В общем, маги синхронно развернули четыре портала плюс пятый в воздухе для драконов. Гвардия оставаться на берегу не захотела. Хотя их особо и не уговаривали. В общем, переброска войск началась. Светлые шли отдельно, темные — отдельно. Правда, кроме эльфов. Лучников погрузили на драконов и быстренько перебросили на ту сторону, для поддержания десанта. Ну да, было бы глупо подставиться таким простым образом.
С этой стороны оставалась часть магической поддержки для обеспечения возврата, ну и обозы тоже стягивали сюда. Властелин и князь решили не надеяться на поиск продовольствия в чужом краю. Собственно, они и не планировали такой уж масштабной войны на «том берегу». Приблизительно стратегия описывалась в классическом темном постулате: «Пришел, увидел, всех вырезал и ушел». Ну это, конечно, сильно сказано, но смысла не меняет.
Если говорить более детально, то по наводке Хранителя, оставшегося у невесты Теренса, мы десантировались прямо у замка. И отец, и дядя посчитали нецелесообразным длинный марш от побережья до столицы. Тому было несколько причин.
Во-первых, мы не знали численность населения Благоземья. И соответственно какие силы может выставить противник. Не хотелось бы оказаться на его недавнем месте, без разведки сунувшись в незнакомые земли. Это слишком дорого обходится.
Во-вторых, ни нам, ни эльфам не нужна была эта территория. Пока хватало своей. Да и возможность удержать эти земли весьма и весьма сомнительна. Тем из светлых королей, кому захотелось бы подобного, пришлось бы обходиться собственными силами. Остальные в это влезать не собирались. Хм, идиотов не нашлось, что радует.
Ну и в-третьих, всем уже надоела эта война. Нужно восстанавливать разоренные земли, отстраивать деревни и города… В общем, дел много, некогда гонять по материку из одного края в другой.
Правда, было еще и в-четвертых, озвученное не для всех. Отец боялся, что война в Благоземье перерастет в резню. Ведь это у нас дети и женщины вне боев (ну, за редким исключением), а там врагом станет каждый. Даже если они не хотят — с адептами не спорят. В общем, решили перестраховаться и напасть непосредственно на замок правителя. А там уже разбираться — нужна ли дальнейшая кампания, или достаточно этого.
Но наказать посмевшего вторгнуться надо в любом случае. Это не обсуждалось. Вообще.

Я шел с Третьим Дорийским полком. Отец понял, что так просто отделаться от меня не получится, потому назначил старшим магом этого гвардейского подразделения. Кстати, среди трофеев, оставшихся от разбитых войск, нам попалась пара местных карт. Так вот, само Благоземье представляло собой очень гористый то ли маленький материк, то ли большой остров. В общем, не самая удачная для войны местность. А вот для партизан — раздолье.
Хорошо, что императорский замок находился чуть в стороне от столицы, в небольшой ложбинке между горами. И кто так строит, я вас спрашиваю? Хочешь, справа нападай, хочешь слева… Чудаки!
Кроме того, нас явно не ждали. Властелин, единогласно (ну да, какой самоубийца станет возражать) избранный главнокомандующим походом, сразу же отдал приказ к атаке. А эльфов поставил вместе с хирдом лицом к городу. Вдруг оттуда все же будет нападение?
Надо прикрыть свои тылы, чтобы иметь возможность спокойно раскатать по камушку эту твердыню.
Превосходные же лучники под прикрытием тяжелой панцирной пехоты (тоже одной из лучших) — это же страшный сон любого атакующего! Пока добежишь — утыкают стрелами. А если вдруг и получится этого избежать — посекут мечами. В общем, и так нехорошо, и по-другому плохо. Ладно, пора и нам поработать. В частности, мне и еще нескольким магам всегда хотелось проверить действие заклинание «Гнев гор» на кладку блочного типа. Говорят, довольно интересный результат должен быть…

…Императорский замок подрагивал от точных попаданий, но сдаваться не собирался. В конце концов, когда рядом столько адептов Крови, еще неизвестно, кто победит.
По коридору медленно скользнула человеческая тень. Кей на миг остановился перед резной дверью, а затем распахнул ее и вошел внутрь комнаты.
Даже совершенно не разбирающемуся в магии человеку было бы понятно, что пентаграмма, нарисованная сейчас на полу, полностью заряжена — после такого количества пролитой на нее крови. А раз заряжена, то и необходимости находиться рядом с нею нет. Сейчас юноша был единственным посетителем этой комнаты.
Осторожно обойдя по кругу линии, оборотень вздохнул, взвесил в ладони кинжал… и решительно провел клинком по запястью. Конечно, можно было воспользоваться не металлом, а когтями, но… кто его знает, как сработает пентакль, если что-то будет по-другому. В прошлый раз был-то именно нож.
Через некоторое время на предплечье появилось еще несколько ран. Осторожно перехватив кровоточащей левой рукою кинжал, многоликий меланхолично коснулся клинком правого запястья…
Теперь пройтись по линиям пентаграммы, заливая все драгоценной жидкостью… И рухнуть на пол, чувствуя, как темнеет в глазах… На последнем издыхании разглядеть, как по пентаклю растекаются черные пятна подпалин, а горящие всеми цветами радуги линии блекнут и пропадают на глазах.

Перед глазами все плыло и качалось. Только император Благоземья почти физически чувствовал, как уходит сила. Все рухнуло и изменилось в один момент. Казалось, только что магия была повсюду, и вдруг… И ведь понятно, что произошло, понятно, но… сам виноват. Если бы в зале с пентаклем оставалась охрана, можно было бы хоть что-то изменить, а так…
Плевать, солдаты будут сражаться до последнего! И он вместе с ними!
Сидящий в мягком кресле эльф задумчиво покачал на ладони бокал с вином и сладко поинтересовался:
— Так вы всерьез собираетесь воевать до конца? Враги уже вошли в замок, а мы проигрываем…
— Плевать! Я не хочу жить пленником! Я буду сражаться!
Влариэль хмыкнул:
— Как мужественно. Предлагаю, прежде чем идти на стены, выпить за это!
Гэлерм мотнул головой, отгоняя алый туман, стоящий перед глазами, и, плеснув себе в кубок вина, шагнул к эльфу:
— Пусть будет так…
Будущий зять встал, сделал шаг вперед… Их разделяло всего несколько футов, и император попросту не понял, когда в руке у Влариэля блеснул кинжал. Клинок легко нашел путь к сердцу…
Эльф брезгливо вытер стилет об одежду погибшего.
— Все желания должны исполняться. А продолжать сражаться сейчас — безумие.
Уж кем-кем, а безумным себя Влариэль никогда не считал. Каждое его движение всегда было взвешено и рассчитано. Даже сажая на Маргранову тропу того самого марграна, эльф руководствовался, в отличие от своего неудавшегося тестя, не сиюминутным желанием, а трезвым расчетом. Маргран будет мешать ходить путникам по тропе, а адепты Хаоса меж тем спокойно накопят силу.
Ну и кто виноват, что тогда ничего не вышло?
Впрочем, как и сейчас.
И в миг, когда в кабинет императора ворвались солдаты противника, граф ли'Алиристиаль, удобно расположившийся в кресле, брезгливо покосился на лежащий у его ног труп, вскинул руки, сдаваясь, и флегматично провозгласил:
— Я требую статуса военнопленного.

…Длинная юбка путалась между ног. Великий Айш, кто понастроил такие длинные коридоры?! Сейчас на счету каждое мгновение, а тут… Ренина в очередной раз ударилась плечом о стену — ей, как и каждому магу Крови, сейчас было очень плохо — и, повернув за угол, натолкнулась на какого-то незнакомца. Впрочем, сейчас, когда замок был уже практически взят, подобному не стоило даже удивляться. До этого девушке как-то удавалось проскочить незамеченной, но вот сейчас…
— Сударыня, куда вы так спешите? — мягко поинтересовался он.
Принцесса вскинула голову, пытаясь сфокусировать взгляд. Перед нею стоял молодой черноволосый парень. Рядом с ним крутилась, оглядываясь по сторонам и щеря внушительные клыки, молодая волчица.
— Мне надо, понимаете, надо.
— Боюсь, не понимаю…
— Да поймите же, мне очень надо, он умрет, понимаете, умрет!.. Если я ему не помогу, он просто умрет!
Гилберт, а это был именно он, непонимающе нахмурился:
— Кто умрет?
— Я все объясню, пустите меня! Все это могло произойти, только если он это сделал! А теперь он может умереть!
Из сбивчивых фраз девушки было совершенно ничего не понятно. Да и вообще, бегать в одиночку по коридорам в такое время… Глупо, хотя отец рассказывал, на что способны адепты Крови. Принц помрачнел, собрался было отвести девушку в штаб, когда заметил на тонкой, сжатой в кулак руке знакомый перстень. Поэтому герцог Алентарский тяжело вздохнул, обещая себе стребовать с братца за защиту его невесты, и буркнул:
— Маргул с вами…
Ренина сама не могла бы объяснить, что вело ее к комнате с пентаграммой. Пожалуй, лишь жалость и ничего более. Мысль о том, что можно попытаться найти отца, даже не посетила девушку.
С тех пор, как принцесса в последний раз была в комнате с пентаклем, здесь все изменилось. От искусно вычерченных линий не осталось и следа, пол и стены почернели, словно по помещению прошел пожар, а в центре залитой кровью залы лежало бездыханное тело.
— Идиот, — обреченно прошептала девушка, а потому совершенно не услышала, как ее новый знакомый потрясенно выдохнул:
— Кей!..
Размышлять, что делать дальше, Ренина даже не стала. Рухнула на колени перед оборотнем — хвала богам, тот был еще жив — и, подобрав с пола кинжал, провела клинком по своей ладони:
— Вы что делаете?! — перехватил ее руку Гилберт.
— Не мешайте! Вы разве не видите, это единственный шанс его спасти?! Мне и так плохо!
Какая связь была между всем сказанным, принц так и не понял, но девушку отпустил.
Капельки крови, словно бы нехотя, стекли по ее запястью, упали на пол… И страшные раны на руках у Кея начали медленно затягиваться. Принцесса побледнела, стала заваливаться набок, и Гилберт едва-едва успел ее поймать. Она мотнула головой и тихо пробормотала:
— Все, я больше не могу… Он слишком сильно испортил пентакль… Хорошо хоть жить будет…
Гилберт вздохнул, осторожно подхватил бесчувственное тело оборотня — потом можно будет разобраться, что и как — и спросил:
— Вы можете идти?
— Д-да, конечно…
— Вам здесь опасно оставаться, пойдемте… Лерса, поможешь, если что?
Волчица невнятно рыкнула.
Когда они отошли от комнаты на порядочное расстояние и странной знакомой вроде стало чуть полегче, Гилберт отважился на новый вопрос:
— Так что произошло?
Ренина вздохнула и медленно начала:
— Эта пентаграмма способна направлять энергию магам Крови всего Благоземья. Его кровь почему-то опасна для нее. Вот он этим и… воспользовался.
— Да уж, именно что «воспользовался», — мрачно хмыкнул герцог Алентарский.

…Враги наконец все повержены, ведьма, успевшая поучаствовать уже в нескольких стычках, победоносно взошла на один из полуразрушенных балконов. И именно этот момент каблук ее сапога выбрал для того, чтобы сломаться.
Истерично взвизгнув, Микоши взмахнула руками, словно пытаясь ухватиться за воздух, и рухнула вниз со второго этажа… Прямо на руки князю Дубравы. Миритиль медленно осмотрел странный подарок судьбы и флегматично сообщил:
— Вам не кажется, что в последнее время мы очень часто встречаемся?
Рыжая ведьмочка хихикнула:
— Так, может, это судьба?
— Да? Интересная мысль. Тогда, если не против, не будем спорить с роком, пообщаемся, познакомимся поближе?
Микоши на миг задумалась и радостно вопросила:
— Можно?! А скажите, что вы думаете о процессе превращения лексических единиц с ходом эволюции языка в грамматические показатели?
— Ну…

…Великий Доргий, кто строил этот лабиринт?! Как сами местные жители в нем не плутали? Или плутали? А, не столь важно! Когда рухнула внешняя стена, завалив обломками и часть двора (вопль отца на тему предстоящей приватной беседы я тихо не заметил), войска ворвались внутрь.
Хорошо, что перед выходом все командиры лично проверили наличие у подчиненных амулетов защиты, поскольку в ином случае здесь нам пришлось бы плохо. Количество адептов на квадратный фут коридоров просто зашкаливало. Они, словно бешеные, кидали в нас заклинания и что-то пытались сделать. Щиты держали исправно, но все равно подобная активность несколько напрягала.
Правда, в какой-то момент эти «кровники» вдруг пошатнулись и сбавили напор. Кажется, где-то сломался очень нужный винтик. Ну и спасибо ему за это! Потом мы разделились, чтобы зачистить все коридоры. Со мной, как ни странно, пошел Рин. Откуда он взялся — понятия не имею. Я думал, он с лучниками тылы прикрывает.
Иногда на нас выскакивали бешено орущие солдаты или адепты, а один раз мы даже нарвались на Светлого князя. Правда он больше был занят некоей девушкой, которую держал на руках, что-то ей говорил. Что именно, я слушать не стал. Лишь ткнул локтем в бок двоюродного братца:
— Рин, кажется, у тебя скоро появится мачеха!
— Да хоть две, — отмахнулся кузен, выискивая взглядом в толпе Элиа.
Хм, и действительно, зачем ему беспокоиться о личной жизни отца, когда нарисовалась своя собственная. Что могу сказать, светлые и темные очень хорошо уживаются в браке. И детям такая «половинчатость» совсем не мешает. Проверено на собственном опыте. Правда, если они не будут соваться в темные Врата…
— Ой, какой… какой краси-и-и-вый! — внезапно раздался за моей спиной знакомый голос. Амата?!
Я едва не подпрыгнул и медленно обернулся. Боги, за что мне это?! И вообще здесь что, проходной двор?! Они не могли пойти воевать где-то в другом месте?
К счастью, сейчас внимание клирички привлекла совсем не моя персона.
Давешний знакомый Шамита — трактирщик, даже в толпе был на голову-две выше любого из солдат. И именно на Вмелена был сейчас устремлен влюбленный взор зеленоволосой.
Ну что же, совет им да любовь. Желательно подольше и подальше от моих и так уже порядком истрепанных нервов.

Бой закончился довольно быстро, что было даже странно для такой крепости. В какой-то момент сопротивление просто прекратилось. Солдаты складывали оружие, а пару раз я видел, как они самостоятельно перерезали глотки адептам. По всей видимости, эти товарищи так достали местное население, что без силовой поддержки им просто не жить.
В замке пришлось задержаться. Некоторые моменты требовали срочных решений. Так, нашелся эльф-предатель, который едва не устроил новое пришествие Царицы Ночи. Ну почти. Волна демонов была немногим лучше данного события. Светлый князь Миритель решил не таскать сор туда-сюда, поэтому предатель был казнен здесь же, невзирая на все его вопли по поводу помощи атакующей армии.
И хорошо, что уничтожение длинноухого врага произошло столь быстро, а то отец очень уж нехорошо поглядывал в сторону этого… Влариэля. Папа не забыл, что из-за этого ушастого я чуть не умер, а он сам вынужден был добираться едва ли не через всю страну. В общем, ему бы припомнили все не по одному разу. Память на врагов у темных просто великолепная.
Кроме того, нашли Кея. А я и не знал, что он пропадал! Интересно, что сын Гойра забыл в таком месте? Наверное, его похитили. Судя по бледной с прозеленью коже, досталось ему порядочно, даже невзирая на бешеную регенерацию оборотней. Ну ничего, он попал в цепкие ручки Марики, а потому просто так его за Грань не пустят. А если все же туда уйдет — догонят и холку намылят, чтоб не совался, куда не просят.
Но на этом проблемы не закончились. Теренс, найдя свою невесту живой, здоровой, в трезвом уме и твердой памяти, сперва обрадовался. Затем где-то с час орал на старотемном, что он сделает с тем, кто посмел без его ведома нацепить на нее его же Хранителя. После чего сделал официальное предложение и пошел теребить отца на тему раздела имущества.
Как наследный принц Темной империи он должен был наследовать отцу. Однако если так и произойдет, то в Благоземье воцарится анархия, поскольку других претендентов на престол нет.
Когда я заикнулся о Тэ, то невеста Тери как-то резко сбледнула с лица. Оказывается, ее сестренка считалась убитой или пропавшей.
Нашли, привели, показал. Три часа ходили по окрестностям, ожидая, пока сестры наревутся и наобнимаются. Подумал, что вопрос решен, но оказалось все совсем не так. Ориетта (это полное имя бывшей кракозябры) не могла занять престол, поскольку отец в порыве чувств (точнее, от огорчения) провел полное отречение. В смысле, что она теперь официально не являлась наследницей престола.
В общем, решение отец принял хоть и тяжелое, но ничего не поделаешь. После свадьбы Теренс должен будет стать принцем-консортом Благоземья, а Гил, собственно, наследным принцем Темной империи. Нет, понятно, что и Теренс на самом-то деле станет самым что ни на есть императором, на меньшее он бы и не согласился, но кто ж виноват, что в этом несчастном Благоземье титул мужа дочери императора — ух, чуть не сбился — именно таков?
Как его высочество герцог Алентарский «обрадуется» смене статуса, я уже представляю. Равно как и его монолог по этому поводу.
А что он думал, всю жизнь только железяками махать будет? Ну-ну, наивный темный мальчик, так бы ему и позволили. Теперь будет учеба и еще раз учеба. Нет, нас всех обучали и основам банковского дела, и прочим необходимым дисциплинам, но другое дело, что на успеваемость ненаследных принцев смотрели сквозь пальцы. Теперь этого не будет.
Похоже, меня ждет нечто подобное. На всякий случай, как выразился отец. Только сперва придется все же окончить школу, хотя зачем мне теперь это — понятия не имею. Вообще-то я уже знаю, чего хочу в жизни.
Хочу побывать за океаном! Местные говорят, где-то там, за горизонтом, есть еще одна земля, которую населяют совсем уже странные создания. Иногда к здешним берегам прибивало обломки кораблей. Таких, которых нигде больше не видели.
Так что хочу туда, увидеть собственными глазами — выдумки это или правда?
Кстати, Тэ тоже остается в Благоземье в качестве помощницы правидельницы или кем-то в этом роде. Ей очень понравились некоторые методы управления, которые она видела в Светлых землях, а еще хотела побывать и в Темных, очень уж мы ее заинтересовали.
Но это уже лирическое отступление. Вернемся к политике.
Про всяческие торговые договоры я даже не заикаюсь, их решили заключать тогда, когда на престол Благоземья взойдут законные правители. Ну думаю, Теренс не забудет, какой он крови.
Местную магию тоже решили не уничтожать, а просто… почистить, что ли? Ведь с ее помощью можно не только подчинять и убивать, но и лечить.
А, ладно, это уже не мои проблемы, а Тери. Лично меня больше волнует, как отец отнесется к желанию переплыть океан. Собственно, говорить об этом буду только после того, как окончу эту школу. Кстати, учиться там сколько положено лет? Пусть остальные так делают — экстерна еще никто не отменял. Единственное, в чем обошли нас благоземцы, так это в кораблестроении, поэтому средство для плавания буду приобретать здесь.
Ну а пока нужно съездить домой. Кажется, у нас внеплановые каникулы?..

ЭПИЛОГ

Великий магистр был совершенно не расположен общаться с каким-то там гар'Тшхеном. Но отказать в вежливой просьбе перекинуться всего несколькими словами не смог.
— Я вас слушаю, господин гар'Тшхен.
— Скажите, магистр, — вкрадчиво поинтересовался Рон, — вы никогда не задумывались об изменении устава Ордена?
Лион гар'Дайхэн только прищурился:
— Надеетесь, господин гар'Тшхен, что это поможет вам вернуться в ряды рыцарей?
— Что вы, магистр, думаю, я прекрасно проживу без Ордена. Впрочем, как и он без меня. Дело совсем в другом. Видите там, у дальней стены, черноволосую девушку, шепчущуюся с молодым эльфом? Некоторое время назад один ее дедушка, некий Франкис Аркэн, хранитель Всесветлой библиотеки, заявил, что внучка-темная ему совершенно не нужна. Может, ее другой дедушка окажется не настолько глуп?
Магистр замер, не отрывая потрясенного взгляда от перешептывающейся парочки, а потом резко шагнул вперед… И уже пройдя несколько шагов, бросил через плечо:
— Господин маршал, один из оруженосцев Ордена — Лирт гар'Тшхен — очень хотел послушать истории о ваших кампаниях. Не откажете ему в этой любезности? Он сейчас у бивуака Ордена.
— Х-хорошо, господин магистр, — выдохнул потрясенный Рон, не ожидавший столь скорого изменения устава и столь быстрого восстановления в звании.
— И передайте господину Ильнархейну гар'Кхаену, что ближайшее заседание капитула Ордена состоится через три дня.
— Обязательно, господин магистр…
И, уже направившись к лагерю Ордена, Рон на мгновение оглянулся: Великий магистр Ордена Предвечной Тьмы остановился подле Элиа и Рина, что-то чуть слышно сказал девушке. Та замерла, что-то произнесла… а потом попросту разревелась, уткнувшись лицом в грудь рыцарю.
Лирта Рон нашел легко. Но каково же было его удивление, когда он увидел, что юный оруженосец безмятежно болтает с Нирой…

…Раны на руках еще не зажили до конца, и любое прикосновение к ним вызывало боль, но Кей не собирался пытаться вызвать к себе сочувствие видом свежих шрамов, а потому надел рубашку с длинными рукавами.
Он проснулся еще до рассвета, оделся и долгое время сидел, уставившись пустым взглядом в серо-синее небо за окном. Со своим статусом юноша определился еще несколько дней назад, когда очнулся и попытался выйти из своей комнаты: стоявший на входе мужчина в форме гвардейца Темной империи вежливо предложил ему вернуться обратно. Пленник. Правда, клетка была золотой и вполне комфортной.
Впрочем, это все понятно — предателя по законам Аларии ждет смерть. А то, что вместо камеры он находился в своей комнате, можно объяснить статусом отца. Остается только надеяться, что все ограничится казнью изменника, но не коснется семьи. Надеяться. Или мечтать?
Чуть слышно скрипнула дверь.
— Вас ждут…
Кей встал и вышел из комнаты вслед за гвардейцем.
Он ожидал, что его выведут из замка: казни обычно совершались на центральной площади Таркрима, дабы полюбоваться на это зрелище могли все жители города, но, к его удивлению, сопровождающие многоликого гвардейцы вели его в сторону тронного зала.
Хотя и этому оборотень быстро нашел объяснение: приговор еще не был оглашен, поэтому… Казнь состоится через несколько дней, а сегодня станет известно, как и где она будет проведена. Впрочем, выбор не особо большой: Меч Правосудия как дворянину или веревка как предателю.
Тронный зал был заполнен, и Кею пришлось пройти мимо стольких знакомых… Пройти, стараясь не смотреть никому в глаза. Боги, какой позор… Плевать! Он сам выбрал свой путь. И пройдет его до конца достойно. Жаль только, что закончится он очень быстро.
Дойдя до центра зала, юноша остановился, обвел глазами собравшихся. Отец, как и подобает по этикету, стоял неподалеку от императорского трона. Многоликий встретился с ним взглядом и поспешно отвел глаза. Сидевшая на небольшой скамеечке у ног императора Марика подбадривающе улыбнулась…
— Кей ас'Гойр гар Ашхайт! На колени, — голос герольда эхом разнесся по тронному залу.
Юноша выполнил приказ, склонил голову, сверля взглядом пол. Тихий шелест одежды — Темный Властелин встал с трона. Прогрохотали тяжелые шаги, и правитель Темной империи остановился напротив преступившего закон.
— Кей ас'Гойр гар'Ашхайт, вы должны умереть…
Чуть слышно свистнул меч императора, выхваченный из ножен.
Оборотень прикрыл глаза, не желая видеть уже ничего. На миг скользнула отвлеченная мысль, что слугам придется очень долго чистить залу.
Клинок легонько коснулся одного плеча, другого…
— …Для того чтобы возродиться рыцарем… Встаньте, сэр Кей.
Уже совершенно ничего не понимающий оборотень вскинул голову. А в голосе герольда, кажется, проскользнула усмешка:
— Встаньте, сэр Кей, вам приказывает император…
Оборотень вскочил как ошпаренный. Неслышно подошедшая принцесса Марика ис'Аргал гар'Тарркхан накинула на плечи новому рыцарю черный тяжелый плащ и, по обычаю коснувшись губами его щеки, совершенно не по этикету тихо шепнула:
— Поздравляю.

…Дверь распахнулась от мощного удара. Сидевший за столом юноша с совершенно седыми волосами вздрогнул, выронил гусиное перо и уставился на вошедшего:
— Добрый де… — он оглянулся на окно, — о, уже вечер? Точнее, ночь… Вы к господину Олгиусу? К сожалению, его нет. Зайдите завтра…
— Судя по часам — завтра уже наступило! — мрачно сообщил ворвавшийся Гойр.
— Тогда — послезавтра! — не задумываясь, сообщил парень.
Начальник императорской гвардии одним прыжком пересек комнату и, вцепившись в воротник рубахи парня, мрачно сообщил:
— Слушай сюда. Либо ты принимаешь нормальный облик, либо я придушу тебя в этом, и потом, за Гранью, ты сам будешь объяснять всем своим внебрачным детям — сколько их там? Тридцать? Сорок? Пятьдесят? — почему их папенька выглядит так молодо!
Парень нервно икнул… По его лицу пробежала волна света, и через мгновение на начальника Гойра глянуло знакомое лицо казначея.
— Н-ну? — мрачно поинтересовался мужчина. — Что ты забыл у бедного вверча?!
— Ты почему мне ничего не сказал?!
— Ты о Кее? — мгновенно понял Олгиус. — Я ничего не знал!
— Ги, не зли меня! Казначей, и не знал о том, что с утра состоится не казнь, а посвящение в рыцари?! Не знал, куда пойдут деньги?! Я… я не представляю, что с тобой сделаю!
Вверч только скривился:
— Ар просил не говорить.
Гвардеец медленно разжал кулак, опустился на свободный стул:
— Скотина ты все-таки, Ги… Мог бы предупредить. Я чуть с ума не сошел…
— Зато какой сюрприз вышел! — фыркнул вверч, замыкая дверь в комнату.
Мужчина хмыкнул, отвел взгляд и чуть слышно обронил:
— А я все равно не понимаю. За предательство только одна расплата — смерть.
— Да уж, похоже, тебя слишком сильно били по голове, — тоскливо вздохнул казначей. — Нашел о чем думать! Он ведь жив, это главное…
— Такр мархар! Да я не спорю! Я просто не пойму.
— Слушай, Гойр! — не выдержал вверч. — Ты хоть знаешь, что такое прецедент?
— Положим, знаю. Но, между прочим, у нас он практически не используется! Это ж не Светлые земли!
— Именно что практически. Ты хоть представляешь, сколько мне книг пришлось перелопатить, чтоб его найти?
— А вот с этого места поподробнее…
Вверч вздохнул и нараспев начал, словно рассказывая старинную легенду:
— Это было множество лет назад, когда великий бог войны Энту еще ходил по земле, а в Аларии еще существовало государство под странным названием Благоземье. Однажды эта страна развязала войну, но проиграла ее. Проиграла, когда один из солдат, пытавшийся защитить честь своей невесты, предал своего правителя, перебежав на сторону врага и рассказав тому о тайнах Благоземья. Когда война закончилась, этот солдат стал одним из величайших полководцев современности. А в день, когда он взошел на погребальный костер вслед за своей погибшей во время Пришествия то ли невестой, то ли уже женой, в пантеоне появились новые бог и богиня — скрывающий свое лицо Энту и многоликая Дарбера…
— Бред, — мрачно сообщил ему Гойр. — По законам, существовавшим до Пришествия, предателя ждала смерть. Причем казнить его мог как тот правитель, которого он предал, так и тот, на чью сторону он перебежал.
Казначей радужно улыбнулся:
— Все верно, но ты забываешь об одном крошечном обстоятельстве: он помог не одной стране, а целому материку, а потому пришлось придумать что-то новое. В итоге глава страны, которая в то время находилась там, где сейчас находится Темная империя, решил: «Если сюзерен посягнул на честь жены, сестры или иной родственницы вассала, вассальный договор расторгается».
— Но ведь сейчас никакого посягательства не было! — Гойр сам не заметил, как сказал о том, что должно было быть известно лишь ему и Властелину.
Вверч удивленно захлопал ресницами — эта мимика больше подошла бы двадцатилетнему парнишке, а не толстенькому лысоватому мужчинке.
— Ты хочешь сказать, было какое-то предательство?! Всем известно, что Кей ас'Гойр… Прошу прощения, с сегодняшнего утра сэр Кей вызвался добровольцем и был направлен во вражеское государство, дабы быть двойным агентом… Он притворился предателем, но на самом-то деле…
Начальник императорской гвардии только вздохнул:
— Какая же ты все-таки скотина, Ги…
В комнате горело всего несколько свечей, в углах клубился мрак…
— Прошу прощения, темновельможные господа, что прерываю вашу столь интересную беседу, — тихо кашлянули из дальнего угла, — но не будете ли вы против, если я присоединюсь к вам?
Олгиус даже не удивился:
— Райнар? Подходи, садись. Вино будешь?
Теневик, появившийся в комнате подобно призраку, мягко улыбнулся:
— Ты ж знаешь, Ги, я не пью один.
— Значит, будешь третьим!
Бокалы появились на столе, как по волшебству. И лишь после того, как всеми присутствующими было сделано несколько глотков, Гойр решился:
— И все равно! Имя того воина-предателя никому не известно, а значит, такого прецедента нет и не было! И легенды такой нет!
— Как это нет?! — взвился оскорбленный вверч. — Как это нет?! Да я своими руками ее две ночи писал! Ар — подробности придумывал, чтоб правдивее звучало, а Райнар — старил пергамент, на котором все записано, чтоб он эпохе соответствовал! А ты говоришь — нет!
— То есть ты все-таки знал и ничего мне не сказал?!
— А ты мог поверить, что Аргал прикажет казнить твоего сына? Тем более того, из-за которого фактически была выиграна эта война? — обронил молчавший до этого момента Райнар. — Ошибки же совершают все. Особенно в молодости.
— Кстати, — вспомнил гвардеец. — А ты почему его оставил? В конце концов, глава Теневой службы должен всегда быть рядом с императором, следить, чтоб, не приведи боги, ничего не случилось…
Долговязый теневик недоуменно покосился на свой пустой бокал, плеснул себе еще:
— Я что, разве еще не сказал? Ар сейчас под дверью стоит, постучать стесняется. Кулак у него тяжелый, раз ударит, так все, слуги сбегутся, выяснять будут, что за грохот…
— Ох ты ж!.. — тихо ругнулся Олгиус и, одним прыжком вскочив из-за стола, метнулся к выходу, по пути меняя облик.
Дверь отмыкал уже давешний седовласый парнишка.
Широко распахнув створку, он склонился в глубоком поклоне перед императором:
— Ах, ваше величество, я безмерно счастлив, что вы почтили своим присутствием обитель скромного младшего ученика казначея.
— Ги, не паясничай, — скривился Властелин, входя в комнату. — Иначе той самой рукой, о которой так любезно напомнил глава моей Теневой службы, я тебе по лбу дам. Или в лоб, выбирай, что лучше.
…И уже ближе к рассвету, когда запасы вина императорского казначея изрядно поредели и его величество Темный Властелин покидал комнату «скромного младшего ученика казначея», Гойр решился:
— Ар, спасибо…
Мужчина остановился, обернулся и чуть слышно обронил:
— Ты ведь сделал бы для меня то же самое…